Звездный всадник
Шрифт:
– Расстояние 80, скорость 720
– Навигатор, вектор подхода?
– 11.47++17.2 модуль 9
– Третий, пятый маневровый на малый. – Панель первого пилота вздулась шаром и на обзорном экране мелькнули тени. Опять эти видения, да когда ж это кончится.
– Расстояние 60, скорость 640
– Приступить к выходу на вектор, - Валаи развернул свою панель и приготовился ввести команду автоматической стыковки. Внезапно в глазах потемнело, стены поплыли и вдруг стали прозрачными. Валаи зажмурился. «Так дальше продолжаться не может. Вернемся на Алидар, пойду в мед. службу» - решил
Рубки он не увидел. Очертания корабля смазались и растеклись. При желании он мог бы увидеть любой, из его отсеков. Обзорный экран просто растворился и на его месте, прямо перед носом корабля Валаи увидел шесть поводков. Они свободно плыли по космосу, а, другом их конце, так же свободно, плыли шестеро, похожих на летающих змей, существ.
Еще восемь таких же, только помельче, он увидел сбоку от корабля. Несколько поводков были натянуты, и змеи послушно тянули корабль каждый в свою сторону. Валаи впал в ступор. Все, что он мог – это молча наблюдать за видением, и медленно приходить в ужас.
Внезапно четыре, из шести носовых поводков резко натянулись. Змеи встрепенулись и рухнули куда-то (вниз?). От резкого толчка ремни кресла врезались в грудь, выдавив из легких остатки воздуха. Мир подпрыгнул и вернулся на круги своя. Змеи исчезли, рубка вернулась на место, а вместе с ней и зло орущий старпом.
– А затем был удар, и только одна мысль: «Я сошел с ума». – Валаи замолчал и посмотрел на Элеи в упор. – Я так и не смог об этом рассказать, ни на суде, ни потом. Через несколько месяцев нормальное зрение пропало совсем. Я перестал видеть реальный мир и вот уже год живу в мире чудовищ.
– Нет, Валаи. Именно сейчас ты и видишь настоящий мир, такой, каким видим его мы. Твой дар называется «истинным зрением», и он большая редкость среди людей. Если бы ты сразу обратился в храм, то твоя судьба сложилась бы иначе.
Валаи горько усмехнулся и вновь облокотился о стекло иллюминатора. Элеи не стал дожидаться, пока капитан отойдет от своих мыслей. Он узнал все, что хотел.
========== Глава 19 ==========
С точки зрения простого, непосвященного наблюдателя этот участок космоса ничем не отличался от любого другого. Тысячи парсек межзвездного пространства казались не тронуты присутствием человека. Вокруг только пустота, тишина и звезды. Звезды, уютно подмигивающие вам, как будто желающие шепнуть что-то сокровенное.
Но именно это подмигивание и насторожит опытного пилота. Бывалые дальнобойщики скажут вам, что это место плохое и отсюда лучше убраться. Но, более вразумительного ответа вы не получите. Почему именно это место плохое останется для вас загадкой.
Всевидящий процессор управления покажет, что космос вокруг пуст. Потоки в норме, излучение в пределах допустимых отклонений. Единственное, на что он обратит внимание - мало космической пыли для этого участка космоса. Но этот фактор попадет в разряд положительных, и корректировки курса не будет.
Но, пролетев еще немного, вы станете ощущать беспокойство. Безмолвие космоса вдруг станет особенным: вязким и каким-то гнетущим. Чернота космоса плотной, а блеск звезд зловещим. Придет ощущение беспомощности и страха. Темнота
Бывалый путешественник скажет, что подобные чувства испытываешь, когда проходишь Предел. Но здесь не Предел, и до Пограничного сектора отсюда далеко. Конечно тут не центральные миры, но и не окраина. Всего в двух днях полета находится Кирсан. И его патрульные корабли частенько сюда наведываются.
Но сегодня их не было и это вполне устраивало Лоэли. Ему хватало своих проблем, и объясняться с местными не было никакого желания. Всадники получили четкий приказ: не выпускать из сектора никого. Так что появись здесь какой-нибудь корабль, он подлежал немедленному уничтожению.
Для взгляда человека окружающий космос был пуст, но попади сюда хоть один хетар, он бы содрогнулся от увиденного. Огромная армия разместилась рядом с небольшой, всего в тридцать километров, аномалией.
Почти сто тысяч человек. Восемьдесят процентов всех всадников Алидар. На планете остались только те, кто еще не закончил учебу, да еще необходимый для обороны минимум. Все остальные последние сутки провели в седле.
Привести такую армию в нужное место, да еще сделать это незаметно, стало для Лоэли серьезным испытанием его военного таланта. И дело тут было вовсе не в десятке государств Простора, чьи границы они так нахально нарушали.
Скрыться с глаз людей было проще всего. Ни один человек или прибор не способен засечь ушедшую в смещение армию. Гораздо сложнее не попасться на глаза катангам. Невидимая для людей, армия была как на ладони перед их охотниками. А если еще учесть то, что подвести ее надо было к самому гнезду… Но тут пришли на помощь ткачи.
Рассудив, что Алидар представляет для них меньшую опасность, чем новый рой, они за несколько дней соткали покрывало. Рассчитано оно было на то, что охотники катангов пока еще не ныряют глубоко, предпочитая плавать по поверхности, где много еды и нет опасности раньше времени нарваться на ткачей. Такое покрывало, растянутое над всадниками, давало ощущение глубины, и не позволяла разглядеть армию с поверхности.
Натянутым это покрывало держали два десятка охотников. Если верить словам ткачей, то с точки зрения катангов это будет похоже на большую охоту, и никаких подозрений вызвать не должно. Даже более того. Увидев такую облаву, катанги и вовсе скроются с глаз, стараясь себя не выдать. Конечно, идея была рискованной, но другой просто не было. Пришлось поверить ссурах.
И вот уже сутки, как всадники в седле. И смогут они продержаться еще столько же. Смещение меняет метаболизм человека. Ведь на глубине нет привычного нам воздуха, воды и пищи. Все, что защищает всадника – это его плащ. Он, как глубоководный купол, удерживает внутри необходимые для жизни условия. Но стоит ему дать трещину и всадник немедленно погибнет.
Но защита и ресурсы его не вечны. Хотя бы раз в два дня всадник должен выходить из смещения, что бы отдохнуть и восстановить силы. Полноценный отдых после сорока часов в смещении составляет не меньше шести часов. Шесть часов, которые всадник должен находиться на поверхности, то есть на планете или космическом корабле.