...Да поможет мне бог

Джексон Феликс

— Соедините меня с мистером Страйкером.

— Минуту, сэр. — И затем: — Мистер Страйкер у телефона, мистер Донован.

— Хелло, — сказал Спенсер. — Это вы, Дэн?

— Да, — ответил Страйкер. — Очень жаль, мой друг, но мистер Уилсон уехал отдыхать.

Он говорил вкрадчиво, с интеллигентскими интонациями.

— Может, позвонить ему домой? — спросил Спенсер.

— Нет, не советую, — ответил Страйкер. — У вас что-нибудь очень важное?

— Хотел поговорить насчет положения в Вашингтоне, Я только что беседовал с Биллом Спайксом.

Наступило молчание.

—

Ага, понимаю, — сказал Страйкер. — Видите ли... Боюсь, что придется подождать до понедельника.

— Ждать нельзя.

Снова пауза.

— Хелло, — сказал Спенсер.

Голос Страйкера был едва слышен.

— Я у телефона, мой друг. Говорят, у вас там дикая жара в Нью-Йорке. Надеюсь, вы не расплавитесь.

— Билл хочет, чтобы в Вашингтоне вас представлял Тед Эшбери, — резко сказал Спенсер. — Я категорически против. Это... это крайне неудачный выбор.

— Вот как? — спросил Дэн Страйкер. — Я думаю, вам лучше сразу же в понедельник утром поговорить с мистером Уилсоном. Ему будет небезынтересно услышать ваше мнение.

— А если Спайкс договорится с Эшбери до понедельника?

Страйкер ответил не сразу.

— Не думаю, что у него такие полномочия, Спенсер. Я уверен, что у него их нет.

— Ладно, — сказал Спенсер, не пытаясь даже скрыть свое разочарование. — Я позвоню мистеру Уилсону в понедельник. Спасибо, Дэн.

— Всегда к вашим услугам, мой друг. Желаю хорошо отдохнуть.

— И вам тоже.

Спенсер положил трубку. Он не смотрел на Арта Дэниелса.

Наконец Арт спросил:

— Что вы скажете, мистер Донован?

Спенсер взял сигарету и зажег спичку.

— Уверен, что Билл уже договорился с Тедом Эшбери. Уилсон дал согласие, и Страйкер знает об этом, — сказал он.

Арт покачал головой.

— Не могу поверить. Билл Спайкс определенно изменился.

— Может быть, он что-то узнал, — сказал Спенсер,

— Что узнал?

Спенсер сразу понял, что проговорился. Незачем было упоминать об этом. Он проговорился впервые. Следует быть более осторожным.

— Ничего, — ответил он и встал. — Слишком жарко, чтобы волноваться. Я лучше позову Мэри, и мы вместе просмотрим почту.

Спенсер ни с кем не договаривался завтракать вместе, поэтому вскоре после половины первого он попросил Мэри принести ему сэндвич. Она собрала свои блокноты и карандаши.

— Что с Сьюзи? — спросил Спенсер.

Мэри не нашлась что ответить.

— О...

— Я не любопытствую. Я просто думал, что смогу…

— Нет, сэр, — сказала Мэри. — Это... это ее личное дело. Здесь ничем нельзя помочь. Она должна справиться сама.

— Ладно.

— Хотите кофе к сэндвичу? — спросила Мэри.

— Холодного кофе, — ответил Спенсер. — И купите дневные газеты, пожалуйста, — добавил он.

Посылая Мэри за сэндвичем, он всегда просил ее купить газеты. И сегодня он обратился к ней с обычной просьбой без каких-либо особых соображений.

Оставшись один, Спенсер продолжал думать о Сьюзи, Эта скромная девушка, еще очень юная, с короткими каштановыми волосами и белой кожей, поступила к нему работать около семи месяцев назад, когда

он открыл свою собственную контору. Мэри привела ее в его кабинет и представила ему. Это был, пожалуй, единственный случай, когда Спенсер говорил с ней, если не считать необходимого обмена фразами ежедневно во время работы, Он вспомнил, что она окончила скромный колледж в каком-то штате и что служба у него была ее первой службой. Ему смутно припомнилось, что семья ее живет в маленьком городке где-то на Среднем Западе и что у нее есть несколько братьев и сестер. А однажды, пришло на память Спенсеру, на вечеринке, устроенной им в честь одного из клиентов, на которую он пригласил всех своих служащих, Сьюзи после двух рюмок коньяку стала очень храброй и обняла его.

На столе загудел зуммер, и Спенсер поднял трубку,

— С вами хочет поговорить мистер Садерленд, сэр, — сказала Сьюзи.

— Мистер Садерленд?

Спенсер секунду помедлил.

— Здравствуйте, мистер Садерленд, как поживаете? — наконец сказал он.

— Полагаю, вы видели газету, — начал мистер Садерленд.

— Какую газету?

Но, задавая вопрос, Спенсер уже знал ответ. На мгновение все, казалось, замерло, даже сердце остановилось у него в груди.

— «Стар джорнел». — Джеймс Садерленд был взволнован, он задыхался. — Сегодняшнюю «Стар джорнел». Я только что купил ее. Там статья Уолта Фаулера.

Спенсер услышал свой собственный голос.

— Я не видел «Стар джорнел».

— Достаньте ее, мой мальчик. Поскорее купите. Это какая-то ошибка. Это — самая отвратительная статья, которую я когда-либо читал... и ее перепечатают во всех газетах. Возбудите дело против этого сукина сына. Пусть он получит по заслугам. Свяжитесь с Джоном Арбэттом. Он даст вам совет. Действуйте!

— Конечно, — ответил Спенсер, внезапно успокаиваясь. — Мне очень жаль, что вы так огорчены.

— Огорчен! — Джеймс Садерленд почти кричал. — Увидите сами. Он называет вас предателем, коммунистом. Мой мальчик, это может повредить вам. Это погубит вашу карьеру.

— Возможно, если бы это была правда, — сказал Спенсер.

Наступило короткое молчание.

— Я кончаю, — сказал мистер Садерленд. — Позвоните мне, ладно? Прочитайте статью и позвоните мне.

— Хорошо, мистер Садерленд, — ответил Спенсер.

Он неожиданно для себя встал и, заметив, что пиджак все еще на нем, снял его, бросил на стул и ослабил узел галстука. Затем он прошел через пустую приемную, где обычно сидела Мэри, и натолкнулся на Сьюзи, которая писала письмо.

Заметив Спенсера, она подняла голову.

— Мэри пошла за сэндвичем, сэр, — сказала она.

Он кивнул и с минуту стоял, глядя на нее; она смотрела на него, в глазах ее был страх, а пальцы нервно теребили письмо.

— Мистер Дэниелс пошел завтракать? — спросил Спенсер.

— Нет, сэр. — Она говорила с трудом, запинаясь. — Он... еще в конторе.

Арт Дэниелс, сидя за столом, что-то писал, когда вошел Спенсер, оставив дверь открытой.

— Арт, у нас могут быть неприятности, — сказал он.

Арт отложил перо.

— Какие неприятности, сэр?