100 дней плена
Шрифт:
— Пошли, — хмурится.
Матвей играет недолго. Я видела его карты. К моему сожалению, в комбинациях покера разбираюсь. Сегодня точно не его день. Вот только думала, что не каждый может остановиться.
— Удивлена… — произношу, когда мы покидаем гостиную, и поднимаемся наверх по лестнице.
— О чем ты? — он нетерпеливо тянет за собой.
— Ты закончил игру.
— Всегда знаю, когда уйти вовремя.
— Куда ты ведешь меня?
— Я хочу тебя. Сейчас. В этом доме очень уютные спальни.
На этой
Матвей
Эта мысль становится навязчивой — ее губы притягивают, как магнит. Может вина тому, что она все время их кусает, привлекая внимание. И не только мое. Заметил, как игроки за столом смотрели на нее, вызывая у меня раздражение. Настя прижалась к моему плечу, обняв за шею и разглядывая карты — кажется, понимает, но явно не разделяет моего интереса к покеру. Искренне удивляется, когда проиграв немного денег, решил покинуть стол.
Веду ее наверх. Этот дом не что иное, как мужской клуб. Принадлежит моему другу. Хотя со стороны все выглядит, будто гости собрались и что-то отмечают, а чтобы попасть сюда — нужен пропуск и личное приглашение хозяина.
«Черт…» — опять этот рот.
Я склоняюсь к ее лицу, она учащенно дышит, провожу носом по губам — они пахнут чем-то сладким, словно к ним прикоснулись клубникой. Спускаюсь ниже, целуя шею и плечи. Попутно расстегиваю молнию на платье, оно падает к ногам, на ней остаются чулки и трусики. Скидываю пиджак и бабочку, расстегиваю рубашку…
Поворачиваю Настю к себе спиной. Она дрожит в моих руках, а попой трется в приглашающем жесте.
Снимаю остатки одежды и веду ее к кровати, положив на живот…
Податливое тело принимает меня.
«Какая она приятная» — мыслями возвращаюсь к тому, что хочу целовать, глотать стоны и собственное имя, которое срывается с ее губ в момент оргазма. Это самое эротичное, что слышал когда-либо.
Но останавливаю себя, довольствуясь лишь изгибом шеи…
Ощущаю, как Настя приближается к пику наслаждения, ее лоно начинает интенсивно сжиматься вокруг моей плоти, заставляя присоединиться к ней…
Она шепчет мое имя и осознаю: не смогу отпустить… Хотя об этом буду думать позже, ей нужно привыкнуть ко мне. Главное, не спугнуть. Сомневаюсь, что в положении пленницы, впустит в свое сердце.
Я хотел сыграть еще одну игру, поэтому встаю и одеваюсь. Не сразу замечаю пристального взгляда на себе, вернее своей спине, где нарисована рычащая морда льва.
— Что значит твоя тату? — интересуется она.
Повернувшись, забываю о вопросе, так как на ее теле куча следов от рук. Она видит мою реакцию.
— Это просто особенность кожи, ты не сделал больно.
— Уверена? — осматриваю ее, становится неудобно, пусть и говорит, что не причинил боли.
— Я в порядке. Правда.
— Ладно, одевайся.
Коснулся ее лица, задержавшись пальцем на губах.
— Матвей, почему ты не…
— Не надо, — понял без труда ее мысль, не хочу вдаваться в подробности своих принципов, которые, впрочем, готов нарушить. — Одевайся.
Мы вышли из комнаты, а на лестнице столкнулся с местной шлюхой, услугами которой часто пользовался. Но ко мне она относилась не как к клиенту, постоянно говорила о своих чувствах, намекала на другие отношения — на это мне глубоко наплевать. Видимо, кто-то сдал, что я тут.
— Матвей? — промурлыкала Римма. И перевела взгляд на Настю и мою руку, обнимающую ее. — Уже уходишь?
— Да, — хотел обойти, но сегодня она наглеет больше обычного.
— На пару слов можно? — просит Римма, выставляя вперед силиконовую грудь.
Настя отстранилась, явно не желая мешать:
— Я подожду на улице, — быстро спускается, а ко мне запоздало приходит мысль, что нельзя тут быть без сопровождения.
— Черт… — тороплюсь за ней.
— Матвей! — Римма не отстает.
— Чего тебе надо?! — кидаю через плечо, а выйдя на улицу, оглядываюсь в поисках Насти.
«Куда она делась?» — начинаю волноваться.
— Мне нужен ты!
— Я занят. Для тебя — навсегда.
— Из-за нее что ли?
— А хоть и так. Тебе-то что?
— Ты влюбился… — тихо говорит, пытаясь поймать мой взгляд. — Скажи еще, что целовал в губы.
«Нет» — думаю про себя, и собираюсь устранить это недоразумение.
— Отстань, Римма.
Иду по саду. Здесь не так много людей, но почему-то Насти среди них нет. Возможно, она не выходила? Или вернулась?
Черт…
Обрастаю беспокойством. Она же не в курсе, где находится, и любая свободная женщина может стать объектом внимания и, по сути, не имеет права отказаться, согласно установленным правилам, ведь у нее сейчас нет сопровождающего… А на Настю сложно не обратить свой взор.
Внезапный женский крик пронзает глубь сада. Срываюсь и бегу.
Мужчина зажимает девушку в красном…
— Настя! — кричу.
Отрываю его грузные руки, и со всего размаха бью в лицо несколько раз. Он хватается за разбитую губу, поднимая на меня глаза. И только потом замечаю, что это мой друг и хозяин этого дома-клуба…
— Твою мать… — выдыхаю.
— Ты умом тронулся?! — Андрей встает, и по жмущейся ко мне Насте, соображает: — Твоя что ли? Какого хрена одна?!
— Извини, она не знала. И я болван отпустил, отвлекся, забыв на миг о правилах…
— Забирай свою прелесть, и уходите.
— Андрюх…
— Да пошел ты! Созвонимся… — отвечает он и идет в сторону дома.
Злюсь на себя, хотя Настя решила, что на нее. Пятится назад, обнимая себя руками. А глаза бегают от страха.
— Не бойся.