Звереныш
Шрифт:
Когда они чуть-чуть отлетели от скалы, хотя и продолжали двигаться вдоль нее, к ним вернулось подобие здравого смысла и чувства безопасности.
– Где оно?
– спросил Лео.
Хьюланн посмотрел на небо и заметил летучую мышь слева от них; та медленно парила над иссушенной землей пустыни. Он показал ее Лео и переключил свое внимание на дорогу.
– Почему она не нападает?
– поинтересовался Лео, вытянув голову, чтобы лучше видеть, как чудовище парит на двух огромных крыльях. Оно наблюдало за ними - по крайней мере его молочно-белые глаза
– Не знаю, - пробормотал Хьюланн.
– Но если бы и знал, не думаю, что мне стало бы от этого лучше.
– У нас есть какое-нибудь оружие?
– Ничего. Лео поежился.
– Думаю, что никакое оружие здесь уже не поможет.
Они продолжали лететь вперед.
Справа промелькнула скала.
Летучая мышь сопровождала их слева, придерживаясь того же курса, постепенно приближаясь, сокращая расстояние между ними. Но делала она это без всякой цели.
Хьюланн уже начал надеяться, что медлительность хищника означает, что они приблизились к границе, за пределы которой влияние Изолятора не распространяется, и им скоро удастся вырваться на волю, где он их уже не достигнет.
Надежде не суждено было сбыться. Над пустыней пронесся резкий визгливый воинственный вопль, который вернулся, отозвавшись эхом в горах. И какой-то миг спустя после этого истошного визга существо развернулось и полетело прямо на них, чтобы нанести последний, смертоносный удар...
– Вот оно, - выдохнул Лео.
Хьюланн обругал вездеход, жалея, что никак не может выжать из него больше мощности, не может заставить его двигаться быстрее. В то же время он прекрасно понимал, что и пытаться бесполезно, так как творение Изолятора способно накапливать столько энергии и развивать такую скорость, какую не в состоянии выдавить из себя ни один механизм. Существо превосходило любую машину, так же как и любого наоли, в искусстве разрушения.
– Хьюланн!
– закричал Лео, ухватив наоли за плечо и указывая ему на приближавшуюся чудовищную мышь.
– Смотри! Что происходит?
Хьюланн оторвал глаза от дороги впереди и взглянул на оружие Изолятора. Птица начала менять очертания. Крылья сморщились, а туловище расплющилось, теряя обтекаемую форму. Морда стала плоской, черты ее стремительно разрушались - кроме глаз, которые, казалось, спрятались за кристаллической оболочкой. Когтистые лапы тоже исчезли. Через мгновение существо трансформировало себя в сплошную пульсирующую пластиплоть.
Существо явно собиралось покрыть последние сто футов, используя свою кинетическую энергию, затем врезаться в вездеход и отбросить их к скалам.
Хьюланн нажал на педаль акселератора.
Но машина и так шла на пределе.
Огромный шар Изолятора впечатался в вездеход с мягким глухим шлепком и перевернул их на бок, прижав крышей к скале и забивая собой лопасти винтов. Потом Изолятор осмотрел машину со всех сторон. Бесцветная масса с прожилками янтаря и изумруда. Серые вкрапления больше не были видны, - возможно, их выбелило
Хотя вездеход лежал на боку, ремни прочно удерживали их в сиденьях и Хьюланн не упал на Лео. Иначе он просто раздавил бы мальчишку. Наоли крепко держался, хотя все его тело пронизывали нервные судороги, когда это чудовище за стеклом искало способ проникнуть внутрь.
– Как ты?
– позвал мальчика Хьюланн. В салоне царил полумрак, так как Изолятор заслонял своей массой солнечный свет. Только слабое оранжевое свечение проникало сквозь его плоть в кабину.
– Я здесь, - откликнулся Лео.
– Что нам делать, Хьюланн? Наоли молчал.
– Нам будет больно?
– Нет.
Лео внимательно наблюдал, как желеобразная субстанция скользит по стеклу, пузырясь и довольно бормоча что-то, на расстоянии всего лишь вытянутой руки от них.
– Что будем делать?
– спросил он Хьюланна.
– Я ничего не знаю.
– Но можем же мы хоть что-то сделать. Хьюланн с трудом поборол искушение ускользнуть в заманчивый уголок мертвого сна. Его тело изнемогало под огромным грузом пережитых событий, которые сильно подточили его силы, и жаждало освободиться от накопившегося непосильного груза. Как хорошо было бы заснуть... И умереть...
Если бы не мальчик. Он зашел слишком далеко, прошел через многое и лишился всего, чего достиг в своей жизни. Может, он просто недоработка своих же инженеров? Может, он совершал что-то недостойное, ввязавшись во все это?
– Смотри, - спокойно проговорил Лео. Его голос снизился до едва уловимого шепота. И Хьюланн не мог не заметить, что мальчику было страшно.
На стыке двери с корпусом машины со стороны Хьюланна было слышно, как Изолятор настойчиво пытается проникнуть внутрь, пропихивая тонкую струйку липкой массы в их убежище. В янтарном полусвете это было даже красиво...
"Голубая стрела" мчалась по рельсам, которые Находились не в лучшем состоянии, так как их почти насквозь проела ржавчина. Приближалась гроза. Но Дэвид не слышал раскатов грома из-за грохота колес.
Он с интересом наблюдал за дорогой, которая вызывала у него легкое чувство страха. Возможно, он сейчас умрет, но с этим ему легко было смириться, так как он давно уже жил на время, которое получил взаймы.
В небе сверкнула молния и коснулась земли в нескольких милях от Дэвида. Игра теней над пустыней и рельсами была восхитительна. Дэвид улыбнулся и откинулся еще глубже в кресле.
Двери "Альпийского приюта" были распахнуты, и только снег находил себе дорогу в гостиницу. Он проникал в огромный вестибюль, сыпался на кресла, которые стояли друг напротив друга, переглядываясь через журнальный столик. Длинные белые пальцы пороши вцепились в ковер и запустили свои когти в плюшевые диваны. Котельная, которая находилась в задней части заведения, за кухней, была седая как Мафусаил. Огромные сосульки свисали с водопроводных кранов, а весь пол устилало белое покрывало.
Все было спокойно.