Звездный прилив

Брин Дэвид

Кажется, что всегда не хватает воздуха.

– Если посссмотреть на сделанные с орб-биты исследовательские карты, видно, что на планете вулканы редки. Но здесь их очень много, и все они небольшого раз-змера.

Чарли пожал плечами.

– Не вижу логики, старина. Просто небольшое совпадение.

– Но ведь это единственная область, где есть металлические острова, – неожиданно сказала Хикахи. – Я не специалист, но астронавт привыкает настороженно относиться к двум совпадениям сразу.

Чарли как будто собрался заговорить, но передумал. Наконец он сказал:

– Очень

хорошо! Брукида, вы считаете, что эти коралловые существа нуждаются в корме, который может поставляться только этим типом вулканов?

– Возззможно. Наш специалист по экзобиологии Дэнни Судман. Она сейчас на одном из островов, исследует аборигенов. – Она должна прихватить для нас образцы. – Чарли потер руки. – Как вы думаете, можно попросить ее заглянуть в район вулканов? Не очень далеко, конечно, после того, что сказал Крайдайки. К маленькому вулкану, крошечному.

Хикахи со свистом рассмеялась. Этот тип рехнулся! Но его энтузиазм заразителен, это прекрасная возможность отвлечься от тревог. Если бы она умела прятаться от опасностей вселенной в абстракциях, как Чарли Дарт.

– И определить температуру! – воскликнул Чарли. – Дэнни сделает это для меня. Ведь я так для нее старался!

Крайдайки описал широкую спираль вокруг плывущего человека, разминая мышцы и изгибая спину.

Через нейросоединение подал команду главным манипуляторам согнуться.

Словно человек, разминающий руки.

– Ну хорошо, доктор. Чем я могу быть вам полезен?

Метц плыл неторопливыми гребками. Он дружелюбно посмотрел на Крайдайки.

– Капитан, я считаю, пора слегка пересмотреть нашу стратегию. Со времени нашего прилета на Китруп положение изменилось. Нам нужны новые подходы.

– Вы можете говорить определеннее?

– Конечно. Как вы помните, мы бежали из пункта перехода у Морграна, потому что не хотели погибнуть в засаде семи флотов. Вы быстро поняли, что даже если мы сдадимся одной группе, другие нападут на нее, и это неизбежно повлечет наше уничтожение. Тогда я не сразу понял логику вашего решения.

Теперь я его приветствую. Конечно, это был великолепный тактический маневр.

– Спасибо, доктор Метц. Вы, разумеется, не упоминаете другой причины нашего бегства. Совет Земли приказал доставить информацию непосредственно ему, без всякой утечки в пути. Наше пленение, несомненно, можно назвать «утечкой».

– Да! – согласился Метц. – И ситуация осталась прежней, когда мы прилетели на Китруп – повторяю, я считаю этот ход вдохновенным. С моей точки зрения, нас обнаружили из-за неудачи.

Крайдайки воздержался от замечания, что их еще все же пока не обнаружили. Окружили – да, но в сети не поймали.

– Продолжайте, – предложил он.

– Пока существовала вероятность, что нас не захватят, ваша стратегия себя оправдывала. Но обстоятельства изменились. Шансы на бегство теперь близки к нулю. Китруп остается полезен нам, как убежище от битвы, но не сможет нас скрывать, когда появится победитель.

– Вы считаете, нам не избежать пленения?

– Совершенно

верно. Я считаю, что мы должны пересмотреть приоритеты и обдумать наши действия в случае неблагоприятных последствий.

– Какие приоритеты вы считаете важнейшими? – Крайдайки заранее знал ответ.

– Конечно, сохранение корабля и экипажа! Наблюдения за ними. Ведь в конце концов это главная цель нашего полета, а? – Метц остановился и перебирал руками в воде, глядя на Крайдайки, как учитель на ученика.

Крайдайки мог бы перечислить с полдюжины задач, поставленных перед «Стремительным», начиная с проверки истинности некоторых утверждений Библиотеки и кончая разведывательным заданием Томаса Орли.

Все эти задачи очень важны, но главная – оценить возможности корабля с экипажем из дельфинов. Сам «Стремительный» и его экипаж – вот главный эксперимент.

Но все очень изменилось с тех пор, как они обнаружили брошенный флот!

Он действовал уже не в тех приоритетах, которые существовали в начале полета. Но как это объяснить такому человеку, как Метц?

«Справедливость, – подумал Крайдайки, – ты бежала к диким зверям, а люди утратили рассудок…» – Иногда ему казалось, что Бард сам был полудельфином.

– Я разделяю вашу точку зрения, доктор Метц. Но не вижу, каким образом она сможет изменить нашу стратегию. Стоит нам лишь высунуть нос из китрупского моря, как по-прежнему нам грозит уничтожение.

– Мы сделаем это только тогда, когда победитель еще не определится.

Разумеется, мы не станем высовываться под перекрестный огонь.

– Но вот когда обнаружится победитель, мы сможем начать переговоры. И если будем вести себя разумно, еще обеспечим успех всего полета!

Крайдайки вновь медленно заскользил по спирали, заставляя генетика плыть вместе с ним к мостику.

– Что, по вашему мнению, мы можем предложить на переговорах, доктор Метц?

Метц улыбнулся.

– Во-первых, у нас есть информация, которую буквально выкопали Брукида и Чарлз Дарт. Институт награждает тех, кто сообщает об экологических преступлениях. Большинство сражающихся групп относятся к консерваторам-традиционалистам и высоко оценят наше открытие.

Крайдайки воздержался от насмешек над наивностью человека.

– Продолжайте, доктор, – спокойно сказал он. – Что еще мы можем пред-дложить?

– Честь нашей экспедиции, капитан. Даже если наши победители решат задержать на время «Стремительный», они не могут не сочувствовать цели полета. Научить клиентов освоиться в космосе – одна из основных задач возвышения. Они разрешат отправить часть экипажа домой с рапортом об оценке поведения, чтобы продолжался прогресс в астронавтике дельфинов. Для них поступить иначе – все равно что мешать развитию ребенка, потому что они поссорились с его родителями!

«А сколько человеческих детей было предано пыткам и убито из-за грехов родителей в ваши Темные Века?» – Крайдайки хотел спросить, кто же будет тем послом, который отвезет на Землю данные о возвышении, пока «Стремительный» находится в плену.