Звездный Лес

Андерсон Кевин Джей

Всю ночь рядом с Роббом, за которого она по-настоящему переживала, девушку не покидала тревога. Тасия выдвигала глупейшие обвинения в его адрес, но они не трогали Робба. Вместо возражений он взял ее на руки и приласкал. Потом они занимались любовью со смесью сладости и отчаянья, и это был один из лучших моментов, что они провели вместе.

Утром будильник прозвонил с опозданием, и собирались в суматохе. Весь день они хранили молчание и подчеркнутую решимость, никто не хотел прощаться.

В летном отсеке инженеры и пилоты-офицеры

начали разгонять любопытных солдат.

– Дайте человеку передохнуть! – увещевали они. – Ему придется лезть внутрь специального нового приспособления.

– Гони их, Бриндл, – кричал кто-то.

Перед тем как влезть в корабль, Робб, тепло улыбнувшись, молча отсалютовал одной Тасии. Она подмигнула в ответ, на глаза наворачивались слезы.

Потом, не обращая внимания на солдат EDF, к люку притащился хромой Росси, баюкая на сгибе руки горшок с молодым вселенским деревцем.

– Командир крыла, постойте! – закричал он. – У меня есть кое-то для вас! – Священник обхватил свободной рукой ствол похожего на пальму деревца, и маленькая ветка упала, словно повинуясь его приказу. – Ты не зеленый священник, так что не сможешь использовать это для связи… но я верю, что эта ветка придаст тебе мужества.

Робб принял подарок и взглянул на нее с удивлением:

– Я должен нести ее как ветвь оливы? Вы считаете меня вестником мира?

– Возможно, – пожал плечами священник. – А может, тебе с ней просто будет уютнее. Кто знает, на что действительно способен Вселенский Лес?

Робб вложил веточку в нагрудный карман униформы, на манер бутоньерки.

– Спасибо! – поблагодарил он, и зеленый священник вернулся на свой пост до того, как его позвал генерал Ланьян.

– Приготовиться к взлету парламентерского корабля, – крикнул штабной сержант.

– О’кей, я готов, – откликнулся Робб.

– Командир крыла Бриндл, вы решились на смелый поступок, – заговорил генерал по интеркому с капитанского мостика. – Мы не хотим войны, и вы должны нащупать тропу к миру. Идите и изложите наши доводы гидрогам!

Солдаты опять закричали, и два инженера EDF закрыли тяжелый люк, потом они загерметизировали корабль, в последний раз проверяя целость корпуса. Сделав круг в шлюзовой камере, корабль выпал наружу, словно гладкое металлическое яйцо.

– Флот остается в режиме полной боеготовности! – донесся по интеркому требовательный голос Ланьяна. – Всем офицерам вернуться на свои боевые корабли! Давайте больше не попадать впросак с нашей горячностью!

Эдди разошлись по своим постам. С тяжелым сердцем, но держа себя в руках, Тасия взяла маленький челнок, который отвез ее и трех других офицеров обратно на «манту».

– Пока спускаюсь без инцидентов, – передал Робб. Весь боевой флот ловил каждое его слово. – Атмосфера становится плотнее; температура подскочила. Скорость ветра возрастает, – Робб промычал что-то неразборчиво, с явным напряжением, и можно было расслышать, как глухо ударялись о корпус

резкие порывы ветра. – Будто пытаешься усидеть на загривке у бешеной кошки.

Как только Тасия поднялась на командную палубу своего крейсера, она сверила действия командира. Боевые корабли уже получили персональные приказы и информацию о позиции. Десять усиленных «джаггернаутов» и пятьдесят «мант», – дюжина из которых была автоматизирована и укомплектована новыми моделями компи-солдат – застыли в ожидании над планетой. Тасия заняла место действующего офицера.

– Запустите трансляцию передач командира крыла Бриндла достаточно громко, чтобы нам всем хорошо было слышно.

– Все еще нет контакта, хотя я прокручиваю установленное сообщение на всех частотах, – донесся из динамиков голос Робба. – Я вижу в плотной субстанции газа вихри различных цветов. Но больше ничего, – треск статики все больше искажал его сообщение, покуда он продолжал погружение во враждебную среду. – Кажется будто меня забросило в водоворот. Люди не пользовались для прохождения водопадов бочонками? Вот на что это похоже.

Патрик Фицпатрик выдвинул свою «манту» впереди всех поближе к атмосфере Оскувеля, словно готовясь в любой момент пикировать.

Ланьян не отругал своего золотого мальчика за выход из диспозиции.

– Так, я включаю все яркие прожектора, – передал Робб. – Кто-нибудь должен меня заметить. Эй!

Тасия надеялась, что свет не привлек гигантских облачных левиафанов неприятеля.

На целых десять минут воцарилось гнетущее молчание – Бриндл молчал. Офицеры связи посылали запросы, пытаясь восстановить контакт. Тасия вглядывалась в показания эхолокаторов, чтобы понять, насколько глубоко ушел парламентерский корабль. Экипаж нервничал, предчувствуя недоброе. Было по-прежнему тихо.

И вот наконец-то, заглушаемое громким треском помех, пришло еще одно сообщение Робба:

– …Поразительно! Я вижу… я даже не мог представить себе подобного! – Долгая пауза – слышен только треск. – Это прекрасно… прекрасно …

Нарастающий белый шум окончательно заглушил его слова. Тасия слушала скоростную передачу с флагмана. Некоторое время лучшие связисты генерала Ланьяна пытались восстановить контакт, но не достигли успеха.

– Все контакты с кораблем командира Бриндла потеряны, генерал. Датчики не показывают его следов нигде на глубине.

– Он раздавлен атмосферным давлением, или его уничтожили гидроги? – осведомился Ланьян.

– Не могу знать, сэр.

Тасия сидела в командном кресле, взбешенная от горя, и задыхалась от ярости. Робб! Она ударила кулаком по пульту связи.

– Генерал, мы можем послать за ним разведчика! – попыталась что-то сделать Тасия. – А может, нескольких компи-солдат? Они могут нырнуть туда и переправить корабль в безопасное место.

Робб должен выжить, каким угодно способом!