Звезда Егорова
Шрифт:
СЛОВО О БОЕВОМ ДРУГЕ
Имя Алексея Семеновича Егорова, бывшего заместителя командира партизанского соединения,
О подвигах партизан в годы Великой Отечественной войны написано немало книг. И все же, мне кажется, одна из действенных форм партизанской борьбы против фашистских оккупантов, довольно метко названная «рельсовой войной», мало освещена в литературе. Результатом «рельсовой войны» была чувствительная дезорганизация вражеских коммуникаций.
Я вспоминаю про это потому, что главный герой повести Алексей Егоров был одним из тех, кто понимал значение «рельсовой войны» и сумел по-новому перестроить диверсионно-подрывную службу. И не случайно наше соединение в решающий час битвы на Курской дуге совершило наибольшее число диверсий. На минеров Егорова падает треть эшелонов, подорванных всеми партизанскими соединениями и отрядами Украины.
В книге П. Нечая, особенно в первом разделе — «Огненными дорогами», — читатель сможет познакомиться с организацией диверсионно-подрывной службы соединения, с ходом подготовки мощных ударов по вражеским коммуникациям. В книге приведены захватывающие боевые эпизоды, в которых ярко раскрывается мужество и отвага, смелость и находчивость подрывников. О людях этой рискованной профессии автор рассказывает с глубокой любовью и теплотой.
В августе 1944 года Алексей Егоров с группой украинских и словацких народных мстителей высадился в горах Словакии. Они пришли сюда, чтобы помочь словацкому народу в борьбе против фашизма. Опытный партизанский вожак, Егоров с первых дней пребывания во вражеском тылу установил связи со словацким партийным подпольем и принял активное участие в организации партизанского движения. Его небольшая группа за несколько дней выросла в боевой отряд, а вскоре — в трехтысячную партизанскую бригаду, сыгравшую немалую роль в знаменитом Словацком национальном восстании. Этому посвящена вторая часть книги — «Багряные Татры».
Хотя книга и названа именем главного героя Алексея Егорова, рассказывает она и о многочисленных его друзьях, не знавших страха в борьбе с фашизмом и готовых в любую минуту отдать жизнь за свободу и счастье братского чехословацкого народа, за социализм. Важно и то, что автор в отдельных боевых эпизодах сумел увидеть и нарисовать широкую картину народного восстания в Словакии осенью тысяча девятьсот сорок четвертого года. «Звезда Егорова» — интересная и очень нужная книга, в которой впервые обстоятельно рассказывается о малоизвестных боевых делах советских партизан за рубежами нашей Отчизны.
Дважды Герой Советского Союза
А. Ф. ФЕДОРОВ
ОГНЕННЫМИ ДОРОГАМИ
ПО ЗОВУ СОВЕСТИ
И
— Небось и сегодня был в военкомате? — поинтересовалась Зина.
— И сегодня был. И завтра пойду… И буду ходить, пока не добьюсь своего, — ответил с вызовом.
Сняв мокрую от пота рубашку, Алексей швырнул ее на диван и устало поплелся в ванную. Жарища, от которой, казалось, все плавилось, пришла в дом.
Третий месяц идет война. Третий месяц обивает пороги военкомата Алексей Егоров. Тогда, в то черное воскресенье, он сразу после выступления Молотова пошел в военкомат. Но там было уже не протолкнуться. Дежурный техник-интендант с красной повязкой на рукаве, посмотрев на военный билет Егорова, хриплым голосом прокричал, словно надеясь, что от крика его скорее поймут: сейчас не до таких, как Егоров; призывают строевых командиров и врачей. Дойдет очередь — вызовут.
Шли дни, а Егорова не вызывали. Внешне, как всегда, невозмутимый и даже флегматичный, Алексей злился, возмущенный своим положением тыловика. На фабрике забрали в армию всех мужчин. И мастерами, и подмастерьями, и даже слесарями-наладчиками — самые мужские специальности — стали женщины. Даже молодых девчат брали на фронт — санитарками и медсестрами. И только он один, здоровый молодой мужик, должен каждый день высиживать свои часы в бабьем царстве планового отдела.
Порой ему казалось, что женщины, давно знакомые милые сотрудницы отдела, насмешливо смотрят на него. И тогда он мрачнел, старался почти не выходить из опостылевшего теперь рабочего кабинета. Раньше всех приходил на фабрику и засиживался допоздна. Изнурял себя работой, но радости от нее не испытывал, терпеливо ожидая вызова. Но однажды сорвался. Фабрику перевели на выпуск военных изделий. Начали бронировать специалистов. Когда к Егорову пришла с кипой анкет инспектор личного стола, он не выдержал, наорал на ни в чем не повинную женщину и тут же снова отправился в горвоенкомат. Опять отказ. Но теперь уж Алексей решил не отступать, взять военкоматских чиновников на измор, пока не призовут, и зачастил туда чуть ли не каждый день.
Война… Фронт… Алексей часто вспоминал последние письма старшего брата Николая, служившего перед войной где-то на западной границе. Николай откровенно писал:
«Служится мне, брат, недурно, да заметно стало, как с каждым днем густеют тучи над нашими головами. Того и гляди грянет…»
Правда, где-то в глубине души теплилась надежда: тучи разойдутся. Но не разошлись, гром ударил. Все жизненные планы полетели вверх тормашками. День ото дня все тревожнее приходили вести с фронтов. Наши войска, сдерживая вражий напор, отходили на восток, оставляя родные города и села. Война несла горе и скорбь.
Не обошло лихо и семью Егоровых. Вскоре почтальон принес похоронную на Николая:
«…смертью героя… воен-инженер второго ранга Егоров Николай Семенович…»
Верилось с трудом: брат Николай погиб. А где-то в медленном эшелоне, среди тысяч других беженцев, ехала на восток жена Николая с детьми, не зная, что она уже вдова…
Зина терпеливо ждала, пока остынет под душем не в меру расходившийся супруг. Наконец он появился, вытирая волосы мокрым полотенцем.
— Ну, что же тебе ответили сегодня?
— Что ответили? — снова взвинчиваясь, переспросил Алексей. — То же, что и вчера, и позавчера. Ваша, мол, специальность мобилизации сейчас еще не подлежит, товарищ техник-интендант…
Зина сочувственно смотрела на Алексея. Страшно провожать мужа на фронт, но и видеть его каждый день таким огорченным было больно.
— Что за чертовщина!.. — Он взволнованно зашагал по комнате. — Ведь на фронт прошусь, не на прогулку, а они заладили: пока что работай в тылу, тут тоже люди нужны… Ты понимаешь?!