Звезда эмира
Шрифт:
— Никому. Они сами по себе, но если нарушат закон, то наказание для них будет тоже, что и для жителей города.
— Ага, если их найдут… — я усмехнулась, кочевники напоминали мне пиратов.
— Найдут! Ты просто не знаешь на что способны ищейки правителя, — она уверенно взглянула на меня и я поняла, что прецеденты все-таки были.
— Значит, Рушан хороший человек… а что на счет Нуры? Сколько ей? — встав из-за стола, я подошла к мойке, которая напоминала мне тазик, чтобы вымыть за собой посуду.
— Ей семнадцать и она слишком избалована. Мать ей многое прощает, пока Закир не в
— Мне стоит ее опасаться? — я встала рядом с сидящей на стуле Асой.
— Не ее… Амину, мать Нуры, вот кого стоит опасаться…
— Надеюсь, у меня получится избегать с ней встреч… — я даже плечами передернула, вспомнив взгляд, которым меня наградила хозяйка.
— Не думаю, она сама с тобой встретится, чтобы показать, кто здесь главный. Голову даю на отсечение, что сначала она дождется отъезда Закира. А пока можешь расслабиться…
— Отъезда? Он часто уезжает? — это совсем не хорошо.
— Да, в городе всего четверо арифов и у них, что-то вроде договора. Ни у одного из них нет желания мотаться в провинции, а надо. Вот они и договорились выезжать туда по очереди. Сейчас очередь Закира. И как только придет запрос на арифа, он уедет. Конечно, есть вероятность, что он возьмет тебя с собой, раз ты его помощница, но лучше тебе не очень-то на это рассчитывать…
— А как выражается недовольство Амины? Поднимает руку? — я не представляю свою реакцию на побои. Меня в жизни никто пальцем не тронул. Родители в детстве, конечно, наказывали, я была еще тем постреленком. Но самое страшное то, как отец снимал с себя ремень, я сразу бежала в свой "любимый" угол. И на этом все… Муж даже голос не повышал, бывало, мы ругались… но все заканчивалось страстным перемирием в спальне… Пятнадцать лет счастливого брака… Возможно, я чего-то не знаю, о чем-то не догадываюсь, но пусть теперь все останется, как мне запомнилось!
— Да ты что, нет, конечно! Только криками, но ее голос сведет с ума любого, если слышать ее визги на протяжении всего дня. Хотя…
— Что?! — я даже вскрикнула.
— Дело в том, что до сегодняшнего дня служанками были женщины свободные… не рабыни…Я не могу с точностью утверждать, как она поведет себя с ними, — Аса специально не стала переходить на личности, понимая, что я одна из них.
— Понятно… А ты? Тебе от нее тоже досталось? — мне была важна любая информация о жене арифа, чтобы я могла понять, что противопоставить ее нападкам.
— Нет! Меня она обходит стороной. Закир при первом же недовольстве дал ей понять, что алима неприкосновенна и за любое нарушение его приказа, последует жестокое наказание, — Аса встала и направилась к выходу из домика, я следовала за ней, прокручивая в голове всю полученную информацию.
В саду, недалеко от нашего домика, стояла глиняная печь, закрываемая приставным металлическим затвором. Рядом с ней, стояла женщина в годах, перекладывая уже готовые лепешки на блюдо, которое лежало на деревянном столике, напротив печи. Ее голова, как и лицо, были скрыты от посторонних глаз. Лишь ее темный взгляд выдавал в ней возраст, как и то, что женщина немного сутулилась, видимо сказывалась работа на кухне.
7
Познакомив
— Скажи, страшно быть рабыней? — Аса повернула голову в мою сторону и в ее взгляде я увидела тревогу.
— Знаешь, если честно… я еще не успела, как следует ощутить себя в роли рабыни… — смех Асы пронесся колокольчиком над цветущим садом.
— Ну, ты даешь! Я думала она плакаться будет… на жизнь жаловаться…А-ха-ха…
— Аса, это правда! Пока меня везли, я практически была без сознания, привезли- я боролась с болью во всем теле, продали- я шла и любовалась городом, а потом встретила тебя…
— А как же Закир? Тебе не страшно… вдруг он решит действительно использовать тебя, как рабыню, а не как свою помощницу? — слова Асы, как и ее, вдруг ставший серьезным, голос, напугали меня.
— А что, есть разница? — только сейчас я до конца осознала, во что влипла!
— Ну, помощник, он хоть и подчиняется арифу, но все же равный ему, а рабыня…она вещь…товар…Ее можно продать, подарить… — ну, спасибо тебе Богиня! И вот как прикажете тут выжить, если неизвестно, что меня ждет, в этот бесправном статусе?! И ведь дошло-то только сейчас! Ну, говорили, ну рассказывали, знаю я о рабстве из школьной истории, но одно дело слышать, а другое понимать, что все, что ты знаешь о тех людях, теперь может ожидать и тебя саму!
— Аса, мне нужно в комнату… платок… шарф…шейла… — я соскочила со скамейки, но девушка успела схватить меня за руку.
— Зачем? — она смотрела на меня непонимающим взглядом.
— Меня не должны видеть! Мне нужно скрыть лицо! — я попыталась освободиться от хватки девушки. Если мое смазливое личико приглянется какому-нибудь богатею, и он решит купить меня у Закира…
— Да, подожди ты! Здесь не бывает чужих! Успокойся! Оденешь, когда пойдешь в город, а здесь-то тебе он зачем? — я тяжело опустилась на скамейку и спрятала лицо в ладонях.
— Прости! Это я безмозглая тебя напугала! Я не хотела… — она протянула руку и погладила меня по голове.
— Нет, ты права, если бы ты мне не сказала… я бы так и ходила ни о чем не думая, — я поймала ее руку и легонько сжала, выражая благодарность.
— Слушай, хочешь, я поговорю с Закиром…
— Не стоит! Не надо тебе в это лезть, я сама со всем разберусь. Да и не ясно еще ничего, может, Закиру помощница все же нужна больше, чем рабыня, иначе, зачем бы он за меня столько переплачивал, там были девушки намного дешевле… — Аса лишь грустно кивнула и попыталась улыбнуться.
— Светлого дня, аши Аса! — я подняла глаза и увидела направляющегося к нам молодого мужчину. Я уже хотела убежать, но Аса как будто почувствовала мой страх и сжала мою руку.
— Светлого дня, дашо Рушан, — она улыбнулась мужчине, а я, услышав его имя, немного успокоилась. Высокий, с темным взглядом, гладко выбритым лицом. Он был похож на сказочного принца, в тюрбане и расшитом халате, как и у его отца.
— Простите, что прервал вашу беседу, — он смотрел на меня и как будто, чего-то ждал, а я не могла отвести глаз от его красивых ресниц.