Зуб дракона

Уилсон Н. Д.

— Я вам кое-что принес, хотя вижу, вы кое-как обустроились. Ваш залог приняли, но горничная не желает спускаться сюда. Поэтому я здесь. Служба доставки.

Он аккуратно поставил стопку с вещами на пол.

Антигона улыбнулась.

— Спасибо.

Сайрус ничего не сказал.

Великан посмотрел на него, поскреб бороду и наклонил голову, увидев разрисованные фотографии в руках Антигоны.

— Сай нашел их в грузовике у Скелтона, — объяснила она. — Просто жуткие. Заберите их.

Антигона протянула ему фотографии и стала наблюдать, как он разглядывает их. Он бесстрастно изучил каждую из них и затем сложил веером. Сайрус

только сейчас заметил, какие у него руки. Огрубелые, все в мозолях, костяшки сбиты, а один ноготь в запекшейся крови.

— Там было гораздо больше, — сказал Сайрус. — Еще разные люди. Но я забрал только три.

Руперт кивнул.

— Да, неприятно. Я пошлю кого-нибудь забрать остальные.

— Неприятно? — Сайрус фыркнул. — Ну. Я не знаю. Мне понравилась фотография мамы с черепом, пририсованным к лицу. А у той, где Дэн весь в крови, просто прелестная надпись на обороте.

Антигона поднялась на ноги.

— Не обращайте на него внимания, — быстро проговорила она. — У нас был тяжелый день.

— Тяжелый? — спросил Сайрус. Он хотел позлиться на Гривза, хоть на кого-нибудь, но не находил в себе сил даже на это. Он тяжело вздохнул. — Кажется, это последний способ хоть как-то вынести все это.

Антигона взяла себя в руки.

— У меня вопрос. Даже два, если можно. Или три.

— Или тридцать три, — пробурчал Сайрус.

— Спрашивайте, — сказал Руперт. Он не сводил глаз с Сайруса. В его голосе проявились резкие нотки.

Антигона посмотрела на Нолана.

— Как вы думаете, с ним все будет в порядке?

Руперт кивнул.

— Да. С Ноланом всегда все в порядке.

— Дэн, — произнес Сайрус. Он с трудом говорил спокойно. — Что вы делаете для того, чтобы найти нашего брата? Что происходит? Где он сейчас? Что вы узнали?

Великан выпрямился, почти задевая макушкой за потолок.

— Мне очень жаль, но никаких хороших новостей у меня нет, — ответил он. — Макси отправил его к Фениксу, своему укротителю. Они воспользовались небольшой взлетной площадкой рядом с вашим мотелем, и я раздобыл описание их самолета. Но где сейчас находится Феникс, я сказать не могу. За последние десять лет я выкуривал его из парижского логова, Майами, Квебек. Я даже всадил в него пулю. Он не бессмертен, даже не трансмортализован, как мне кажется, но держит при себе какой-то гадкий амулет. Сегодня ночью я соберу людей и кое-какие… — Он призадумался и потер челюсть. — …вещи, с которыми буду искать его тайник. Уже через несколько часов все будет готово. — Он пошевелил бровями, поворачиваясь то к Сайрусу, то к Антигоне. — Чего такого ценного для Феникса может быть у Дэниэла? Нет ли у него каких-либо способностей, талантов и сил?

Сайрус медленно покачал головой. Гривз продолжил:

— Скелтон ничего не передал ему перед тем, как умереть? У доктора всегда есть какой-нибудь шкурный интерес. Он всегда хочет раздобыть что-то.

Антигона многозначительно посмотрела на брата.

— За чем он охотится, Рус?

Руперт терпеливо ждал. Сайрус закусил губу.

— Я хочу пойти с вами.

Руперт сложил руки на груди.

— Прошу прощения?

