...Имя сей звезде Чернобыль
Шрифт:
Ученые… Неуемная любознательность, бесстрашие… Но сегодня смелость и прозорливость в другом — не делать шаги, грозящие… Лишь карьеристы-мальчики…
Рвутся к лау р/еатскому/ будущему и лишают его, будущего, человечества.
Ну, а логика писателей, новая.
Питер Устинов: [157]
«Я лично не могу понять, почему современные писатели, за не большим исключением, ушли с поля боя за будущее человечества, оставив эту благородную миссию глашатая опасности врачам».
157
Устинов
Личная ответств/енность/ за то, что будущее бомбят. Тех, кто бросает туда снаряды.
Виновники конкретные. Готовят, приготовили смерть всем. И ходят, уважаемые.
Это всё равно, что после Нюрнберга те ходили бы, как ни в чем не бывало. Те убили и планировали еще?
Но эти там, в будущем, тоже уже убили всех. А тут ходят…
Разбомбленное будущее (Г. Грасс [158] — оккупир/ованное/ будущее).
Кто?.. А наука? А журналистика, кино, литература? Они не повинны в терроризме против человечества?..
158
Грасс Гюнтер — немецкий писатель, лауреат Нобелевской премии.
…Всё еще обманывают, что ядер/ное/ оружие — это для сдержив/ания/, возмездия и пр. Но совершенно очевидно — оно приготовлено для человечества и удар — по человечеству.
Кто-то ударил, убил полрода, ответ — это что, по противнику, нет, по втор/ой/ половине рода, т. е. по всему.
Это — преступное оружие. И мы, имея его, не боимся это гов/орить/, потому что всё делаем, чтобы показать, как всерьез его готовы уничтожить.
Но кто же преступники, если оружие преступно. Не одни лишь, кто имеет, а кто и не имеет; но действует провоцирующе в мир/овой/ политике.
…Т. е. что мы можем, как часть обществ/енного/ мнения. Начать: о силе и бессилии обществ/енного/ мнения (мы его часть), что способно или не способно сделать?
Люди умные и глупые, простые и интел/лигентные/, марксис/ты-атеисты и верующие, пролет/ариат/ и буржуа — все на одной отметке. Одинаково не готовы были к факту — практич/еской/ смерти рода своего.
(Возлюби против/ника/, выжить можно вместе лишь.)
Как сказать, по чьей формуле будет взорвана планета.
Я назвал бы его разбомбленным. Кем? А может быть, и ты, ты туда швырнул свою [формулу], того не зная. А сам плодишь детей, а будущее их уничтожил.
Новое мышл/ение/ требует смелости. Порой немалой. Оно взрывает не только стереотипы, но порой идеологич/еские/ догмы, за к/отор/ыми стоят интересы многих и многих.
Вернуть бессмертие можно лишь, уничтожив ядер/ное/ оружие.
Эту ядерную гильотину.
Ядер/ная/ война сметет и социалистов, и капиталистов, и святых и грешников.
Род человеч/еский/ не преступники, чтобы выносить ему смертный приговор.
От демилитаризации Герм/ании/, Европы до демилитаризации
Отказаться от статуса ядер/ной/ державы, сократить до разумных пределов все др. виды оружия.
Ядер/ное/ оружие сформировало облик соврем/енного/ мира (во многом).
А ведь близкому человеку лгать сложнее (т. е. своему народу) и легче дальним (т. е. человечеству). Так что же перед 6 млрд. действительно легче лгать, чем «малой аудитории»?
С кем вы, мастера культуры? — лозунг предвоенный 30-х гг. остается в силе и сегодня. И все-таки он недостаточен, если заглянуть, идти в глубь ситуации: ядерный веки культура, проблема выживания чел/овеческого/ рода.
Сегодняшнее ли мышление у вас, маст/ера/ культ/уры/?
Что принять хочется безусл/овно/ — это дух Форума. Он так неожиданно (междунар/одно/) стыковался с нашей новой атмосферой.
Ф/орум/ ва ўсіх аднос/інах/ быў незвычайны. Не было знаёмых твараў, т/ак/ з/ваных/ арганіз/ацый/, якія бяруць справу ў свае рукі, упэўнена вядуць яе і прыв/одзяць/ да пажаданай рэзалюцьй. Потым прадст/аўнікі/ раз’язджаюцца і акрамя рэзалюцыі — ніякага выніку. Не, усё было зробл/ена/, каб сапр/аўды/ сустр/эча/ сапр/аўдных/ вуч/оных/ з сапр/ауднымі/ вуч/онымі/, нашы дзеячы культ/уры/ з сур’ёз/нымі/ калегамі з др. краін. I каб гав/арьщь/ аб справе так, як хочуць і каб вынік — праца на канч/атковы/ вынік…
Если бы вопрос:
С кем вы мастера культуры задали Форуму, ответ бы, пожалуй, прозвучал: С человеч/еством/. А против кого: против бомбы!
Самое страш/ное/ не слова, а психология. Гов/орим/: погибло 50 млн. — и это чувствуем? Почти ничего.
Гов/орят/: погиб/нут/ миллиарды, даже — все. И что содрогаемся? Уже нет.
Иск/усство/ может так рассказ/ать/ о гиб/ели/ одного чел/овека/, что измучимся.
Ну, а [о] коллективном?
Мы попыт/ались/ это сделать: в «Бл/окадной/ кн/иге/», в «Я из огн/енной/ дер/евни/».
А кино это попробовало — в фильме Климова [«Иди и смотри»].
Не-выстрел, с к/оторо/го начнется веч/ный/ мир. Мечтать. Да. Но иск/усство/ и есть мечта, как стать наконец людьми.
18-20 марта 87 г. Донской монастырь.
Мое:
Говорят, как погибнет человеч/ество/.
Компьютер соврет… Преступ/ное/ действие. Терроризм…
Но чтобы ни случилось, на кнопке будет не один палец — миллионы: тех, кто не сделали в свое время, что следовало или делали, что не следовало…
Новое мышление — это призыв к адекватности ядер/ной/ угрозе.
Политика должна быть адекватной лит/ературе/, иск/усству/.
Сложнее, конечно, с религиями. Они накопили столько нравст/венных/ и пр. истин, что может создаваться не иллюзиями: а нам нечего менять, мы давно соответ/ствуем/, давно говорили о суд/ном/ дне, я вон сам на съезде СП [Союза писателей] зачитал о звезде Полынь (Чернобыль), чем всех поразил (многих) намертво.
Я, конечно, не осмелюсь об этом рассуждать. Не оснащен ни знанием, ни правом. Но послушать было очень и очень ценно: что достаточ/но/, что соответ/ствует/, а что еще надо.