Зверь
Шрифт:
— Тревога по форме «А»! — скомандовал один из дежурных, нажимая клавишу на консоли.
Взвыла сирена. Через секунду автоматика заблокировала электроприводы ворот и входной двери, отключила систему магнитных замков. С лязгом опустились на окнах бронированные ставни. Дом погрузился во мрак. Осталось только тусклое аварийное освещение в караулке, комнате дежурных, спальне Харона и сейфовом хранилище. Оба охранника понимали: принятые меры предосторожности не могут кардинально изменить ситуацию, — но четко следовали инструкциям. Один из них схватил ружье и встал у двери. Второй наблюдал за перемещениями незнакомцев на мониторах. Третья смена охраны и вспомогательная группа готовились
Гектор и Руденко, стараясь не шуметь, спустились по лестнице, остановились маршем выше. В эту секунду сверху, от потолка, на них обрушился тошнотворно-пронзительный вой сирены.
— Черт! — Вздрогнувший от неожиданности Руденко инстинктивно поднял голову на звук и тут же получил шлепок по затылку.
— Камеры! — проревел Гектор. — Не показывай лица!
Тот закивал.
— Где они?
— Пролетом ниже. Сначала помещение охраны, затем пост контроля и генераторная.
— Понял. Двинулись?
Руденко сделал шаг вперед, и тут же снизу, из сочащегося тусклым светом полумрака, плеснул выстрел. Восемь девятимиллиметровых дробин обожгли арбалетчику лицо.
— Черт! — Тот отпрянул. — Шустрые какие ребята!
— Заслони меня! — скомандовал Гектор. Повернувшись спиной к ближайшей камере, он достал из-под дождевика гранату с веселящим газом, выдернул предохранительное кольцо и повернул кругляшок инициатора. Сделав шаг вперед, Гектор размахнулся и метнул черную шайбу в приоткрытую дверь караулки. Граната влетела точно в узкую щель, из которой падал острый, как бритва, клин света, и мгновением позже взорвалась со звонким хлопком. Белесо-перламутровые клубы газа быстро заполняли караульное помещение, вытягиваясь на лестницу. Раскатисто бухнули еще два выстрела. Дробины ударили в бетонную стену. Из клубящегося сумрака вывалилась темная хохочущая фигура. Человек смеялся взахлеб, переломившись пополам и зажимая руками живот. Он задыхался, его стошнило.
— Вот это да! — пробормотал Руденко.
Охранник, раскачиваясь из стороны в сторону, сделал несколько шагов. Гектор поднял пистолет. Неожиданно колени смеющегося подогнулись, он опустился на пол и ватно-мягко повалился на бок. Выждав немного, Гектор кивнул:
— Пошли!
В это мгновение ожила рация:
— Внимание всем! Это Тимофей. Слышу звук двигателя. Микроавтобус.
Руденко вопросительно посмотрел на Гектора. Тот взглянул на часы:
— Это не наши. До контрольного времени еще сорок минут.
— Я посмотрю?
— Давай. Постойте с Борькой у ворот, если кто-нибудь подъедет — дайте знать.
— Хорошо. Ты-то как? Справишься?
— Постараюсь. Оставь одну обойму.
— Хорошо.
Отдав полный магазин, Руденко легко побежал вверх по лестнице, а Гектор спустился вниз, к караульному помещению. Оставались еще двое дежурных в комнате контроля. Газ постепенно заполнял подвал. Видимость снизилась практически до нуля. Гектор прижался спиной к стене и осторожно пошел вперед. В караулке — большой, просторной комнате — лежали охранники. Сон сморил их на «боевых постах». Рядом валялись ружья. В дымчато-серой, колышущейся, словно студень, стене четко вырисовывался прямоугольник света — дверь контрольного поста. Газ медленно плыл вверх, втягиваясь в решетчатую коробку кондиционера. Через десять-пятнадцать минут он должен был рассеяться полностью. Гектор поднял пистолет, выпустил в спящих охранников по заряду и медленно, шаг за шагом, двинулся к контрольному посту. Подойдя к двери, он увидел лежащего на пороге человека. Тот спал, поджав колени к подбородку, пуская по-детски слюни и, как любимую игрушку, прижимая к груди «мосберг». Выстрел. Капсула угодила спящему в плечо.
