Зверь
Шрифт:
— Отведи гос-жу Полину Сергеевну на второй этаж, комната смежная с моей.
— Прошу следовать за мной, гос-жа. — произнесла женщина и вышла из кабинета.
Недолго думая, я вылетела следом за ней. Мне хотелось остаться одной, хорошенько подумать, во что я вляпалась и как помочь отцу.
Тюрьма
Комната, куда меня привела домработница, была выдержана в светлых тонах. Довольно просторная. Здесь я хотя бы чувствовала себя хоть немного, но защищенной.
— Вы можете звать меня Лизой Петровной. Если что-то понадобится, можете обращаться. На столике при кровати кнопка вызова. У вас
Я устало опускаюсь на широкую кровать и выдыхаю. Сил совершенно нет, он высосал из меня все соки. Так, у меня есть всего лишь десять минут. Ванную комнату обнаружила сразу, она оказалась чуть меньше самой спальни, но тоже была просторной. Подхожу к зеркалу и горько ухмыляюсь. Глаза покраснели, а лицо выглядело бледным. Нахожу мыло и начинаю смывать косметику. Так гораздо лучше и привычнее. Красилась я редко, лишь на какие-нибудь приёмы, а в повседневной жизни обходилась без неё. Вытираю насухо лицо и выхожу. Понимаю, надо позвонить отцу и узнать что происходит, но вспоминаю, что сумочка осталась в машине.
— Проклятие!
Дело дрянь. Надо выходить, но ноги как ватные. Я дико устала ходить на каблуках. Тут же скидываю их. Даже переодеться не во что, я по-прежнему в вечернем платье, шаль тоже забыта в машине.
Спальню покидаю босиком, на каблуках я просто не выдержу этот спуск с лестницы. Плевать. На все плевать.
Я услышала голос Доминика, когда уже достигла последней ступени. Он выходил из своего кабинета, разговаривая по телефону. Говорил на немецком, но я то отлично знаю несколько языков (немецкий включительно), поэтому без проблем поняла, о чем он говорит. Судя по всему, он разговаривает с женщиной. Ну и пусть, это не моё дело.
Когда разговор заканчивается, Доминик убирает телефон в карман брюк и направляется ко мне. Я снова задрожала.
— Есть хочешь? — спрашивает он, останавливаясь в метре от меня. Оглядывает мои голые ступни, но ничего больше не произносит.
— Было бы неплохо перекусить. — отвечаю я, и живот начинает громко урчать. Я стушевалась и опустила глаза.
— Пошли. — снова командует он.
Я направляюсь вслед за ним к столу, на котором уже стоят несколько холодных закусок, салаты и бутылка красного, дорогущего вина. В этот момент Елизавета Петровна вносит только что приготовленное мясо, от него так божественно пахло, что в моем животе, по-моему, залетали бабочки. Я еле удержалась, чтобы не выхватить тарелку у неё из рук, но посмотрев на Доминика, и увидев его взгляд, вспомнила о хороших манерах. Женщина с понимающей улыбкой поставила предо мной блюдо и сразу же ушла. По правилам этикета, я могла приступить к еде только после хозяина дома. Но вот он кивнул, давая понять, чтобы я не стеснялась и начинала есть. Сам тем временем, открывает вино и наливает мне бокал, к которому я на протяжении ужина несколько раз прикладываюсь.
О Божечки, это было просто потрясающе! Никогда не пробовала мяса вкуснее, ммм. И вино тоже оказалось на высшем уровне. Вслух я, конечно, не произнесла ничего, но кажется, по моему лицу и так было понятно, что я в восторге. Ели мы в тишине, но меня это сейчас не смущало. Я поистине испытывала в данный момент гастрономический оргазм. Обязательно надо поблагодарить Лизавету Петровну.
Довольная, я, наконец, отодвинула от себя пустую тарелку.
— Благодарю за ужин, мясо приготовлено превосходно. — наконец произношу я.
— Не пытайся подобраться к моим людям, будь это кухарка или
Признаться, я находилась в глубоком смятении. Многое в этом мужчине я начинала ненавидеть, как и его самого, но самое противное, что меня к нему тянет, несмотря ни на что. Это ненормально. Это какая то болезнь. И как от этого избавиться, я понятия не имела.
— Возможно, вы не так поняли меня, Доминик. Я не пыталась никого переманить на свою сторону, а лишь выразила благодарность.
На это он ничего не ответил, лишь смотрел на меня своими холодными глазами. Сама атмосфера и то, что мы остались одни начали меня нервировать.
— Я могу подняться к себе? — стало даже как то жутко, от его взгляда.
Он долго молчала, потом все же произнес:
— Иди. — коротко и ясно. — и я поспешила наверх, гонимая страхом.
Оказавшись теперь уже в своей комнате, ставшей на неизвестное мне время моей тюрьмой, я бросилась сразу же в душ. Хотелось стереть весь этот сумасшедший вечер из своей памяти. Избавившись от платья, я забираюсь в ванную и включаю душ. Теплые струи действуют на меня успокаивающе, и мне действительно кажется, что плохие воспоминания меня покидают, подчищая память. Не знаю, сколько еще я так простояла, но пора было выбираться, время близилось к полуночи, мне требовался отдых. Обо всем можно подумать завтра.
Выключаю душ, обматываюсь полотенцем. Волосы у меня длинные, приходится их долго расчесывать, чтобы привести в порядок и подсушить. Вот и все, а теперь спать.
Выхожу из ванной и вскрикиваю от испуга. В комнате у окна стоит мой мучитель. Он резко поворачивается, а я прижимаю к себе полотенце, В моих глазах паника сменяется ужасом. Ком в горле не дает произнести и звука.
Доминик как то недобро оскалился и начал скидывать пиджак, затем эти сильные руки взялись за пряжку ремня. Я прикрыла глаза.
Нет, этого не может быть, только не так, подумалось мне. Когда-нибудь, я хотела выйти замуж, подарить своему мужу девственность, родить детей и просто жить, как обычные люди. А выходит, что меня сейчас просто-напросто изнасилуют!
— Я хочу, чтоб ты мне отсосала. — бросает он.
Я открываю глаза и не верю в то, что сейчас услышала. Это просто какая-то дурная шутка, это не может быть правдой! Все, что я могу, это тупо уставиться на этого зверя и молчать. Моя симпатия к этому мужчине не играет сейчас абсолютно никакой роли, мне дико слышать все, что он сейчас сказал. Надо взять себя в руки, он лишь пытается меня напугать, я знаю. Но у него ничего не выйдет. Я буду сильной и не покажу своего страха.
— Это плохая шутка, гос-н Северн. Зачем вы сюда пришли!? — мой голос звучит резче, чем мне бы хотелось.
Он продолжает на меня смотреть, при этом расстёгивая уже пуговицу на брюках. Я вытягиваю руку впереди себя и произношу:
— Стоп, немедленно прекратите! Что вы себе позволяете!
— Я могу позволить себе все, Лина. Приступай. — брюки падают на пол вместе с нижним бельем.
Только сейчас до меня дошло, что он не шутит. О мой Бог! Что… что мне делать!? Мои глаза опускаются на его чресла и расширяются от первобытного страха. Сказать по правде, я никогда не интересовалась мужскими достоинствами, не искала специально видео в интернете, чтобы посмотреть, как оно выглядит. Возможно я не с этой планеты, но всегда считала, что всему меня должен обучить мой будущий муж.