Звездная долина

Виттон Стив

И все же испытания этой ночи оказались нешуточными даже для нее. Зара сознавала, что уцелела лишь чудом.

А ее спаситель по-прежнему лежал на еще не остывшей золе и внимательно следил за каждым движением Зары. Шатаясь, она подошла к нему, положила руку на его голову и прошептала:

— Хороший, хороший мальчик!

Это было странное чувство — давно уже она не прикасалась к живому существу, чтобы приласкать его. Эта мысль заставила Зару покраснеть и поспешно отдернуть руку. Тор приветливо улыбнулся ей, обнажая белые клыки.

Для Джэйл эта ночь тоже выдалась весьма нелегкой. Особенно тяжело ей было сознавать, что она, Защитница Света, потерпела поражение и была вынуждена просить помощи у

вампира. Конечно, Зара не была обычным кровососом, лишенным разума и совести, — уж кому, как не Джэйл, знать это! И все же серафима не привыкла думать о вампирше как о союзнице. Она готова была простить ей прегрешения и покровительствовать бедной заблудшей душе, но принять покровительство самой оказалось куда труднее. Джэйл была смущена, подавлена, в душе ее царил сумбур, и она старалась не встречаться взглядом с Зарой. Едва серафима обрела способность двигаться, она гут же принялась освобождать Фалька из паучьего кокона. Заметив ее усилия, Зара молча протянула серафиме ее меч, затем пошла искать свои клинки и очищать их от паучьей слизи.

Вернув мечи в ножны, Зара подошла к останкам гигантской паучихи и остановилась, глядя на поверженного врага. Ночью она внушала страх, сейчас же вызвала только омерзение. Схватив паучиху за ноги, Зара откинула падаль подальше, раздула угли и подбросила хвороста в костер. Тор отошел в сторону и устроился у скалы, по-прежнему не спуская глаз с вампирши.

Джэйл освободила глаза и нос Фалька от паутины и решила передохнуть — руки еще плохо слушались ее.

— Даже не знаю, как быть, — сказала она задумчиво. — Может, оставим его в таком виде? Так от него будет меньше беспокойства.

— Я фсе флыфу, — прохрипел Фальк.

— Ага, опять выжил, — поворчала Зара, все еще возившаяся с костром.

Серафима кивнула. Через несколько минут Фальк был освобожден. Первым делом он потянулся к сумке, достал фляжку и стал жадно пить воду.

Потом он увидел мертвую паучиху и едва не выронил фляжку.

— О небеса! Я слышал, как тут топотал кто-то огромный, но даже представить себе не мог… Проклятие, что это за гадина?!

— Скорее всего — одна из тварей, созданных черными магами из Штерненталя, — пояснила Джэйл, радуясь, что, разговаривая с неугомонным юношей, хоть немного оттянет неизбежное объяснение с Зарой.

Фальк нахмурился:

— Я полагал, в Штернентале колдовство под запретом. Мне не хотелось бы думать, что, когда мы придем туда, нас встретит лавина огня, камнепад или стая драконов. Скажи мне, что я прав и что нам не придется спасаться от разгневанных колдунов.

— Формально это так, — согласилась серафима. — Изучение, обучение и практика колдовства строжайше запрещены по всей Анкарии. И нарушителя ждет тяжкая кара. И все же… — Она стала разнизывать мешок с провизией. — Слухи о том, что анклав магов в Штернентале возобновил свои эксперименты, ходят уже не одно столетие. Здесь нечему удивляться — соблазн слишком велик. Кто, обладая такой силой, не попытается пустить ее в ход, хотя бы из интереса или ради шутки? К счастью для нас, большинство существ, появляющихся во время таких экспериментов, — просто уродливые и ни па что не пригодные игрушки. Нужно быть величайшим магом, чтобы создать что-то действительно жизнеспособное. — Она достала из мешка хлеб и сыр, отрезала по большому ломтю, протянула оставшееся Заре, сидевшей по другую сторону костра, и продолжила рассказ: — Так что здесь само мироздание на нашей стороне. В последний раз инквизиция побывала в Штернентале полвека назад. Поводом для их визита как раз и послужили подобные слухи. Они тщательнейшим образом обыскали весь Штерненталь, но не нашли ничего подозрительного. Никаких следов запрещенных экспериментов, никаких сотворенных существ. Тогда было решено, что слухи — это только слухи.

