...со вздохом на устах...
Шрифт:
– Ещё и волшебница, поэтому хочу заплатить за неё калым, как говорят у среднеазиатских народов, то есть, выкуп.
– Мы её не продадим,- хором сказали трое Петровых.
– Да я знаю, что она бесценна, столько денег ещё не напечатали, столько золота и алмазов на свете нет, чтобы её купить. Она мне в подарок от судьбы досталась.
Вика улыбалась (сытая кошка возле блюдца со сметаной).
– Если оставить в стороне расшаркивания и комплименты и перейти на деловой тон, то я хотел бы положить в банк на Ванино
– Так у тебя же всего было...- начал Веня, но я не дал ему закончить
– Нам с Викой остаётся сорок два миллиона. Я бы хотел, если это возможно, купить здесь же, в вашем городке, одноэтажный, но большой дом. Шести-восьмикомнатный и хорошо бы - с большим участком.
– Есть такой, есть!- радостно воскликнул Веня,- только просят очень дорого, вот и не могут никак продать.
– Если дом хороший, добротный, то за ценой я не постою. Не двадцать же миллионов за него хотят?
– Просят пять, но там, действительно, и дом роскошный, и участок огромный. Хорошо огорожен, сад, огород и даже бассейн есть. Вода там своя, из артезианской скважины, чистейшая. Ветрогенератор есть, электричество тоже своё. Гараж, баня, сарайчик добротный, из бруса. А дом бревенчатый, брёвна с пропиткой, стоять будет вечно. Цена-то по нашим меркам велика, местным не потянуть, а богатеи в нашу глушь не очень-то и стремятся. Хотя, есть трое-четверо, так у тех кирпичные замки в три этажа.
– Нет, не хочу лазить по лестницам вверх-вниз. Сходим, посмотрим тот дом, если понравится - купим.
– Ты где это так разбогател?- голос у Вики строгий и требовательный, лицо суровое, брови нахмурены. Но, тут же, не выдержала и прыснула смехом в ладошку.
– Видишь, отец, дочку-то как удачно пристроили,- Ольга тоже иногда могла поёрничать.
– Гараж поставим и машину купим,- сказал довольный Веня,- будем Ванюшку в Новгород, в музыкальную школу возить.
– Музыкантом он у нас хочет стать,- пояснила Ольга,- а мы с отцом и не против. Ванюша прилежный, тихий, хлопот с ним никаких, Не то, что с эьой,- кивнула на Вику,- то с мальчишками подерётся, то к своей бабке убежит на целый день, то, видите ли, приспичило ей верхом научиться ездить. Так каждое утро шесть километров до конефермы бежит. Николаич её выучил и трактор, и машину водить на ручном управлении, без автопилота...
– Мама, это мне всё для экзаменов надо было...
– Может, теперь и ну его, этот десант. Сиди дома, расти детишек, веди хозяйство.
– Ага. Жди, пока Серёжа вернётся? Нет уж, я с ним рядом хочу быть. Вот, лет в двадцать рожу первенца, тогда и залезу в домашние хлопоты.
– Екатерина,- добавил Ваня.
– Нет, теперь просто Виктория. Катей мы нашу дочку назовём. Всё. Кто первый в баню пойдёт?
– Сначала мужики, пока пар крепкий,- объявил Веня,- Серега, пивка-то тебе можно после бани?
– Пивка ему можно, но лучше не нужно, мы ещё в гости сегодня пойдём,- категорично решила Вика,- всё, папа, бери Ванятку и идите парьтесь. И запарь мне, пожалуйста, кроме берёзового, ещё дубовый и можжевеловый веники. Хочу отхлестать Серёжку, как следует.
– А ты не с матерью разве пойдешь?- удивился Веня,- я думал, что, как обычно: сначала мужчины, потом женщины.
– Нетушки, я с Серёжей пойду в баню. Вы же с Мамой ходили, пока Ванюшки не было. Парились там вволю, а уж потом мама меня вела мыться. Так что, сначала папа и Ваня, потом семья Ивановых, потом - мама, ей сильный пар вреден, да я ей ещё травки на каменку плесну.
– Только такой, как в прошлые два раза, мне уж очень понравилось.
– Ну, да, это успокоительный сбор, он расслабляет.
– Вот-вот, его и плесни.
– Хорошо, мамочка.
Перед походом в баню, Вика сходила, как она выразилась, "в свою заветную кладовочку". Принесла оттуда пучки трав и заварила их в разных банках. Запах сушеной травы сразу напомнил мне Ядвигу и то, что я ещё не отдал ореховый ларчик, подаренный старой колдуньей, моей жене. "Ладно, вечером",- решил про себя.
Сказать, что мы помылись в бане, было бы неверно. Помыться можно в ванне. А здесь, словно заново рождаешься. Мы провели в бане больше двух часов. Что только Вика со мной не вытворяла! Перемяла все мои распаренные косточки. ТО пошлёпывала меня можжевеловым веником, то лупила дубовым, то поглаживала берёзовым. От настоев трав, которыми она брызгала на камни печки, в бане стоял густой аромат, чудодейственным образом влияющий на настроение. Вот она плещет настой на каменку и меня охватывает безудержное веселье. Я хохочу и во всё горло ору песни. Но вот плеснула из другой баночки и через пяток минут кровь во мне закипает. Зарычав, сгребаю Вику в объятия, мну и тискаю, грубо, по-звериному.
С трудом вырвавшись из моих лап, Вика брызгает другим настоем и в душу мою входят покой и тихое блаженство.
– Шрам на плече - Это от меча, когда ты за Гамильтона дрался,- водила пальцами по моему телу Вика,- вот этот от пули, этот от осколка, а это - от зубов. Хорошо, что чуть-чуть цапнул тебя этот зверюга, мог бы весь бок выдрать. А вот это что?
– на моём бедре был чёткий коричневатый отпечаток кинжала.
– Это я Клинок смерти через хронопорт протаскивал. Он был в воловью кожу много раз обёрнут, и всё равно прожег мне бедро. Так, наверное, на всю жизнь клеймо и останется.