— Вы сказали, что снарядили отряд на поиски этого Феникса ночью. — Сайрус откашлялся. — Я хочу пойти. Я не могу оставаться здесь и спать в этом… подвале. Я должен что-то делать. Позвольте мне пойти.

Руперт стал медленно наклоняться к нему навстречу, пока их глаза не оказались на одном уровне. Несколько мгновений

он просто смотрел на него, и Сайрус изо всех сил старался не скорчиться, не моргнуть и не отвернуться под этим взглядом. Когда Гривз наконец заговорил, голос его был совсем мягким.

— Правильно это или нет, но ты чувствуешь вину за все произошедшее. А теперь решай, хочешь ли ты убедить сам себя, что помогаешь найти брата, или ты действительно хочешь принести какую-то пользу. — Он не ждал ответа. — Что нужно Фениксу? Зачем ему Дэниэл?

Сайрус выдохнул.

— Я даже не знаю, что он за человек. Откуда я могу знать, чего он хочет?

— Кто он? — выпалила Антигона. — И даже не говорите, что нам необязательно знать.

— Ладно, — ответил Гривз и задумчиво провел рукой по своей выбритой голове. — Надеюсь, вы никогда не встретите такого, как Феникс. Он считает себя величайшим из альтруистов, которого когда-либо носила земля, филантропом нового порядка, богом новых рас и спасителем всего мира. На самом деле это дьявольское вырождение человека с изъеденной пороками душой, наполовину ученый, наполовину злой колдун. Его изгнали из Ордена, еще когда я был совсем юнцом. Сейчас он должен быть глубоким стариком, но по-прежнему выглядит молодым. Я ни капли не сомневаюсь, что перед исключением из Ордена он как следует прошерстил местные коллекции артефактов Эштауна, но в них и так никогда не было порядка, а самые опасные были опечатаны. Мало кто сможет заметить пропажу. Если бы я только знал, что он украл, я бы смог просчитать его слабые стороны. Но я не могу. И в принципе у него вполне может не быть никаких слабых сторон.

— Из-за чего его выгнали? — спросила Антигона.

У великана задрожал подбородок, он сжал зубы и слегка потянул себя за острую бороду.

— Правда не из самых приятных. Феникс начал с секретных экспериментов над обитателями местного зоопарка, но быстро переключился на Учеников, прислугу и несчастных нищих бродяг, которых он с друзьями подбирал вокруг — в заброшенных фермах, на остановках. В школах…

Руперт вдохнул всей своей изувеченной грудью. Его глаза смотрели куда-то сквозь предметы. Он глядел прямо через каменную стену в свои воспоминания, на ужасы прошлого. Сайрус быстро посмотрел на сестру. Перепуганная, она не сводила с Руперта взгляда широко раскрытых глаз.

— Десять лет назад, — тихо продолжил он, — я нашел то, что осталось от семерых Учеников. Они были замурованы в пол в одной из его старых комнат. Я сам выкапывал для них могилы. Среди убитых был и мой старший брат. Пропавший еще когда я был маленький. А также там были, — и Руперт тяжело посмотрел Сайрусу в глаза, — тела Генриетты и Цирцеи Смит. — Он повернулся к Антигоне. — Сестер вашего отца.

Антигона растерянно моргнула.

— Что? — спросил Сайрус. — Что? У папы не было… А как вы узнали?

— Потому что Феникс их подписал. — Голос Руперта был холодным и отстраненным, а лицо непроницаемым. — Из-за него я решил стать Архангелом, и из-за меня он отсиживается в тени, боясь лишний раз высунуться. Кровь Ордена, пролитую им, я решил возместить без остатка. И если Господь даст мне сил, я брошу его мертвое тело на съедение птицам, чтобы его клочки разнесло по бренной земле. И даже если с помощью дьявольских уловок и черной магии он стал трансмортализованным, я подыщу ему особое местечко в Могильниках Эштауна, чтобы он вкусил страдания в такой полноте, какую не ощущал еще никто до него.