Звездный скиталец

Гацунаев Николай Константинович

Устали? Не повезло в любви? Увлеклись этнографией? Просто захотели встряхнуться? Фирма к вашим услугам. Успех гарантируется.

Вглядитесь в эти кадры. Перед вами хроника. Подлинная хроника стран и эпох.

Экран погас и тут же засветился снова. Гнали хронику. Судя по царапинам на эмульсии, гнали не впервые. Мелькали засветки. Временами изображение было не в фокусе. Чувствовалось, что снимал дилетант.

"Дешевка, - отметил про себя Симмонс.
– Трюкачи и шарлатаны".

...По мощенной булыжником узенькой улочке средневекового города тянулся

обоз. Одетые под итальянских крестьян статисты нахлестывали тощих лошаденок. Лохматая собака перебежала дорогу и остановилась на углу, обнюхивая грубые камни ограды. Проскакал всадннк в начищенных до блеска доспехах. Двое взъерошенных мальчишек сосредоточенно колотили третьего. Тот не сопротивлялся и даже не делал попытки удрать, лишь закрывался руками, размазывая по лицу розовые сопли.

Обоз свернул в боковую улицу, и стала видна просторная площадь перед собором. На фоне далеких облаков выделялись характерные очертания башни.

"Пиза, - догадался Симмонс.
– Падающая башня".

Что-то заставило его вглядеться в изображение внимательнее. Ошибки быть не могло, башня высилась совершенно вертикально.

– С вашего позволения...

– Что?
– вздрогнул Симмонс. Гость мял в пальцах сигарету.
– Да, конечно.

...Из густых колючих зарослей вышел человек. Приземистый, неправдоподобно широкий в плечах, он стоял, озираясь по сторонам и словно принюхиваясь. В правой руке охотник сжимал зазубренный обломок камня.

Что-то затрещало в зарослях.

Человек обернулся, и в то же мгновение длинное пятнистое тело обрушилось на него откуда-то сверху. Несколько секунд ничего нельзя было разобрать. Изображение бешено скакало, теряя и вновь обретая четкость,

Затаив дыхание, Симмонс следил за схваткой. На мгновение он оторвался от экрана и взглянул на гостя. Тот невозмутимо дымил сигаретой.

...Зверь был, пожалуй, вдвое крупнее человека. Однако, когда Симмонс снова взглянул на экран, охотник уже сидел верхом на распростертом чудовище и обеими руками заталкивал ему в пасть обломок камня. Зверь отчаянно извивался, молотил воздух лапами, то и дело задевая человека. По груди и плечам ручейками струилась кровь, но исход поединка уже не вызывал сомнения. Человек победил.

Лапы зверя двигались все медленнее. По гигантскому телу пробежала конвульсия, и оно замерло. Человек поднялся. Шатаясь, сделал несколько шагов в сторону зарослей, вскинул над головой окровавленные руки и, застонав, рухнул в траву.

В то же мгновение из зарослей к убитому хищнику ыетнулись приземистые, полуголые фигуры. Симмонс различил среди них женщин и подростков. Не обращая внимания на неподвижного охотника, они набросились на добычу. Тускло блеснули каменные острия.

Зарябили засветки, мелькнула длинная полоса неэкспонированной пленки с потеками химикалий. Пошел новый сюжет.

...Среди оранжевой пустыни под неправдоподобно голубым небом высился на холме город из "Тысячи и одной ночи". Поблескивали купола минаретов и мечетей.

Город огибала широкая лента реки. С противоположной стороны, насколько хватало глаз, простиралась

степь, гладкая, как площадка для гольфа. По степи, вздымая белесое облако пыли, двигался караван. Груженные пестрыми тюками верблюды шли цепочкой, вытянув шеи и устало переставляя ноги.

Внезапно из прибрежных зарослей вырвалось десятка два всадников на низкорослых лохматых лошаденках. Размахивая сверкающими на солнце кривыми клинками, всадники помчались наперерез каравану. Секунда-другая, - и облако пыли заволокло изображение. Метались неясные силуэты. Хромая, проковылял верблюд со сбившимся набок, распоротым тюком. Из клубов пыли вырвалась крохотная человеческая фигурка. Отчаянно размахивая руками, человек побежал к городу. Из ворот навстречу ему скакали всадники...

– Что вы на это скажете?
– гость выключил аппарат и испытующе уставился на Симмонса.

Симмонс пожал плечами.

– Ничего.

– Так-таки ничего?
– Гость нагнулся и подобрал с пола повестку.
– А на это?

– Не вижу связи.

– Сейчас увидите, - пообещал гость, усаживаясь в кресло.
– Здесь, - он похлопал ладонью по "атташе", - ваш единственный шанс.

– Вот как?
– усмехнулся Симмонс.

– Да. Через пару минут вы в это уверуете.

– Если не вышвырну вас за дверь.

– Допустим. А через три, ну, скажем, четыре дня вас в наручниках доставят на призывной пункт. Я уже говорил, у них там насчет юмора слабовато.

Симмонс снова скосил глаза на циферблат часов.

– Ладно.
– Гость поднялся.
– Эту штуку я вам пока оставляю.

Он порылся в кармане и швырнул на стол проспект в глянцевой обложке.

– Прочтите на досуге. Решитесь, - отнесете сами. Адрес указан. А нет, - послезавтра заберу. И нечего пялиться на часы. Прощайте.

Первым побуждением Симмонса было запустить "атташе" вдогонку непрошеному гостю. Он уже шагнул было к столу, но передумал и устало плюхнулся в кресло.

"Нахлещусь, - решил он с каким-то тупым злорадством. Девчонку приведу. Теперь все равно".

Алкоголь успокоения не принес. Зато девчонка подвернулась что надо - стройная синеглазая блондинка, знавшая, что от нее требуется.

Все знали, что от них требуется, кроме Симмонса. Так по крайней мере утверждала его жена, подавая в суд заявление о разводе.

– Все знают, чего хотят. Делают деньги, заботятся о семейном благе. Один ты не вылезаешь из своей идиотской лаборатории. Выбирай - она или я!

Объясняться было бесполезно. Симмонс понимал это и выбрал лабораторию.

С тех пор его редкие общения с представительницами прекрасного пола дальше постели не шли. Вот и эта, - Симмонс досадливо наморщил лоб, пытаясь вспомнить имя гостьи, - уйдет утром, чтобы навсегда кануть в небытие.

Он поднялся с постели, запахнул на груди фланелевую пижаму м сел в кресло.

– Послушай...

– Да?
– с готовностью откликнулась блондинка.

– Как тебя зовут?

– Эльсинора. А что?
– она живо повернулась к нему, широко раскрыв огромные чуть не с поллнца глаза.