10000 знаков

Астанин Вадим

Радист закрыл блокнот.

– Это всё?
– спросил Уранов.

– Пока да, - сказал радист.

– Не смею далее задерживать, - сказал Уранов.

– Вы разрешаете?
– иронично спросил радист.

– Не препятствую, - сказал Уранов.

– Выйдем?
– деловито предложил радист.

– Драться?
– спросил Уранов.

– Вам повезло, - сказал радист, - я знаю карате.

– А я книги читаю, - сказал Уранов, - но не считаю нужным этим хвалиться.

– Дурацкий у нас разговор получается, - сказал радист.

– Нервы, - сказал Уранов.

– И бессонница, - сказал радист.
–

Пятые сутки на ногах. Сплю урывками. Начальник смены вывихнул лодыжку, остальные не могут добраться до космодрома из-за пожаров.

– Сочувствую, - сказал Уранов.
– Кстати, - он полез в рюкзак, - могу вам помочь. Универсальное средство от переутомления и бессонницы "Ностофен". Производство фармацевтического концерна "СуперФармТехнолоджиз". "Ностофен" - надёжное лекарство известного производителя, признанного лидера на рынке фармацевтических услуг. "Ностофен" безопасен, не имеет побочных эффектов, обладает широким спектром биологической активности, разрешён для приёма детям от полутора лет и беременным женщинам, улучшает обменные процессы в мозге, эффективно борется с переутомлением и его симптомами, головными болями, повышает работоспособность, улучшает память, снимает усталость, избавляет от последствий бессонницы и расстройства сна, повышает работоспособность и общий тонус организма. Неоценимый помощник в сохранении эмоционального баланса и общего здоровья организма.

– Ух ты, - сказал радист.
– Вы позволите?

– Берите упаковку, - великодушно разрешил Уранов.

– А вы?
– спросил радист.

– Не беспокойтесь, - сказал Уранов.
– Я запасливый.

– Снято, - крикнул режиссёр, хлопая в ладоши.
– Теперь, - сказал он, обратившись к оператору, - плавно смещаешься влево, общим планом берёшь в кадр игроков, затем поднимаешь камеру, фиксируешь картинку, статист произносит текст, девочки на заднем плане изображают восхищение, статисту подают упаковку с игрой, он её демонстрирует, девочки закатывают восторг, ты наезжаешь на упаковку и се ля ви. Занавес.

– Понял, шеф, - сказал оператор, припадая к окуляру.

– Свет поправьте, - крикнул режиссер.
– Девочки, - приказал он бортпроводницам, скинувшим униформу и оставшимся в соблазнительном бикини. Ты и ты, встаньте там, остальные сидите, где сидели. Дайте статисту слова. Девочки, восторг изображать умеете? Умеете. Отлично. Готовы? Хлопушка! Начали!

– Гиены чёртовы, - сказал радист, запихивая блокнот в карман.

– А таблетки вы возьмите, - сказал Уранов, - Помогают. По-настоящему.

– Ага, - сказал радист. Обязательно. Что читаете?

Уранов показал обложку.

– Толково, - одобрил радист.
– Как ответят, - сказал он, прижимая указательный палец к карману, где лежал блокнот, - я вам немедленно сообщу.

Телевизионщики оперативно паковали реквизит и аппаратуру.

– Следующая точка — завод кормовых добавок! Быстрее! Быстрее! Сом цу гоу!
– торопил подчинённых режиссёр.

До Земли Уранов добрался на грузовом судне. Лихтеровозу "Даная" пришлось изменить курс, чтобы взять на борт незапланированного пассажира. Недовольный капитан, с чувством почти садистическим, определил Уранову каютой кладовую, объяснив это тем, что лихтеровоз не туристический лайнер, свободных

кают у него нет и вообще он не обязан потакать извращённым желаниям непрошеных гостей.

– Именно так, - чеканил капитан, сверля Уранова негодующим взглядом, - извращённым желаниям разных там любимчиков и особо приближённых я потакать не намерен. Так и передайте всем этим распоряжальщикам. Лихтеровоз — это вам не круизная посудина, где вам кофе в постель подают, в номерах убирают и официантки вот с такими буферами коктейли разносят. У нас здесь всё места наперечёт и прислуги не имеется. Желаете остаться, выделю раскладушку, нет — милости прошу на выход. Высажу в ближайшем порту. Вы мне весь график нарушили.

– Давайте вашу раскладушку, - хладнокровно ответил Уранов, разглядывая сложенные внутри банки, коробки, вёдра, швабры и щётки на длинных ручках.
– Это тоже мне убирать?

– Человечка я подошлю, - сказал капитан, успокаиваясь.
– Он уберёт. И климатизатор подключит.
– А пол вымоете сами. Ручками.

– Пол вымою, - согласился Уранов.
– Стены протру. Если желаете, кожухи в двигательном отсеке покрашу. Зелёной краской. Кисточка, надеюсь, у вас найдётся? К слову — когда у вас обед? Проголодался, знаете ли.

– Кожухи у нас красят автоматическими распылителями, - сказал капитан.
– Обед в четырнадцать тридцать по локальному времяисчислению. Через двадцать три минуты с четвертью. Кают-компания палубой ниже. Но вам придётся обедать второй очередью.

– Знаю, знаю, - сказал Уранов, - прислуги здесь не держат.

– Юморист, - сказал капитан.

– Что вы, - сказал Уранов, - никоим образом.

– Человечка я наряжу убраться, - повторил капитан.

– И об обеде не забудьте, - напомнил ему Уранов.

– Второй очередью, - сказал капитан, - вас пригласят. По интеркому.

Впрочем, к тому моменту, когда орбитальный катер совершил посадку в международном космопорте имени Астронавта Нила Армстронга, капитан "Данаи" и пассажир Уранов сумели достигнуть такого уровня взаимопонимания, что расстались в зале ожидания если и не закадычными друзьями, то безусловно хорошими приятелями. Такими, что при прощании обмениваются адресами и обещают друг другу как-нибудь собраться вместе и куда-нибудь съездить. На природу, к речке, отдохнуть, порыбачить, расслабиться. Вдвоём, с семьями или в приятной мужской компании.

Конференц-зал был обширен, чудесно освещён и пуст. За исключением овального стола в центре и располагавшихся вокруг него удобных кресел по числу приглашенных, в нём не было ничего, что могло бы на деле оправдать его название. Никаких кафедр, микрофонов и рядов стульев для журналистов. Только стол, кресла, звенящая пустота и высокие окна, сквозь которые в зал вливались буйные потоки солнечного света.

Уранов прошёл к столу. Семь кресел было занято. Уранов уселся на последнее свободное место и огляделся. Напротив него сидели Арно де Гри, директор специальных проектов Ultima Brandworks Megacorp и Абигайл Мерсер, глава департамента инновационных разработок "Space Armour Research", представляющая интересы основного партнёра и заказчика Ultima Brandworks. Остальные пятеро были ему не знакомы.