Звездопад
Шрифт:
Алекс вдруг почувствовал себя на редкость глупо, как будто его поймали на каком-то мелком хулиганстве, в конце концов он никого никогда не допрашивал «С чего начать-то?»
— Ну что, полное имя, звание, должность, сколько у вас танков и где находятся ваши ракеты?
Раненый моргнул, зрачки его сузились, и он выдал беспрерывной скороговоркой:
— Аларьян Тилири, сайн имперской службы безопасности, куратор третьей группы ПВД, я не знаю, что такое танки, ракеты разобраны, боевые части переданы исполнителям из ПВД, маршевые части хранятся на складе по адресу Таллана, Клария, тридцать четвёртый блок, улица Туранно, строение двадцать
— Твою мать… — только и выдохнул Алекс.
— Мать Валесса Тилири… — начал допрашиваемый, приняв невольный возглас за вопрос, но Алексу было не до этого.
«Вот так и „член черезвычайного комитета“, — ошарашенно подумал он. — Их, похоже, настоящих вообще не бывает… Этот вовсе агент имперской безопасности».
«Вот тебе и „ничем не рискую“, — некстати ожил внутренний голос. — Как думаешь, что тебе будет за допрос сотрудника при исполнении с применением средств?»
«Ничего не будет, — мысленно огрызнулся он. — Как они узнают, что это именно я его допросил? Тут такой хаос. И потом, откуда я знал… — Алекс запнулся и развил мысль: — Не знал. А теперь знаю… — Тут лежит террорист из ПВД, член чрезвычайного комитета Талланы и сотрудник имперской безопасности. Вот кто за этим стоял. — Многое становилось ясным. — Перед обстрелом на охоте над нами пролетел имперский истребитель. Потом он же, якобы случайно, уничтожил аэрокар с обезвреженными нападавшими, оборвав все „ниточки“. Потом ко мне заявляется следователь из СБ с „техническими специалистами“, и буквально через день убийцы проходят сквозь систему охраны незамеченными. А когда это не помогло, на нас свалился целый отряд в скафандрах, для которых кто-то отключил генератор щита. И в свите лорда Веласке были двое из СБ. Получается, ПВДшникам всё это время помогала имперская безопасность. Или наоборот? Может, это ПВД помогало эсбэшникам или было лишь их инструментом. А может, этот мужик вообще честный агент под прикрытием, разоблачающий террористов? Или не менее честный провокатор, а СБ вообще ни при чём?»
Он мотнул головой, отгоняя рой догадок, заполонивших мысли, и, решив, что можно просто спросить, прервал рассказ раненого о его матери.
— Чем занимается куратор третьей группы ПВД?
— Обеспечение связи между исполнителями из ПВД и координатором операции, управление агентами, приписанными к группе, сбор информации и общее наблюдение.
«Вот и операция появилась», — невесело подумал Алекс и спросил вслух:
— В чём суть операции?
— Дестабилизация обстановки в секторе Тэйл, демонстрация недееспособности и опасной некомпетентности местных властей. Создание условий для введения чрезвычайного положения, перевод сектора под прямое имперское управление.
— Какая прелесть… — протянул Алекс, нервно сглотнув. «Но я-то тут при чём?! — подумал он, переваривая услышанное. — Ну какие-то высокие политические игры, меня-то зачем убивать? И при чём тут лорд Веласке?»
— С какой целью организовывались покушения на ме… — Алекс хотел сказать: «на меня». Но вовремя исправился: — На лорда Кассарда?
— Я не знаю, — выдохнул раненый и быстро-быстро заговорил, будто что-то выталкивало из него слова быстрыми и сильными толчками. — Я этим не занимался. Этим занималась первая группа ПВД. Её курировал сам Гранд, меня в это не посвящали. Я узнал об этом случайно от Клайока, когда спросил, для чего понадобились штурмовые скафандры…
Алекс
— Сделай предположение, для чего это могло понадобиться.
— Для дестабилизации обстановки в его домене и в Доме Файрон в целом.
«Та-ак, это выглядит довольно логично. Но почему они просто тогда не обвинили меня в чём-нибудь и не казнили на фиг? Или посадили. У них же тут диктатура и абсолютизм… — Он возвёл глаза к потолку, вспоминая всё, что он выяснил о местном госустройстве из конспектов Таэр и бесед с маркизом Деграсто. Абсолютизм не вырисовывался. Да и для диктатуры прав у дворян было ну очень, очень много. — Допустим, что действовать против меня официально они просто не могли, политическая обстановка не позволяет. Но при чём тут мелатцы? Им ведь, по идее, тоже невыгодно, если введут прямое управление. Или нет? — О Доме Мелато Алекс знал удручающе мало. Какие у них могут быть интересы в этом деле, было совершенно непонятно. — И он ещё про какие-то ракеты говорил…»
— Какова роль Дома Мелато в операции?
— Мне это неизвестно. Я ничего не слышал о Доме Мелато в связи с операцией. Агенты и ячейки ПВД на их территорию не засылались. Возможно, руководитель операции знает больше.
— О! — довольно ухмыльнулся Алекс. — А кто руководитель операции?
— Я точно не знаю. Наверно, заместитель Шелдона, сайн-капитан Тарбел.
— Наверно?
— Операция деликатная, почти никаких документов, всё устно. Но вводил меня в суть дела именно он, оперативный план передавал тоже он. Координатором выступает тоже он. Отчитываюсь я перед ним. Наверно, есть кто-то выше в центре, но я не знаю.
— Кто ещё занимается этой операцией? Имперская безопасность и ПВД или кто-то ещё?
— Я… я знаю только о СБ и ПВД, даже среди СБ мало кто посвящён в сам факт проведения операции. Возможно, задействован ещё кто-то, мне неизвестно.
— Имперская разведка? — предположил Алекс, он вспомнил, что вместе со специалистами из СБ с ним беседовал и следователь трибунала, по совместительству офицер разведки.
— Нет, — мотнул головой эсбэшник, облегчённо вздохнув. — Разведка вообще не посвящена, слишком важно, император никогда не доверял этим чванливым… — Его тираду перебил нетерпеливый вопрос:
— Откуда ты это знаешь?
— Одна группа разведки слишком близко подобралась к ПВД. Мы узнали об этом. У нас есть информатор среди операторов моментальной связи в крепости. Мы перехватили их доклад, разведчиков пришлось устранить.
— Может быть, просто эти конкретные разведчики были не посвящены? — предположил Алекс. — Ведь даже среди СБ далеко не все в курсе.
— Тогда головное управление просто перекинуло бы их подальше от Талланы, чтобы они не создавали проблем. Но они работали очень предметно. Их не интересовало само ПВД, они хотели знать, кто именно за ними стоит. Это было очень опасно. Для всей операции. Всё могло сорваться.
— Почему? Ведь император мог просто приказать положить всё это под сукно, в смысле засекретить.
— Я не знаю. Так сказал капитан Тарбел. Он сказал, что если разведка узнает об этом, это подорвёт всё дело. Их надо устранить. Я не знаю, почему он так сказал.
— Предположи.
— Разведка, они всё равно флотские. Там много дворян. Информация расползётся, даже если её засекретить. Само требование засекретить уже подтвердит существование оперативного плана «Волна». Это неприемлемо политически.