Зов сердца
Шрифт:
Ну то есть, предложение из серии: «Требуется молодой человек от 20 до 35 с 10:30 до 18:00, в пятницу до 16:45, оплата 990 рэ + 100 рэ на проезд. Надо отмывать деньги, выражать заинтересованность, хлопать в ладоши на совещаниях и поддерживать экспертов. Требования: быть активным, ответственным, стрессоустойчивым, иметь связи в криминальной среде, отношения на «короткой ноге» с районным смотрящим приветствуются». И ведь дело не в том, что я далеко пойду, а в том, что уже, похоже, пришёл. Не знаю только, когда успел поучаствовать в конкурсе соискателей. Не иначе, как меня по блату предложили.
Им нужен козёл отпущения,
– Думаю, вы уже всё решили и не примите отказа.
Он усмехнулся.
– Я был уверен, что вы не откажетесь, господин Дитрих.
– Не хочу вас разочаровывать, мистер Винсон. Вы оказываете мне огромное доверие. Но я всё же хотел бы знать, где моя жена.
– Ищите там, где розовый песок почти порох, где серебряные шпили средневекового города одинаково отражают и дневной и лунный свет, в стране, где янтарь ценится дороже бриллиантов.
Пока он говорил внутри меня всё переворачивалось, и мне стоило огромных усилии сдерживать свой порыв вытащить этого старикана из-за стола за грудки дорогого костюма и воткнуть ему в глаз заколку с голубой жемчужиной. Заодно посмотреть, как алая кровь брызнет и растечётся по жемчужного цвета рубашке.
– И всё же, мистер Винсон.
– О, не беспокойтесь о ней. Она в полной безопасности, – он положил на стол две фотографии.
На одной из них Оля заходила в супермаркет. На ней была лёгкая юбка и пиджак, на глазах – тёмные очки. Волосы и причёска такие, какими я их помню в последнее утро. На другой фотографии она выходит из того же супермаркета с пакетами. Выходит так, как будто просто вышла из дома за продуктами, расслабленной походкой в простой одежде. Её снимали скрыто, чтобы она не заметила – со стороны, она не смотрит в камеру и просто двигается как обычно, идёт по своим делам. Это сеть супермаркетов, которые есть по всей Европе. Она может быть, где угодно, в любом европейском городе. Что всё это, блять, значит?
– Я бы хотел с ней поговорить.
– Боюсь, что это невозможно.
– Если я буду настаивать?
– Это не приведёт к конструктивным результатам. Вы можете видеть, что Ольга жива и чувствует себя превосходно. Если вы будете настаивать или выдвигать свои условия, то Ольга может оказаться в сыром подвале, прикованной наручниками, а вы получите не фотографии, а целое хоум-видео. Какой вид порнографии вы предпочитаете, господин Дитрих? Оральный секс, анальный секс, двойная пенетрация, групповой секс?
– Ничего из этого.
Он мог этого не говорить, но ему доставляло удовольствие произносить такие слова и наблюдать за реакцией. У человека, которому доверили меня уговорить, жестокость должны быть вторым именем. Моя ярость уже улеглась, и сейчас я был именно тем хладнокровным и расчётливым монстром, каким уезжал из России. Внешне я был холоден и спокоен, но при любом удобном случае я лично достану самый острый нож из моих прежних запасов и с удовольствием порежу этого ублюдка на тонкие кусочки, поджарю и скормлю его потомкам, если они у него есть. Жажда мести удержит меня от поспешных
Они не отдадут мне Ольгу просто так, но и уничтожать её без причины они тоже не намерены, поэтому она живёт обычной жизнью и ходит в магазин за покупками. Её тоже могли запугать и заставить оставить нас с Марком, пока я не выполню условия. Я должен сделать для них всё, что они хотят.
– Давайте обсудим детали, мистер Винсон.
Глава 7
Я держала на руках сына, поглаживая нежную кожу, вдыхая детский запах. Рядом был мужчина, высокий, крепкий как скала. Он убрал за ухо выбившийся локон и поцеловал меня в висок, обещая жаркое продолжение наедине вечером. Сердце щемило от того, что этому не суждено сбыться. А потом он поцеловал сына. В окно светило яркое тёплое солнце. Я смотрела через открытые ставни на буйство зелени, а перед глазами всё меркло. Я медленно, но верно погружалась в зыбкую тину бессознательного, не в силах отличить сон от реальности. Громкий противный сигнал прерывал моё вид'eние и вытаскивал меня из сна.
Глаза сами собой открылись, и я смотрела на белый потолок с тусклой полоской света. Я села на кровати. Голова раскалывалась, сильная боль молоточками забивала гвозди в каждый нерв. Я потёрла глаза руками, пытаясь отогнать наваждение. Адский пищащий сигнал исходил из телефона. Противный будильник надрывался как будто из последних сил. Но звуки будильника ведь именно такими и должны быть. Будить, заставлять подниматься, жать отбой неверной рукой.
Вы когда-нибудь просыпались с чувством, что сон реальнее действительности? Даже не так. Сон и есть реальность. Тот ребёнок – мой сын, самый настоящий, а мужчина – очень близкий человек, которого я отлично знаю и понимаю. И то солнце светит в месте, где я живу, в моём доме. Но тогда почему я сижу на узкой односпальной кровати в маленькой комнате? Окна зашторены, но тот свет, что пробивается и оставляет полоску на потолке, совсем не то солнце.
Говорят, небо везде одинаковое, мол, поднимите голову, посмотрите на голубую даль и белые облака, и вы всегда почувствуете себя дома. Так вот, я не чувствую себя дома. Здесь солнце чужое, и небо тоже, и особенно облака. Почему я так думаю? Откуда эти мысли?
Дверь в комнату закрыта, но за ней слышались характерные звуки – треск жареной еды, звон посуды, утреннее радио играет весёлую музыку. Слишком обыденно. Я с трудом встала и пошла на запах жареного бекона. Сразу за дверью за поворотом в узком коридоре я нашла кухню. Девушка, тихо подпевая радио, выкладывала яичницу на тарелки.
– Доброе утро. Ты помнишь, кстати, что сегодня твоя очередь готовить завтрак? Но тебе адски повезло, что я проснулась раньше и не стала тебя будить. Так что, голодными мы сегодня не останемся.
Я смотрела на девушку и не помнила её. Какой-то странный голос в голове что-то пытался мне сказать. И этот голос был мужским. Что он делает в моей голове?
– Хела? Ты странно выглядишь. – Девушка подошла ко мне, чтобы коснуться моего лба. – Температуры у тебя нет. Не выспалась что ли? – Потом она рассмеялась. – Ты так смотришь на меня, как будто видишь в первый раз. Эй, я же твоя подруга – Елена. Ты вчера перебрала конечно, но не до такой же степени!