Зверь
Шрифт:
Раздался тихий рык, это был Зверь, который через пару секунд медленно вышел из густых кустов. Темно-рыжий волк неторопливо двигался в мою сторону. Его глаза сеяли, словно янтарный камень, а когда он открыл пасть, я посмотрел прямо в его огромный глубокий рот с белыми, как снег, клыками. Жан, мой отец, перестал читать и начал ползать по земле в поисках своего ружья. Тогда
Он упал на меня, прямо в руки, я невольно присел на траву. Лицо закрывала копна рыжих волос, я отодвинул одну из прядей. На моих руках лежала обнаженная Мари-Жанна, истекающая собственной кровью. Из ее желтых светящихся глаз лились слезы горечи и боли.
– Дорогой мой, что произошло?- спросила она плачущим голосом, придерживая рукой кровоточащие раны.
– Ты ничего не помнишь, любовь моя?
– Нет... На меня напал Жеводанский зверь?
Я хотел рассказать ей всю правду, но у меня не хватило сил. Он не должна была умирать, зная, что она убийца.
– Да, Мари-Жанна, а я не успел.
– Успел, ты же сейчас со мной, Антуан.
– она умирала, медленно увядая, как полевой цветок.
– Да, я всегда буду рядом с тобой.
– Мой охотник, я надеюсь ты убьёшь этого Зверя.
– Убью, убью его за тебя, ему не долго жить осталось, мы почти его убили.- мне было всё тяжелее говорить, слезы просились наружу.
– Это прекрасно, поцелуй же меня на прощанье, дорогой
Я поцеловал её окровавленные губы и прижал к себе крепко-крепко, задушив. Я мог сделать это по двум причинам: тогда мне казалось, я не хотел, чтоб любовь моя мучилась, сейчас же я знаю, тот растерянный Антуан боялся, что Зверь останется жив, что пуль не достаточно.
– Сын мой, я не понимаю.
– сказал, склонившейся надо мной отец.
– Тебе на встречу шел Жеводанский зверь, а на руках лежит мертвая Мари-Жанна.
– Он вселился в неё, овладевал ею, когда заходило солнце, я давно должен был это понять...
***
Мы придумали великий план, чтобы никто и никогда не назвал Мари-Жанну Вале убийцей.
Однажды на неё напали мои собаки, это было в те времена, когда из столицы приезжали отец и сын д'Энневали, чтобы расправится с Жеводанским зверем. Любовь моя помогала в охоте, но собаки её не любили. Борзые соскочили с привязей и набросились на Мари-Жанну, я отбил её, но, чтобы моих собак не застрелили за бешенство, мы сказали, что на неё набросился Зверь, которого она смогла отогнать. Я вспомнил красивую легенду про копьё, таким образом увековечив мою любовь, указав это во многих отчетах о происшествии.
Мари-Жанну я похоронил около своего лесного домика, в этот же вечер поймал обычного волка и сделал чучело: покрасил его в рыжий, набил большим количеством соломы, добавил элементы из коровий кожи и зубы из, привезенной из Африки, слоновой кости. Самое сложное было сделать из стекла желтые глаза, но я справился.
Мой отец сказал всем, что это он убил зверя, так было нужно, потому что я исчез из Бессере-Сен-Мари на следующей же день. Я и Мари-Жанна якобы сбежали из дождливой Франции в теплую Африку, хотя некоторые подумали, что я был тем самым оборотнем или привез из предыдущей поездки во Францию жуткого зверя и выдрессировал. Главное, что любовь моя останется в веках чудом спасшейся, невинной девушкой.