007. Вы живёте только... трижды

Бурштейн Алексей

— Вода, Бонд, — упорствовала в своих аллегориях Эм. — Жидкость. Она мягкая, она текучая. Она принимает форму сосуда, в который её налили. Она не сопротивляется внешним воздействиям, её можно расплескать, но даже после самых страшных ударов она снова возвращается в первоначальное состояние, поглощая их энергию и становясь сильнее.

— Строго говоря, вода, поглощающая энергию удара, становится не сильнее, а теплее, — менторским тоном начал Кью, но заметил испепеляющий взгляд Эм и осёкся на полуслове.

— Вода легко перетекает с места на место, но является сильнейшим окислителем

и растворителем, поэтому надолго её удержать в одном и том же месте не удастся, — с нажимом продолжила директриса, наклонившись над столом и упираясь в разбросанные бумаги ладонями. — Благодаря своим уникальным способностям вода проникает всюду. Если она не может куда-то стечь, она испарится в одном месте и сконденсируется в другом. Её невозможно удержать, но невозможно и остановить. Она вездесуща, Бонд. Она видит всё, она знает всё.

Против воли Джеймс Бонд поддался энергетике психологической накачки.

— А ещё она обладает генетической памятью [54] , — продолжила Эм, привставая с кресла, — и запоминает всё, что когда-либо происходило рядом с ней. Вы понимаете, Бонд? Она всё помнит. Она всё видит. Она проникает всюду и выясняет все секреты, запоминает их и рассказывает исследователям, которые достойны этих знаний и умеют задавать правильные вопросы. Как я или как Билл. Будьте моей водой, Бонд! Проникните в самые секретные тайны волшебного мира и расскажите их нам!

54

Ну, что поделать, Эм любила иногда после работы почитать жёлтую прессу. Конечно, памятью вода не обладает, и обладать не может, тем более генетической, — за отсутствием генов.

— А ещё вода замечательно снимает головную боль наутро после вечеринки, — поделилась мыслью мисс Манипенни, разом разрушая весь пафосный настрой.

— И о воду можно хорошо стукнуться, если приложиться на высокой скорости, — добавил Билл, подмигивая. — Быстрое движение под небольшим углом к поверхности снимает кожу лучше любого наждака. Неосторожное обращение с водой чревато, Джеймс. Тот, кто пришёлся воде по душе, от холодной воды простывает, и потом лежит в постели, — ну, ты понял. А тот, кто не нравится, может и вообще… Захлебнуться.

— Я понял, — подмигнул Джеймс в ответ. — Значит, быть вашей водой, да, Эм? Я попробую.

— Попробуете? Джеймс, это не просьба, это приказ, — возразила Эм. — Будьте моей водой. Проникните всюду, вынюхайте всё, не пострадайте, вернитесь и расскажите. Если сумеете кого-нибудь «простудить»… — Эм оглядела угловатого подростка. — Да нет, вряд ли. Но если всё-таки сумеете, то не забудьте использовать и это тоже в интересах получения информации. Ну, а если кто-нибудь о вас порежется или захлебнётся, что уж тут поделаешь, на то вы и агент-«два нуля».

— Будет сделано, — кивнул Джеймс. — Теперь, что касается технического обеспечения… Электроника не работает, а я…

— Вот в этом чемодане есть всё необходимое на первое время, — Кью поднял из-под стола чёрный кожаный кейс с медными уголками и щёлкнул его замком. — Упаси вас Господь не прочитать инструкцию и на этот раз, Джеймс.

Мы превзошли себя и приготовили очень нетривиальные устройства, и вам придётся выяснить заранее, как их включать и, особенно, как выключать. Это вам не невидимую машину по ледникам Исландии водить [55] . Обратите внимание, в этом кармашке ключ для завода лазера. А вот эти мыльный раствор и хирургический захват понадобятся вам в том случае, если вы захотите извлечь…

55

См. фильм «Умри, но не сейчас».

— Я понял, — кивнул Джеймс, слегка падая духом при виде толстенного талмуда, занимающего четверть внутреннего пространства кейса.

— Ну, тогда забирайте чемодан, и…

— Погодите. — Джеймс Бонд, нескладный пятнадцатилетний подросток в круглых очках (но уже с прямыми стёклами), в растянутом свитере и в джинсах, в каждой штанине которых могло спрятаться по два Джеймса Бонда, в стоптанных кроссовках фирмы «Abidas» с растрепавшимися шнурками, подошёл к столу и взял в руки кейс из тонкой кожи, буквально источающий запах миллионов долларов. — Вам эта картина не кажется немного подозрительной?

Билл, Кью, Эм и Ева оглядели оборванца, вцепившегося в дорогой кейс. В кабинете повисла напряжённая пауза.

— Что-то колет глаз, но не могу понять, что, — посетовал Кью.

— Джеймс, мальчик мой, этот кейс не подходит к твоему имиджу! — воскликнула мисс Манипенни.

— Точно, — согласился Бонд, ставя кейс на пол. — Специалисты, блин. Разведчики, мать вашу. Величайшие умы Великобритании, так вас разэдак. А сообразить, что мальчишке в джинсах старшего брата по возрасту не положено носить кейсы, выглядящие, словно в них золотой запас какой-нибудь африканской страны, не могут. Кью, у вас в подсобках есть какой-нибудь рваный рюкзак из джинсовой ткани?

— Кажется, нет, — стушевался Кью. — Но у нас с рюкзаком из джинсовой ткани приходит на работу уборщик, и мы можем специально для тебя его купить. И порвать.

— Кью, у нас бюджет! — напомнила Эм.

— Украсть и порвать, — поправился Кью.

— Вот и отлично, — кивнул Джеймс. — Поторопитесь, а то мне уже пора возвращаться.

Кью поднялся и направился к двери, его фигура напоминала шагающий циркуль. Начальник техников взялся за дверную ручку.

— Кью, ещё минутку, — спохватился Джеймс. — Небольшое уточнение. Когда будете рвать рюкзак, не увлекайтесь, хорошо? Помните: он должен остаться целым снизу!

— Целым снизу, — пошамкал губами Кью. — Джеймс, это гениально! Мне бы никогда и в голову не пришло! Я обязательно попробую это запомнить! Значит, целым снизу, да?..

Шеф техников закрыл за собой дверь. Суперагент вздохнул. День предстоял долгий.

Беседа Дамблдора и МакГонагалл. Что делать с Поттером?

— Минерва, этот мальчик беспокоит меня.

Альбус Дамблдор, великий и светлый маг, был мрачнее тучи и темнее неграмотного монгольского пастуха.