...Для того, чтобы жить
Шрифт:
По-прежнему не хватало пятисот килограммов. Но об этом, кроме членов огородной комиссии, Васи Яшнова и Ковалева, не знал никто.
— Дальше ждать нельзя! — сказал Олег. — Пойду в крайком.
— Нет, — возразил Иван. — Пойдем вместе. Так будет верней.
— Ах вы, чижики! Почему сразу не пришли? — пожурил их заведующий сельхозотделом крайкома комсомола. — Такое мировое дело затеяли, а бьетесь в одиночку… Ну, ладно. Вот вам адрес. Найдете Мирона Ребрикова. Он там секретарь ячейки.
— Идет! — дружно подтверждали они. — Возьмем шефство…
— Полный вперед, мальчики! — крикнула повеселевшая Нина и потащила Ивана с Олегом к трамвайной остановке.
Через час они уже входили в одноэтажное здание на Дачном поселке со скромной вывеской: «Северо-Кавказская зональная опытная станция НИИ картофельного хозяйства».
Мирон Ребриков оказался симпатичным, деловым и настойчивым парнем. Вместе со своими ребятами он так нажал на заведующего, что тот после недолгого сопротивления сдался.
— Хорошо. Дам. Но не даром. Вы тоже нам помогите. Весенние работы начались, а инструментов у нас не хватает. Ручки у лопат ни к черту. Тяпок, граблей мало…
— Все сделаем! — пообещал Олег. — Только и вы клубни давайте нам завтра же…
И снова в две смены гремели школьные мастерские. Под присмотром Виктора Борисовича ребята выполняли срочный заказ опытной станции: двести ручек для лопат и полсотни граблей и тяпок. А счастливая Нина Шамарина с помощницами делала последние приготовления — провяливала под весенним солнцем отборные картофельные клубни.
Семнадцатого апреля земля, на которой из года в год росли только бурьяны да немудреные цветочки, наконец принялась за работу, достойную ее богатырских сил.
Хотя в посадке участвовало всего шестьдесят человек, заранее проинструктированных Ниной, с утра в школьном дворе собралось еще сотни полторы зрителей. Они наперебой предлагали свои услуги. Но агроном была неумолима:
— Нет, ребята. Сейчас очень ответственное дело… Когда ваша очередь работать — смотрите в графике. Вот тогда не подведите!..
И уже с восемнадцатого начались ожидания первых всходов. Особенно не терпелось малышам. Они приходили задолго до уроков, выскакивали на переменах. Каждый хотел первым увидеть зеленые ростки. Но разглядеть дальние ряды невозможно. И перваки, перемахнув через низенький штакетник, зайцами скакали по мягкой земле, утопая по щиколотку.
Мишка Курганов такого безобразия стерпеть не мог. Он мчался за «нарушителями границы», за шиворот тащил их обратно… В результате место происшествия походило на пашню, где только что прошло стадо диких кабанов.
Нина была в отчаянии. Члены комиссии проводили беседы во всех младших группах. Но следов на поле не уменьшалось. Пришлось назначать дежурное звено на каждый день…
И лишь когда восьмого и девятого мая дружно полезли из земли темно-зеленые росточки, самые юные натуралисты успокоились. Правда, возникали
«А НУЖДЫ НАШИ ВЕЛИКИЕ…»
Узнав о разговоре в крайкоме, Яшнов упрекнул Олега:
— Дождались! И не стыдно, что тебе о шефстве над селом крайком напомнил? Сам впервые слышишь?
— Конечно, стыдно, — виновато ответил Олег. — Замотался я со всеми нашими делами. Разве везде поспеешь?
— А тебе везде самому поспевать и не надо. Ты не Иисус Христос, а вожатый! Твое дело думать, смотреть вперед. Организовывать, давать задания. Развивать и поддерживать инициативу. У тебя целый пионерский отряд! Зажечь их надо! А ребята и сами не хуже нас с тобой сделают… Ну и смотреть, конечно, чтобы кого не занесло в сторону. Народ-то горячий.
— Понимаешь, Вася. Иной раз думаешь: пока что растолкуешь, так скорей самому сделать.
— Это ты брось! Раз скорей, два скорей. За всех один работать будешь, а остальные пусть сидят сложа руки? Нет. Ты потрать сегодня, может, в два раза больше времени, но завтра он это сделает сам. Так и с другим, и с третьим. И будет у тебя вон сколько помощников! И дел можно столько наворочать, что одному и за год не управиться. И ребята на этом вырастут, приучатся к самостоятельности, ответственности за свои поступки. Надо так вести дело, чтобы любой из звеньевых мог заменить тебя, если потребуется.
— В чем заменить?
— Да во всем! Тебе же не побоялись отряд доверить, когда я больной валялся. И вроде неплохо получилось… Ну-ну, не прибедняйся! Теперь и ты расти смену… Да, беседу о международном положении провели?
— Я приглашал на сбор Ковалева. Здорово получилось! Ты же знаешь, как он может.
— Это совсем хорошо… И еще вот что, Олег. Ты на базового поменьше оглядывайся. Действуй сам. Знаешь же, времени у меня в обрез…
Свободного времени у Яшнова действительно было очень мало. С семи до трех он работал на заводе у слесарного верстака. А потом до позднего вечера — дела пионерской базы. Девять отрядов — это не шутка. Если к десяти часам домой выберется, то хорошо. А ведь надо и самому учиться. Книгу почитать, газеты…
Все это Олег знал отлично. Понимал и то, почему Яшнов при каждой встрече спрашивает, хорошо ли пионеры разбираются в международной обстановке… Еще с осени тридцать первого года, когда Япония оккупировала Маньчжурию и самурайские дивизии вышли на границы СССР, на Дальнем Востоке создалась напряженная обстановка. Провокации и налеты следовали один за другим. Было ясно, что японские вояки ищут повода, чтобы начать войну.
Все тревожней становилось и на Западе. Особенно в Германии. Там к власти пришли фашисты. И тотчас по стране покатилась волна террора. Штурмовики Гитлера организовали грандиознейшую провокацию — подожгли рейхстаг, а вину свалили на коммунистов… Шестого марта арестован вождь Коммунистической партии Германии Эрнст Тельман…