Звездопад
Шрифт:
— А… Действительно, не буду вам мешать, — снова улыбнулась она. — Но я уверена, что это не последняя наша встреча, лорд Кассард. Кто-нибудь из сестриц непременно свяжется с вами, — добавила она и ушла не прощаясь. Просто направилась в сторону ближайшего выхода, на ходу поставив свой бокал на поднос одного из слуг.
«Несмотря на разницу в размере и видимом возрасте, сестрица Тануф до боли напоминает графиню Дэрларль. Ухватки те же, — решил Алекс, провожая её взглядом. — Как пить дать, потом окажется, что это какая-нибудь церковная инквизиция».
Топтавшаяся рядом группа с «кораблём», увидев, что сестрица
— Ваша светлость, Объединённые верфи космиков Кассарда хотели бы представить вам проект фрегата, разработанного нашей лучшей группой… — Высокий пожилой мужчина, державший в руках модель корабля, не договорил. Откуда-то слева раздался выкрик на неизвестном языке, и воздух с визгом разорвала вереница бластерных разрядов, устремившихся к лорду Кассарду.
Глава 12
Таэр поддерживала вежливую беседу ни о чём с майором Дербалом, как вдруг взгляд поплыл и управление телом перехватила наведёнка. Она видела, как медленно тянется за оружием полицейский, стоявший за спиной. На краю зрения, справа, где стояла Кэйрин, полыхнуло золотом, моментально скрывшимся в дымном выбросе горящей ткани и плоти. Рассечённый слуга сложился напополам, и верхняя половина тела начала медленно падать вниз сквозь густой сироп воздуха. В этот момент её собственная правая рука, выхватившая бластер, послала первый разряд в голову полицейскому и тут же сменила цель. Наведёнка успела убить двоих полицейских, но третий успел всё-таки достать оружие, и прежде чем он умер, в сторону лорда устремилась вереница разрядов. Один из них попал в руку человеку, державшему модель фрегата, а ещё два ударили в грудь «его пречистости». С треском лопнули оранжевые шары разрывов, выбросив россыпи алых искр, и Тисшир, согнувшись словно от удара под дых, начал медленно оседать.
Наконец-то среагировали гвардейцы в доспехах. Один из них схватил лорда, включив его в радиус своих щитов и закрыв своим телом, чуть поднялся в воздух, двинувшись к одному из выходов. Началась отработка плана эвакуации.
Наведёнка продолжала стрелять, словно в тире, не меняя положения, лишь переводя бластер на следующую цель, несколько раз по её щиту чиркали разряды, и вдруг всё кончилось. Холодная, безэмоциальная ритмичность боя исчезла, оставив её в центре павильона.
Сверху молочным дождём, под вой противопожарной системы, лилась огнепоглощающая смесь, пахло палёным пластиком и слышались стоны раненого. Кто-то в суматохе пытался открыть заблокированные во время эвакуации лорда двери. Остальные ошалело оглядывались, пытаясь понять, что произошло. Нападавшие застыли на полу, и на их белой форме явственно чернели следы попаданий. Это были полицейские, слуги и трое человек из числа гостей.
Всё такое чёткое, слишком яркое и совершенно неуместное, словно сцена из голо.
Таэр справилась с накатившим на неё ощущением нереальности происходящего и, включив коммуникатор, начала раздавать распоряжения. Нужно было убедиться, что эвакуация лорда прошла успешно. Вызвать карпацианцев из руки баронессы Риональ, чтобы оцепить павильон и убрать журналистов. Связаться с разведчиками и вызвать медиков. И никакой местной полиции. Спустя несколько минут она оставила
Это была комната, предназначенная для ожидания журналистов. Она была практически пуста, если не считать четырёх маленьких диванчиков и кофров от техники. Таэр аккуратно закрыла за собой дверь, отрезав шумную суматоху и громкие отрывистые команды, раздававшиеся в зале. Глава Церкви Пламени лежал на полу, на спине, под его головой была скомканная сумка от камеры. Склонившийся над ним сайн-майор Дербал поднял взгляд на вошедшую Таэр и покачал головой.
«Без шансов». Это было и так понятно, единственная группа медиков, по плану эвакуировалась вместе с лордом, и сейчас они были на взлетевшем фрегате. Вызванные должны были прибыть только через пять-шесть минут. Ранение Тисшира не позволяло столько ждать, если он и был ещё жив, он был обречён.
Но вселенский благоусмотритель был ещё жив, он чуть повернулся и посмотрел на Таэр.
— Лорд Кассард… — прохрипел он, задыхаясь. — Он жив?
— С ним всё в порядке, ваша пречистость. Он в безопасности. Не говорите ничего, поберегите силы, скоро прибудут медики, — скороговоркой ответила «специалистка», в панике подумав: «Великие тени, да у него сожжено правое лёгкое, как он вообще может говорить?»
— Хорошо… — улыбнулся Тисшир. — А то ещё рано… — прошептал он и, протяжно выдохнув, застыл. Морщины на его лице разгладились. На губах замерла растерянная улыбка, и сам он как будто помолодел или избавился от тяжкой ноши.
Майор, снова склонившись над Тисширом, сделал несколько быстрых выдохов ему в рот и, положив ему на грудь сложенные ладони, с силой нажал, а потом ещё раз. Тело дёргалось в такт нажатий, но Таэр чувствовала, что это бесполезно. Она потянулась, чтобы его остановить, как вдруг увидела мягкий синий свет в глазах «его пречистости».
— Не смотри! — успела крикнуть она, отворачиваясь, до того как волна липкого ужаса коснулась её. Но это было лишним, майор уже лежал ногами к благоусмотрителю, уткнувшись лицом в пол и закрыв голову руками.
Мерзкое ощущение вытягивающей нутро жути ледяными щупальцами растекалось по телу. Лёгкие сковало льдом, и она захлебнулась, пытаясь закричать. Вдруг она почувствовала, как включилась наведёнка, лёгкие налились огнём, и этот болезненный жар передался мышцам, сгоняя оцепенение. Наконец-то заработала блокада, и страх отступил. Таэр повернулась и увидела то, что ожидала увидеть: висящий над телом Тисшира сгусток оранжевого пламени размером с яблоко. Шарик еле заметно покачивался в воздухе, и от него ощутимо веяло теплом. Она просто смотрела на пламя несколько секунд, когда шарик налился синим и, обдав её волной прохладного ветра, — исчез.
Наведёнка отступила, и её судорожный вздох совпал со вздохом майора. Их обоих трясло, и они с трудом пытались отдышаться, втягивая в себя как можно больше воздуха. Сайн-майор приподнялся и, прислонившись спиной к стене, дрожащими руками достал портсигар и тонкую золотую зажигалку. Достав две сигареты, он протянул одну Таэр.
— Я не… — начала «специалистка», но её руки привычно взяли сигарету, и она совершенно автоматически прикурила. И сделав затяжку, зашлась судорожным кашлем. — Проклятие! Я с детства это не переношу, даже запах.