— А сегодня

эти «слухи» чуть нас не прикончили, — проворчал Фальк.

— Ну, все закончилось хорошо, — улыбнулась Джэйл.

— Да, благодаря Заре, — заметил Фальк. — И это уже не в первый раз.

Он снова бросил боязливый взгляд на мертвую паучиху, потом взглянул на двух воительниц и лежащего поодаль Тора.

Склонив голову перед Зарой, Фальк сказал:

— Ты снова спасла мне жизнь. Спасибо.

— Я тоже благодарю тебя, — произнесла Джэйл.

Было видно, что эти слова дались ей нелегко.

— Благодарите Тора, без него нас всех уже не было бы в живых, — возразила Зара и, отрезав изрядный кусок ветчины, бросила его своему любимцу.

Тор поймал угощение на лету, даже не поднявшись с места.

— Да, это так. — Джэйл, радуясь, что самое трудное уже позади, улыбнулась Тору, и тот навострил уши, как будто знал, что речь идет о нем. — Он действительно хороший зверь. Очень храбрый. Хорошо, что он с нами. И все же, Зара, сегодня ты сражалась за меня…

— За нас, — поправил Фальк.

— За нас, — согласилась Джэйл. — И я благодарю тебя.

— Я тоже, — добавил Фальк.

Зара прожевала кусок ветчины и, насмешливо глядя на своих спутников, сказала:

— Может быть, кто-то этого и не заметил, но я сражалась за себя. Не за вас, не за древних богов, не за что-то еще, а за собственную жизнь.

Джэйл посмотрела на нее задумчиво, а потом снова улыбнулась:

— Ну что ж, это нас вполне устроило.

— И еще как! — согласился Фальк.

Зара пошевелила дрова в костре и глянула на небо. Тяжелые серые облака закрывали солнце. Они были полны снега. Зара буквально слышала, как там, на невероятной высоте, шуршат и поскрипывают миллионы снежинок, готовясь к падению. Скоро белое покрывало укроет Гиблую топь. Но они этого уже не увидят — им нужно двигаться дальше. То, что произошло ночью, осталось в прошлом, пора думать о новой дороге и новых опасностях. Зара посмотрела на юг. Сейчас, при свете дня, можно было разглядеть вдали старый, рассеченный множеством ущелий горный кряж.

Фальк проследил за взглядом Зары.

— Нам надо будет лезть туда?

Зара кивнула:

— Да. За этими горами и лежит Штерненталь.

Фальк передернул плечами.

— Выглядит не слишком привлекательно. А вы уверены, что мы сумеем…

— Это мы скоро узнаем, — ответила Зара невозмутимо и принялась собирать пожитки. — Надо спешить, — бросила она через плечо. — Мы и так потеряли уйму времени.

— И никто не знает, что ждет нас там, — добавила Джэйл.

Фальк никогда не думал, что так обрадуется, оказавшись снова в седле. Он сидит на лошади — а значит, смог на нее забраться, а значит, жив. С другой стороны, подобная жизнь — это скорее наказание, чем награда. Он чувствовал себя как наутро после жуткой пьянки. Губы пересохли, во рту стоял отвратительный запах, мышцы, затекшие от долгих часов лежания в коконе, напоминали о себе при каждом шаге лошади. Чтобы хоть немного отвлечься, Фальк рассматривал окружающий ландшафт. Однако и то, что он видел, не слишком его радовало.

Чем дальше они продвигались на юг, тем более унылым становился пейзаж. Вокруг по-прежнему расстилалось болото. То здесь, то там лопались пузыри болотного газа, распространяя вонь, подобную отрыжке орка. Горы на горизонте казались просто миражом, тем более что их все сильнее застилали облака и затягивала болотная дымка. Фальк был уверен, что без помощи Джэйл он бы в два счета здесь заблудился. Кроме того, его тревожила мысль о запасах провизии — они неуклонно сокращались. Остатки сыра и солонины были съедены сегодня утром. У путешественников остался лишь хлеб и немного ветчины, да и того должно было хватить только на пару дней. Потом им придется самим добывать себе пропитание.