— Гектор, — ожила
— Ладно. Спустись вниз, помоги Антону.
— Хорошо.
Гектор шагнул в комнату контроля. Второй дежурный спал, уронив голову на консоль. Светились экраны, моргали разноцветные индикаторы. Выстрел — капсула попала в шею! Опустошив обойму, Гектор спрятал пистолет в кобуру, подошел ближе, остановился и принялся читать бирки: «Питание», «Сигнал», «Камеры», «Линия — 1», «Линия — 2», «Общая система защиты»… Ага, как раз то, что нужно. Гектор утопил клавишу. Красный глазок мигнул, но не сменился зеленым, а продолжал лучиться ярко-рубиновым светом. Еще раз! Тот же результат. Очевидно, для отключения системы защиты необходимо было произвести ряд каких-то последовательных действий. Каких именно, Гектор не знал. Подхватив «мосберг» охранника, он размахнулся и что было сил ударил прикладом по консоли. Затрещала обшивка. Из-под панели брызнул фонтан оранжево-белых искр, потянулся темный дымок. Еще один удар и еще, пока приклад ружья не расщепился пополам. Индикаторы погасли. Консоль умерла. Гектор прошел через зальчик к двери генераторной комнаты и повернул запорную рукоять.
Беленький спустился по лестнице, прислушался к доносящимся из подвала звукам. Тихо? Вроде бы тихо. Значит, все нормально. Гектор управился. Молодец мужик. Он посмотрел на укрепленные под потолком белые коробочки телекамер, подпрыгнул. Индикатор оставался темным. Отлично. Стянув респиратор, Беленький отбросил назад капюшон и, обернувшись к двери, уводящей в глубь коттеджа, сложил ладони рупором:
— Антон! Ильин! Это я, Модест! Смотри не пальни мне в пузо!
На улице Руденко обернулся и, сбросив капюшон, спросил Жукута:
— Кто-то кричал или мне показалось?
Тот кивнул:
— Модест, похоже.
Внезапно пловец насторожился, прислушался и резко обернулся, вскидывая пистолет.
Прямо перед ним стоял человек. Пловец невольно вздрогнул, отступил на шаг, а затем рассмеялся с облегчением. Капюшон дождевика отбрасывал на лицо «пришельца» густую, как манная каша, тень, однако Беленький узнал его.
— Фу-у-у ты, напугал, черт… — Он снова хохотнул нервно и пояснил: — Я-то, грешным делом, подумал…
Секундой позже послышался странный шипящий хлопок. Вместо правого глаза у пловца появилась округлая черная дыра. Беленький вскинул руки, вцепился пальцами в лицо. По ладоням потекли темные капли. Пловец повалился на пол.
— И не ошибся, — прошептал человек, наклоняясь и хватая убитого за капюшон.
Ильин обошел уже, должно быть, половину комнат. Он сообразил, как спланирован дом, и подумал, что архитектор — головастый парень. Если бы хоть один из охранников прорвался наверх, его пришлось бы ловить впятером, да и то еще неизвестно, кто кого загнал бы. «Идеальная мышеловка, — подумал Ильин. — Местечко как раз для игры в войнушку». Он перешел в следующую комнату.
— Антон, — послышался за спиной громкий шепот. — Антон! У Модеста неприятности! Ты где, Антон?
— Да здесь, — прошипел Ильин. — Не ори ты так. Услышит еще этот, мать его, Харон!
Темная фигура в дождевике возникла в дверях.
— Что за неприятности? — не оборачиваясь, через плечо спросил Ильин.
Мгновение спустя пуля, выпущенная из девятимиллиметрового «глока» с глушителем, разворотила ему затылок.
— Ему что-то попало в глаз, — ответил убийца, втаскивая в комнату мертвого пловца.