Звезда короля

Валентеева Ольга

– Так что дела мои сложно назвать радужными, - закончил свой рассказ, все еще сжимая в руке записку Лиз и сомневаясь, что в ближайшие дни с ней расстанусь.
– И

я не знаю, как с этим справляться и чего ожидать.

– Да, Вейран, умеешь ты находить неприятности, - сказал Роберт.
– Видно, судьба у тебя такая. Зато, кажется, у меня появилась идея. Она тебе, конечно, не понравится, поэтому потом поделюсь.

– Почему потом-то?
– взвился я.
– Между прочим, я тебе все рассказал.

– Потому что ты наивный и доверчивый, - усмехнулся мой собеседник.
– И не красней, шучу я.

Но говорить не стану, потому что ты начнешь убеждать, что не стоит, а я все равно не отступлю, и мы поссоримся. Если тебе так будет проще, займись пока гимназией. Мне кажется, темная магия там бессильна, но попробуй какую-то другую.

– Роб, да ты гений!
– вдруг сверкнула мысль.

– А ты сомневался?
– Гейлен задрал нос.
– Конечно, гений. Давай договоримся так: связь держим, как и раньше, через зеркало раз в два дня в десять вечера. Если что-то срочное, я приду. А пока пусть все считают нас врагами. Идет?

– Что-то я пока ничего не знаю о твоей затее, но она мне уже не нравится, -фыркнул я.
– Пообещай, что будешь думать головой.

– А ты сомневаешься?

– Еще бы!

– Тогда обещаю.
– Роб на миг стал серьезным.
– Ты тоже особо не геройствуй, Вейран. А то с тебя станется. Еще перебьешь всех врагов раньше, чем я успею глазом моргнуть.

Я рассмеялся. Все-таки хорошо, что у меня есть друзья, пусть и такие странные, как Роберт Гейлен. Я безумно скучал по гимназии, по куратору Синтеру. Надеюсь, еще когда-нибудь с ним встретимся, и с ребятами тоже.

– Ладно, пойду я.
– Роберт поднялся на ноги.
– Надо все-таки набраться решимости и заглянуть домой. Или сначала... А, впрочем, ладно, разберусь.

Я проводил его до двери. Мы крепко пожали друг другу руки.

– До связи, - кивнул Роб и зашагал к воротам.

Мне почему-то стало тревожно. Что у него за план? Почему он не желает рассказывать? Что вообще вокруг меня происходит? Даже на миг захотелось остановить Гейлена и заставить признаться, но он обидится и все равно не скажет. Ничего, узнаю в свое время. А пока...

Еще раз перечитал записку. Жива! Это не сон, не бред моего утомленного воображения. Лиз действительно осталась в гимназии. А я, как последний идиот, поторопился уйти. Наверное, директор на это и рассчитывал. Что соберу вещи и покину вверенное ему учебное заведение. Так глупо! Но на тот момент это казалось единственно верным. И потом, я ведь окончил гимназию как раз к возвращению брата. Не хотелось бы, чтобы Анри вернулся в пустой дом. Он и так никак не придет в себя.

– Кто это был?
– раздался голос брата. Легок на помине!

– Друг по гимназии, - обернулся я. Он не узнал Роберта. Это хорошо, будет меньше вопросов.

– А!
– Анри выглядел отдохнувшим и, кажется, даже в хорошем настроении.
– Я не стал будить Полину. Скажешь, что пошел в архив. Покопаюсь в прошлом семьи Варне.

– Вечером придешь?
– спросил я.

– Не знаю. А что?

– Хотел поговорить по поводу защиты гимназии. У меня появилась идея, и... вот, - протянул брату записку. Он прочитал и улыбнулся:

– Я рад. Жажду увидеть, что за девушка тебя так покорила. Хорошо, вечером приду, и поговорим.

– Тогда до вечера.

Анри тоже поспешил к воротам, а я вернулся к себе. Сложил записку несколько раз и поместил

в медальон, с которым не расставался. Теперь у меня есть цель. И пока я не увижу Лиз, не остановлюсь.

ГЛАВА 14

Анри

От архивных документов рябило в глазах. Поначалу пришлось выдержать целый бой за то, чтобы вообще попасть в этот отдел. Оказалось, что охрана в архиве лучше, чем в магистрате. Еще бы, кому нужны магистры? А здесь работали ценители древних документов, которые готовы были за них придушить любого. И я чуть не стал их жертвой. Даже когда прорвался внутрь, мне притащили такую кипу документов, что хотелось рвать и метать. И ничего по делу!

Я искал в столице хоть одного человека по имени Андре Варне - не было. Тогда решил поискать адрес профессора Айденса. Не на улице же живет знаменитый зеркальщик. Но ни одного Айденса в столице тоже не нашлось. Тогда попытался найти родственников предыдущего магистра тьмы - они могли знать об этой истории с Лаурой. Нашел только сестру - и то хорошо. Вернул документы сотрудникам архива, они чуть ли не пересчитали их постранично, и только после этого пошел искать некую Инессу Тейнер.

Оказалась, что живет она на другом конце города. Я убедился, что за мной нет слежки, и ускорил шаг. Только по дороге понял, что с утра еще ни разу не слышал Пустоту. Похоже, она решила хоть на время оставить меня в покое. Серая магия ощущалась вполне привычно, поэтому не было поводов для беспокойства. Сегодня оказалось еще жарче, чем вчера. Я даже начинал понимать, зачем на каждом углу раздавались призывы магистрата. Действительно, искать надо любого. Мужчину, женщину, ребенка. Уверен, если бы мой свет остался со мной, то я бы смог активировать алтарь. Но я никогда не хотел быть магистром света. Мне нравилась моя жизнь. Хотелось иметь семью с Полли, продолжать службу. Куда все девалось? В пустоту, видимо. Ничего, кроме пустоты.

Зато только теперь я понял, насколько слаб магистрат. Их должно быть трое - и лишь в этом случае можно надеяться на успешное существование магии в Гарандии. Отсутствие магистра ослабляет и светлых магов. Не стало Таймуса - и все покатилось в пропасть. Что ж, они заслужили. Пусть выкручиваются, как хотят. Хоть сгорят в своих башнях!

Ускорил шаг. Иногда люди оборачивались мне вслед - узнавали. Еще бы! Местная знаменитость, несостоявшийся убийца.

Или же состоявшийся, но сумевший договориться с Пустотой? Наконец, впереди показался дом под цифрой семь. Мне сюда. Постучал в двери. Прошло несколько минут прежде, чем раздалось щелканье засовов, и на пороге появилась сутуловатая бледная женщина в сером платье и чепце.

– Чем могу помочь, месье?
– спросила она.

– Я хотел бы поговорить с Инессой Тейнер, - ответил спокойно, хоть мой покой почему-то начинал трещать по швам. Наверняка, из-за косых взглядов. Как бы ни

убеждал себя, что мне все равно, безразличия как раз и не было.

– Это я.
– Женщина смотрела на меня с пристальным вниманием.
– Входите, месье.

Меня пропустили в маленькую комнатку, загроможденную мебелью. Здесь было почти темно, несмотря на разгар дня, и даже некуда присесть, потому что на стульях