Звездолет "союз"

Завацкая Яна

— Я думаю, никто не возражает, — Кэс обвел присутствующих взглядом, — тогда этот вопрос закрыт. На повестке дня у нас следующий вопрос, более сложный. Что и как мы теперь будем делать. Товарищ Ю? — он посмотрел на инженера.

Линь Ю издал глубокий вздох. Выпрямился.

— Ну что ж… я инициировал это дело, и у меня, как вы знаете, был определенный план. Большинство присутствующих в курсе, этот план заключался в том, чтобы подойти к Руси и начать переговоры с фирмами с целью продать звездолет. Юридически он является собственностью господина Абрамова. И конечно, в этом есть элемент…э-э… пиратства. Но пиратства с благими

целями. На корабле имеется вооружение и энергетическая защита, корабль практически невозможно захватить извне и довольно трудно разрушить. Мы планировали передать "Союз" в собственность какой-либо корпорации или же государства, которые гарантируют нашу безопасность, значительную денежную долю для каждого, и наше участие в дальнейших разработках. Личная разработка "Союза" была бы затруднена, так как мне представлялось, что мы не имеем достаточно персонала для этого.

Но сейчас, признаюсь, я пересмотрел свои взгляды. Новая информация о корабле, и в первую очередь наличие искина с обучающими программами и всей необходимой информацией о технологиях СТК. Во вторую — возможность неограниченно долго жить на борту и находиться в космосе. Словом, я полагаю, что мы, наша группа, могли бы своими силами организовать изучение корабля! И в дальнейшем продавать патенты на Русь тем, кого мы сочтем достойными. Вот примерно такая идея, — завершил инженер свою речь.

— Надо сказать, что мы имеем полный минимальный экипаж А-корабля среднего класса, — добавил Кэс, — капитан, бортинженер, инженер систем жизнеобеспечения, военный специалист, врач, планетолог. А то, что большинство из нас не имеет достаточной квалификации для работы на таком корабле — я думаю, с помощью Антуана мы решим эту проблему. Светлана?

Девушка нахмурилась.

— Против идеи может говорить тот факт, что мы еще не провели толком инвентаризацию, а на утверждения Антуана нельзя полагаться слепо. Мы не знаем, есть ли у нас в самом деле достаточно ресурсов, чтобы жить на корабле неограниченно долго, все ли в порядке с двигателями и техникой жизнеобеспечения. Но это мы выясним в ближайшие дни.

— А если чего-то не хватает, — тихонько добавила Чин, — то может быть, эту проблему можно все-таки решить. Где-то сесть на планету и пополнить запасы, например…

— Я только за, — высказалась Лотта, — сейчас я имею уникальную возможность изучения в непосредственной близости спутников Ленина. Ну и… может быть, мы вернемся на Смирнову или найдем другое место вблизи планет системы Руси, что для меня было бы очень интересно в научном смысле. Все эти переговоры, торговля… а нужно ли это нам? Нужно ли это кому-то на Руси?

— Все-таки я надеюсь, что нам удастся договориться с кем-то на Руси, — возразил инженер, — моим основным мотивом как раз и было то, что человечеству необходимы технологии, которые несет "Союз".

— В любом случае, сейчас наша основная задача, — подытожил Кэс, — изучение корабля, инвентаризация и наладка оранжереи. Я думаю, мы справимся с этим. Надо будет выработать определенные правила внутреннего распорядка. Товарищи! — он улыбнулся, — мы совершили невозможное. В наших руках — звездолет СТК. Мы должны использовать этот шанс как можно полнее.

Глава 8. На корабле.

— Уравнения Матари? Вчерашний день. Нет, позавчерашний, — уточнил Антуан.

— А что ты используешь для расчета

курса? — поинтересовалась Тина. Темные глаза-угольки возбужденно горели.

— Смотри!

Вместо вихрастой рожи на экране появились ряды уравнений. Девочка впилась в них глазами. Ее тонкие пальцы судорожно вцепились в краешек пульта.

Наконец Тина откинулась назад.

— Но так же не может быть, — сказала она разочарованно, — Туан! Это что — люди все знали, а потом забыли?

— Полагаю, в архивах институтов Руси все это где-то лежит. Но ты видишь, это другой уровень. Другой физический смысл. Все это имеет значение для субсветовых скоростей и в особенности для перехода за световой барьер — к чему и кому это нужно на Руси сейчас? Видимо, потому уже и не осталось специалистов, способных воспроизвести эти уравнения.

Тина вгляделась в математические выражения. Ее рука скользнула на клавиатуру.

— А если так?

Она исправила переменную.

— Не имеет смысла, — отозвался Антуан и тут же показал следующие преобразования. Тина разочарованно закусила губу.

Ее мать в это время загрузила в очередной кювез порцию размороженных семян и включила агрегат. Прошлась вдоль грядок с травами, помидорной теплицы. Внимательно вгляделась в зеленый крошечный плод с краю — кажется, оттенок становится бурым.

— Джан! — она огляделась. Чужой спешил к ней из другого угла оранжереи.

— Джан, посмотри… мне не кажется?

— Цвет изменение есть, — согласился Джан. Протянул руку-щупальце, крышка аппарата плавно поднялась, восемь гибких "пальцев" Джана обхватили больной помидорчик.

— Инфекция? — спросила Чин. Джан способны многое определить на ощупь. Какими-то своими дополнительными чувствами.

— Нет инфекция, — вынес вердикт инопланетянин, — есть мало свет. Свет плюс два единица. Антуан?

— Две единицы? С этого краю? Пожалуйста, — послышался веселый голос. Освещение чуть увеличилось.

— Спасибо, — сказала Чин обоим, — сейчас я еще посмотрю деревья. Джан, ты закончишь с разморозкой?

— Джан закончить, — существо засеменило обратно к криоустановке.

Чин вышла в парковый отсек. На корабле росли даже деревья — разумеется, все они давно погибли, но на днях Чин с Джаном высадили новые размороженные саженцы. Все они были, разумеется, генетически модифицированы и являлись гибридами — молодые дубки, на которых будут расти яблоки, березки, которые в будущем осыплет сиреневый цвет, а завязи потом преобразуются в сливы и гроздья вишен… Пальмы, на которых одновременно вырастут бананы и кокосовые орехи.

За неделю саженцы пошли в рост, и первые зеленые листочки уже распустились. Чин брела по дорожке, внимательно вглядываясь в растения. Автоматика регулирует параметры почвы и воздуха, следит за состоянием саженцев, но человеческий взгляд необходим, иногда можно заметить вещи, которые не обнаружит никакая автоматика. Правда, еще лучше взгляд и присутствие Джана.

Между саженцами пробивалась молодая пушистая травка, вдали виднелись кустарники. Под рубкой раскинулось пустое пространство — его еще предстоит засеять, согласно документации, здесь должен располагаться нетронутый биотоп — луг, заросли, болото. Остальное пространство парка — кроме прочего, место для рекреации. Потолка здесь, казалось, не было, пусть это иллюзия — но вверх уходила глубокая прозрачная синева.