Звезда конструктора-2

В.М. Башун

В этот тренировочный лагерь подполковник Скорсилли, начальник разведки южного фронта, ехал без особого воодушевления. Он бы и не поехал лично, если бы не проблема с комплектованием своих подразделений, в первую очередь глубокого поиска. В ходе недавних боев от его личной тысячи воинов – и каких воинов! Каждый стоил сотни пехотинцев! – осталось в строю шестьсот тридцать пять человек. Девяносто три через некоторое время вернутся в подразделение после прохождения курса исцеления. Несмотря на то, что подполковник использовал все свое влияние на то, чтобы его ранеными бойцами лично занялись эмпаты-целители и жрецы-лекари, все и сразу получить не удалось. И то хорошо, что всех включили в очередь, но передвинуть ее хотя бы чуть-чуть, при всем уважении к немалым заслугам Скорсилли и его отряда, не удалось никак.

Правда,

человеками большинство из его воинов можно назвать с большой натяжкой, поскольку доля эльфийской крови в каждом и каждой было явно больше половины. Просто группу разумных принято называть людьми в связи с тем, что с численностью людей могли поспорить только гоблины, но у тех в своем государстве доля иных раз многократно меньше, чем в людском. К тому же, вобрав в себя множество мелких королевств, баронств, графств, Великих лесов, орочьих кланов и гоблинских диаспор, княжество – да какое там княжество? давно империя – так перемешало в своем котле все расы, что в настоящее время уже никто не может быть уверен в подлинной чистоте своей крови. Как ни странно такое смешение пошло на пользу всем без исключения. Даже высокомерные эльфы вынуждены были признать, что их дети стали сильнее, здоровее и энергичнее. Не говоря уж о том, что и самих детей стало рождаться на порядок больше.

Однако Скорсилли, беспристрастный и до отвращения объективный в вопросах служебных, позволял себе оставаться пристрастным в кадровых. Он так и не смог преодолеть предубеждения перед иными расами, считая, в общем-то заслуженно, эльфов наилучшими разведчиками. Командующий фронтом, оркочеловек, полковник и по совместительству его большой друг, постоянно подшучивал. Дескать, для Скорсилли, почти чистокровного эльфа, если не эльф, то не разведчик. Будто у орков, а тем более гоблинов, чувствующих себя в своих джунглях не хуже эльфов в своих Великих лесах (и не великих тоже), нет хороших разведчиков. А люди? Будь они такими слабаками, как утверждает друг, то уже давно бы вымерли вместе с прочими реликтовыми, нежизнеспособными, расами. Поэтому в ответ на очередной вопль души друга-подчиненного о трудностях с набором подходящих воинов жестко приказал ехать в тренировочные лагеря и набирать новобранцев. Из людей, орков, гоблинов, полукровок, квартеронов… короче, кто под руку подвернется из того и подбирать. Господину подполковнику заранее дается разрешение брать любого понравившегося. Вплоть до начальника лагеря. Ха-ха! Шутка! Но если что, то и… не шутка вовсе. И чтобы не пугать народ страшной должностью, сопровождать командующего в поездке господину подполковнику предстоит в погонах капитана со знаками различия…э-э-э… оружейной команды, а его помощницам-эльфийкам, ветеранам разведки, из капитанов стать на время сержантами.

Из предложенных к рассмотрению в этом лагере новичков в отряд удалось отобрать не более дюжины. Среди отобранных только один едва-едва соответствовал требованиям подполковника, имея несколько капель эльфийской крови. Остальные к расе лучших в мире разведчиков не имели ни малейшего отношения. Впрочем, в других лагерях контингент был не лучше. Придется и впрямь изворачиваться и готовить разведчиков из того, что есть. Материал, конечно, сырой, но это и лучше, поскольку учить придется все равно, зато не надо будет тратить время на переучивание.

Больше выбирать не из кого. Военные академии и так уже отдали по два старших курса, забрать у них и младшие – лишиться перспективы получить со временем грамотных офицеров, а ситуация не настолько критична, чтобы пойти на такое.

К сожалению, из всех отобранных почти никто не годился в горлохваты, а, если и годился, то в довольно отдаленном будущем, после напряженного обучения навыкам рукопашного боя. Придется отвлекать действующих бойцов, которых и так осталось мало. Если раньше в разведгруппах обязательно было минимум два горлохвата, то теперь частенько на задания шли с одним, а то и вовсе без него. Как в таких условиях брать пленных, учитывая не слабую подготовку воинов-гоблинов в области рукопашного боя, основанного на их древних традициях? Да еще не переполошив всех вокруг. В противном случае ведь затравят же. Против десятка разведчиков направить несколько тысяч преследователей гоблинам никакой проблемы не составляет. Перекроют все пути, прочешут частым гребнем и обязательно найдут. Вот такие вот дела.

