Звездная ночь

Лэйтон Эдит

– Но ему было всего семь лет! – изумилась Мэг.

– Вполне достаточно, чтобы быть повешенным за убийство своего отца, – холодно ответила Кея. – И он сделал бы это, если бы кто-то другой не сделал это за него много лет спустя. К счастью, Даффид в этом не участвовал. – Она откинула волосы, чтобы показать Мэг длинный шрам у себя на лбу. – Я заработала шрам за то, что заступилась за Даффида перед его отцом. Вот тогда-то я и поняла, что мальчику пора уходить. Иногда нам приходится отказываться от своего сокровища только потому, что мы не можем спасти

его.

Мэг не знала, что сказать, но Кея не ждала от нее вопросов.

– Я получила вести о Даффиде через много лет. Дела у него сперва шли плохо, а потом хорошо. Он и сейчас может пойти и по хорошей, и по плохой дорожке, но ты права, Даффид неплохой человек, и он человек слова. Довериться такому – не самая большая ошибка в жизни женщины, но я бы не стала слишком доверять мужчине, кем бы он ни был. Ну а теперь, – хлопнув себя рукой по колену, она поднялась, – ты готова к встрече?

– О да, – ответила Мэг и тоже встала.

– Тогда жди здесь. Большая часть табора уже уехала, остальные слишком заняты подготовкой к отъезду, чтобы беспокоиться о том, что творится вокруг. Я пришлю его сюда.

Меряя кибитку шагами из угла в угол, Мэг подготавливала себя к встрече, стараясь до мелочей продумать, как вести себя с Даффидом. Разумеется, она не будет оправдываться и не будет упоминать об их объятиях: просто попросит его проводить ее до ближайшей почтовой станции и потом поедет одна. Куда приведет ее судьба.

– Мисс Шоу?

Она обернулась.

На пороге стоял Джонни; он был одет так же прилично, как любой молодой человек, которого она могла увидеть прогуливающимся по сельской улице, – в длинном сюртуке, бриджах и коротких сапогах, только на этот раз на нем был белый галстук, а не разноцветный шарф, завязанный вокруг шеи. Его голову украшала мягкая шляпа.

– Кея сказала, что я должен перед вами извиниться. – Джонни слегка поклонился. – Я тоже так думаю. Я и не знал, что у вас нет опыта с Джекки-джином, – объяснил он с улыбкой, – и у меня в мыслях не было ничего плохого. Правда, я надеялся смягчить ваше сердце, так как очень увлекся вами. – Он прижал шляпу к груди, и его глаза заблестели. – Поверьте, я очень разборчив, когда дело касается дам.

Мэг от души рассмеялась, что явно обрадовало Джонни.

– Хотя я не пользуюсь авторитетом, общение со мной не может привести ни к чему хорошему, – продолжил он, – я никогда бы не стал соблазнять вас, если бы думал, что вы женщина Даффида.

– Но я не его женщина!

Он пожал плечами.

– Как пожелаете. В любом случае я рад, что вы не обижаетесь на меня. Надеюсь, при следующей встрече…

– Сомневаюсь, что мы снова встретимся, – быстро сказала Мэг.

– Я бы не стал загадывать, мисс Шоу. В любом случае я желаю вам только хорошего и надеюсь увидеть вас снова. А вы, чтобы спасти мою спину от палки бабушки, будьте так добры сказать, что прощаете меня.

Мэг благосклонно кивнула.

– Конечно, прощаю.

Смуглое лицо Джонни вдруг стало серьезным.

– И знайте, что

я все еще к вашим услугам. Почему нет? Вы милы и совершенно очаровательны, да к тому же не глупы. И вы леди, хоть и не дворянка, что особенно пикантно. Я ваш, если вы захотите поразвлечься, потому что не принимаю ничего всерьез. Даффи жизнь сделала тяжелым человеком, но он по-прежнему благороден и честен; ни от кого нельзя требовать большего. Но если вы ищете развлечений в том смысле, в каком искала его мать, или хотите приключений с плутом цыганом, тогда вам не найти никого лучше меня, потому что у меня нет сердца, чтобы его потерять, и я могу показать вам много хорошего, о чем вам не придется пожалеть.

Мэг не знала, что сказать.

– Боюсь, это не то, чего я хочу…

– Тогда, хорошо или плохо, позвольте судьбе решать. Надеюсь, она на вашей стороне. Путешествуйте легко и быстро, и пусть вам сопутствует удача. – Джонни снова поклонился и вышел.

Некоторое время Мэг стояла неподвижно и размышляла. Джонни жизнерадостен, красив и, как его брат, мог быть очаровательным, когда хотел этого. Но она чувствовала, что в отличие от брата в нем нет скрытых глубин или, возможно, у нее просто не было желания искать их. Когда Джонни вышел, она обнаружила, что ей трудно вспомнить его.

Мэг все еще стояла, нахмурившись, когда Даффид, наклонившись, вошел в повозку; его лицо было мрачно.

– Он извинился перед вами?

– Джонни? О да, хотя в этом не было необходимости.

– Вы хотите, чтобы я тоже извинился?

– Нет. – Мэг сделала вид, что не поняла его. – Я виновата в этом не меньше, чем вы.

Даффид кивнул.

– Итак, что вы собираетесь делать?

Он был одет для поездки верхом, безукоризненный и холодный, как любой джентльмен, собирающийся на утреннюю прогулку; однако его синие глаза глядели недоверчиво, и лицо ничего не выражало.

Мэг вздохнула.

– У меня осталось всего семь дней, точнее, шесть с половиной. За это время я должна найти Розалинду. Вы все еще можете мне помочь в этом, если случившееся утром можно забыть.

Его зубы вдруг блеснули на смуглом лице.

– А вы сможете забыть?

Она прикусила губу.

– Нет. Но это не может случиться снова. Разумеется, вы понимаете, о чем я. Теперь мы не сможем общаться так, как раньше.

– Конечно, нет.

Она кивнула.

– Тогда, может быть, вы отвезете меня на ближайшую почтовую станцию, чтобы я могла продолжать путь одна?

– Думаю, это не лучшее решение. – Даффид мгновенно стал серьезным. – Как насчет того, чтобы ехать дальше, не повторяя того, что случилось и что могло случиться? Я хочу быть скомпрометированным не больше, чем вы…

– Возможно, только никто не будет драться за мою честь на дуэли. – Мэг печально покачала головой. – Я ничего не расскажу ни одной живой душе, а даже если бы и рассказала, то кто мне поверит…

– Вы считаете, что у меня нет чести?

Мэг молчала, однако Даффид не собирался сдаваться.