Звездная магия
Шрифт:
Старый колонизатор завис в миллионе километров от плоскости пояса астероидов — космос был здесь уже достаточно чистым, чтобы не опасаться словить в борт многотонную каменюку. Штурман напрочь отказался подходить ближе, пока ему не будет известна точная лоция прохода к мобильному доку.
— «Рафаэль», «Рафаэль», прием, — Готардо третий час насиловал передатчик, но не добился ничего, кроме гудения, повизгивания и шуршания. Эфир словно вымер, не слышалось даже привычного попискивания координатных буйков — обычной принадлежности
— Не получается? — участливо поинтересовался некромант. Он временно потерял интерес к пасьянсам, и теперь просто любовался изменчивой картиной звездного неба.
— Ничего не понимаю. — пожал плечами архижрец. — Только месяц назад я разговаривал со старым Энгусом — он тут торговлей заправляет — все было нормально. И на тебе…
Чародей ухмыльнулся.
— А теперь — внимание: архижрец псевдокульта расскажет нам, как он на самом деле проводил время, отведенное для молитв и благочестивых размышлений.
— Да, это крайне интересно, — отозвался дроид.
— И я не прочь послушать, — добавил Гарин.
— Мы ждем, — подытожил колдун.
Новая Каледония оказалась до неприличия унылым мирком, главной достопримечательностью которого были богатые залежи монацитовой руды — довольно редкого, но весьма востребованного минерала. К сожалению, фосфор, входивший в состав монацита, был весьма ядовит, а очистные сооружения устарели века назад — оттого мало кто из шахтеров доживал до окончания десятилетнего контракта. Впрочем, те, кому все-таки удавалось выбраться с Новой Каледонии живыми, работали замечательными маячками для простаков, жаждущих денег, ведь денежки за работу на шахтах платили не просто неплохие — огромные, причем десять процентов суммы выплачивалась сразу же.
Киркс с удивлением воззрился на космопорт, укрепленный лучше иной крепости. По верху двадцатиметровых стен вилась колючая проволока, а у основания зеленели заросли крапивики, которая наверняка маскировала разнообразные ловушки.
— Вот и добрались, — Эль Терро наконец расслабился. Всю дорогу до Новой Каледонии он подсознательно ожидал подвоха и, наконец, ступив на твердую землю, бывший квартмейстер был счастлив до необычайности.
— Теперь… — Эль Драко со щелчком отстегнул ремни безопасности, но тут же замер, увидев нервно дернувшегося друга. — Случилось что, мой друг?
— Ты поешь!
— Но это не преступно, да?
Эль Терро, вздохнув, потер уже неделю немытую голову. Та немилосердно чесалась, но это было еще не самое страшное. За все время полета пирату так и не удалось побриться, и теперь он напоминал косматое чучело, а не любимца женщин, и все такое прочее.
— Это привлечет лишнее внимание. А это к нам совершенно ни к чему. Киркс!
— Да-да?
— У тебя есть наличные?
— Только сертификат.
— Пойдет. Нам нужно снять номер в гостинице, не привлекая лишнего шума.
— По-моему, мы уже подняли шум, — капитан ткнул пальцем в сторону обзорного экрана, где неторопливо ползла машина таможенной службы.
Выждав
— Надеюсь, ты не напутал в расчетах, — проскрипел дроид, вводя в автопилот рассчитанный Готардо курс. — Иначе мы состаримся прежде, чем найдем твой «Рафаэль».
— Он не мой, — буркнул архижрец. — И ты уже состарился.
— Я имею в виду физическое устаревание, — хмыкнул штурман. — А пока для моего типа выпускают запчасти — я могу считать себя в самом расцвете сил.
— Я не напутал.
— Вот сейчас и узнаем, — отозвался дроид. — Мы уже начали снижение.
Время, казалось, растянулось до бесконечности. Готардо вздрагивал от каждого взвизга радара, и под конец некроманту его даже стало жалко.
— Здесь есть кухня или что-то в этом роде?
— Да, — архижрец встрепенулся, явно радуясь возможности сделать хоть что-нибудь полезное. — При саде богини. Только туда… — он замялся.
— Туда было нельзя, закончил чародей, едва заметно ухмыльнувшись. — Что-то мне подсказывает — там водятся редкие, но чрезвычайно полезные травки. Веди.
Таможня оказалась на удивление непривередливой. Она лишь проверила наличие у капитана лицензии, а у пассажиров — хоть каких-то документов, убедилась, что, кроме явившейся на осмотр троицы, больше живых на корабле нет, и отбыла.
— Первый раз вижу такую нетребовательную таможню, — Киркс, проводив взглядом стремительно умчавшуюся машинку, лишь развел руками.
— А им совершенно все равно, что ты пытаешься ввезти, — пояснил Эль Терро. — Вот вывезти — другое дело. Слышал же про монацит?
— Смутно.
— Это такая руда, в которой уйма редкоземельных элементов. Некоторые — такие редкие, что твоего груза не хватит, чтоб килограммовый слиток купить. Так что, когда ты будешь отправляться восвояси, капитан, эти ребята твой кораблик на детали разберут, будь уверен.
— Но я же не собираюсь ничего вывозить!
— А этому, дружище Киркс, никто не поверит. Слишком уж выгодное дело, пойми.
Приняв душ и побрившись, Эль Терро пришел в благодушное состояние, и просто-таки сыпал советами. Пират снова ощущал в себе силу, которая сделала из простого школяра-заучки отменного сердцееда и самого грозного пирата в этой части галактики.
— Пора, дружище, — бывший квартмейстер отряхнул курточку с множеством блестящих нашивок — большей частью совершенно бессмысленных, но неотразимо действовавших на провинциалов. А именно это Эль Терро и было нужно — в таких мирах, как Новая Каледония, особ женского пола всегда было недостаточно, отчего любая девица буквально купалась во внимании многочисленных поклонников. А для задуманного пиратом дела требовалось не просто завладеть вниманием нужной девушки — требовалось очаровать и покорить ее, чтобы она исполняла все, не спрашивая и не задавая лишних вопросов.