Жаль, конечно, но, скорее всего, большинство новичков пойдет в группы: наблюдателей, сопровождающих и огневой поддержки. Такие специалисты безусловно тоже нужны, но истинно глубинную разведку без пленных

провести очень сложно. В идеале, кандидат в горлохваты должен иметь хотя бы начальные навыки любой разновидности рукопашного боя. Тогда время на его подготовку сокращается в разы и уже на начальном этапе можно определить есть смысл с ним работать или нет. «Чистые листы» в этом отношении совершенно непредсказуемы.

Дело еще осложняется тем, что мало захватить гоблина-воина живым (проще убить из шаромета), так его еще и допросить без знания гоблинского невозможно. А сколько отрядов либо полностью погибло, либо изрядно уменьшилось в численности, доставляя пленного на базу к переводчикам? И зачастую бывало так, что сведения к тому моменту уже в значительной степени устаревали. Конечно, и природных гоблинов на территории княжества хватало, однако не настолько, чтобы обеспечить потребности фронта. Все же среди представителей этой расы было много хороших ремесленников и торговцев, чтобы их могла соблазнить служба в армии, а призывать в приказном порядке запрещала политика старейшин направленная на максимально быструю ассимиляцию некоренных наций. Изредка с Той стороны попадались люди, более-менее знающие гоблинский, который по счастью не отличался от языка гоблинов Этой стороны. Кстати сказать, и орочий, и эльфийский, и гномий в этом отношении также были удивительно схожи с соответствующими языками Той стороны, что наводило на некоторые мысли о давних контактах двух миров.

Жрецы, сконцентрировавшие в своих руках всю науку о магии и часть естественных наук предполагали, что помимо туманной тропы есть еще несколько точек проникновения природного, так сказать, происхождения. Могло быть так, что путешественники меж двух миров даже не подозревали, что переходят из одного в другой. Скорее всего такие места контакта были в отдаленных районах, где основное население не шибко увлекалось наукой, а с прагматической точки зрения не все ли равно, что за местность дальше облюбованного села или города?

Правда, такая гипотеза имела столько натяжек и допущений, что всерьез никто не брался ее доказывать.

Скорсилли ссыпал в нагрудный карман горсть орешков, которые перед этим меланхолично грыз под осуждающими взглядами других членов комиссии, и совсем уж было собрался покинуть общество, как привели, наконец-то, последних новобранцев. Явный мусор, умело спрятанный командирами «по углам». Что и кому хотел доказать командующий, потребовав присутствия всех(!) новобранцев, непонятно, но после того, как простой воин-посыльный два раза вернулся из санчасти с сообщением о том, что прикомандированный воин не может прийти по уважительным причинам, разозлился и отправил уже офицеров из свиты с четким приказом привести сюда всех, кто числится в списках новобранцами, невзирая ни на какие отговорки. В результате пострадали все. Командующий устроил разнос начальнику лагеря. Тот придумал еще более суровое наказание своим подчиненным, а офицеры свиты, низведенные до положения рассыльных, озверели больше всех и гнали свою добычу чуть ли не палками.

Помощницы остановили порыв Скорсилли, одновременно схватив его за руки с двух сторон.

– Командир, обратите внимание на парня, что идет четвертым с конца. Тебе не кажется что-то странное в нем? – спросила Тиотини справа.

– Я тоже чувствую в нем что-то странно знакомое. Что-то… удивительно родное, хотя он и не эльф. Невозможно сказать точно. Слишком далеко. Посмотри сам, командир! – вторила подруге Свириселли слева.

Скорсилли присмотрелся но на первый взгляд ничего необычного не разглядел. Парень, как парень. Но на второй… в его походке было нечто знакомое. Что-то неуловимо характерное? Через несколько минут напряженных размышлений, когда парень пошел преодолевать полосу препятствий – не слишком успешно, следует сказать – начальник разведки, наконец, понял, что его смущало. И видимо его помощниц тоже. Так двигаться, как это делал объект его внимания, мог только боец – рукопашник довольно высокого уровня. Парень явно пытался скрыть свое мастерство и это, надо признать, ему очень хорошо удавалось, однако признанный мастер боя, один из лучших во всем княжестве, много лет посвятивший совершенствованию своего искусства, не мог ошибаться. Странно было, что его старый друг, наставник разведчиков и инструктор в местном лагере мог проглядеть настоящего бойца. А может он и не проглядел никого, а ошибался сам Скорсилли? Проверить можно было только одним способом. Причем не просто вызвать подозрительного новобранца на поединок, где он мог имитировать неуклюжесть, а подвергнуть настоящему испытанию смертельной опасностью.