№1 в Чикаго
Шрифт:
— Ушел! — прохрипел лейтенант, бросаясь вдогонку за Старком. Вдруг они услышали выстрелы — стреляли на лестнице. Звук был глухой и низкий. Это был кольт.
— Кольт! — закричал лейтенант.
— Да, калибр 49, модель ФБР, — спокойно сказал Джо и зажег свет.
На площадке стоял невысокий человек. В нейлоновом пальто, в синем однобортном костюме, с аккуратно заглаженной складкой на брюках. В правой руке он держал
— Попадание в голову, — пробормотал Миллер. Лейтенант изумленно посмотрел на Джо, потом на шефа ФБР.
— А-а, тут сам Миллер! — и, обращаясь к Джо, добавил: — Оказывается, ты распутываешь это дело не один.
— Нет, не один и не только ради страховки Гари Гарнера.
— Но ты мне раньше ничего не говорил об этом. Разве так поступают с друзьями?
Брунсвик подошел к мертвому, повернул его на спину и вдруг отпрянул.
— Невозможно! — наконец вымолвил он.
— Почему невозможно? — спросил Джо, прикидываясь простачком. — Ты его знаешь?
— Конечно, это — Гарнер. Кто бы подумал!
— Я, — сказал Джо. — Вся штука в том, что это не Гарнер. Они втроем закурили, и Джо пояснил — больше для Брунсвика:
— Мы считали его Гарнером, потому что не знали настоящего Гари. Это убийца Эдмунд Старк, а настоящий Гари, театральный режиссер, лежит там, в машине. Он мертв уже довольно давно. Гари Гарнер-первый умер за несколько минут до того, как я узнал Гари Гарнера-второго.
Теперь мы знаем, почему Старк уничтожил Рэсса. Он застрелил его из-за неосторожности Сары — ее телефонный звонок из кабинета Рони чуть не сорвал его план. Смерть Сары внесла в этот план некоторые поправки. Он, видимо, узнал о страховке.
Выследив Гарнера, Старк напал на него в темноте, а когда я впервые вошел в дом, передо мной сидел не терзаемый страхом Гари, а его убийца. Старк не видел для себя другого выхода, как только сыграть роль Гарнера. Когда я взял его в машину и оставил подождать меня, а сам отправился в дом за документами Гарнера, он выскользнул из машины и напал на меня в темноте, чтобы забрать из бумажника удостоверение Гари. Потому что по единственной фотографии, наклеенной в нем, мы могли бы установить, что Старк не Гари. На следующий день он подбросил бумажник на шоссе, чтобы я мог найти его, а он, завладев страховым полисом, получить деньги.
Потом Старк продолжал играть роль Гарнера так хорошо,
— Старк, — прирожденный талант, — вставил Миллер. Джо не дал сбить себя.
— В полиции Старк блестяще вышел, казалось бы, из пикового положения, он сказал, какие таблетки принимала Сара и даже назвал адрес ее врача — он видел таблетки и рецепт в ящичках и воспользовался этим.
— А яд для насекомых? Зачем это ему понадобилось? — снова задал вопрос лейтенант.
— Очевидно, хотел сыграть роль преследуемого. Старк лежал на полу и яд не мог причинить ему серьезного вреда. Потом, когда я искал убийцу на верхнем этаже, он вынул вентиляционную форточку, сорвал с веревки бутылку с ядом и выбросил ее в реку — еще одно очко в пользу Старка!
Брунсвик постепенно начал разбираться в этом запутанном клубке.
— Теперь я понимаю, почему он убил Эллу: она знала настоящего Гарнера, одно время он был ее любовником. Элла Мурейра была единственным человеком, который мог нам сказать: «Послушайте, этого человека я не знаю, это не Гарнер!»
— Теперь ясно и то, почему Старк вытащил труп Гарнера из сарая, — мы могли бы его разоблачить. Признаюсь, с этого момента я начал разгадывать его игру, хотя убийца так правдоподобно разыграл комедию исчезновения Гарнера.
— Подозрение у тебя закралось только сегодня? — Миллер взглянул на Джо.
— Нет, еще вчера, когда я увидел простреленную покрышку «крайслера»и мокрый багажник. Сегодня, когда я уточнил в конторе дорожного надзора, что в Кеноше накануне дождя не было, я нашел объяснение мокрому багажнику: Старк мыл его после того, как отвез труп Гарнера в сарай. И покрышка была пробита из его собственного пистолета.
— Еще есть вопросы, джентльмены?
— Не сразу, — сказал лейтенант, который, очевидно, не мог переварить за один прием информацию Джо, — не в данную минуту.
Мертвый убийца выглядел так ужасно, что Брунсвик достал газету и прикрыл лицо Старка.
— Насильственная смерть никого не украшает, — сказал Миллер, — тем более отпетого негодяя. — И тихо, обращаясь к себе, добавил: — Для этого мерзавца — смерть справедливое возмездие.
Джо швырнул сигарету на плиточный пол и вздохнул с облегчением:
— Уж теперь-то он больше ни для кого не опасен!