Зов души
Шрифт:
Юноша говорил таким тоном, что Меган действительно почувствовала себя раненой. Кто его просил распускать язык? Ведь из-за него ее могут выбросить в море на корм акулам или еще того хуже – отдать Гадесу. И если бы у нее было право выбора, то она предпочла бы акул.
– Ты... – Зевс подошел ближе и прочитал на бэйд-жике имя молодого человека: – Филипп Тревин, стюард?
– Да.
– Если мне понадобится твоя помощь, я дам знать.
– Но Меган ранена и может умереть, – запротестовал стюард.
А может, он прав? Меган чувствовала себя плохо, но не настолько, чтобы умереть. В детстве она часто падала
Но вдруг по какой-то необъяснимой причине Меган почувствовала ужасную слабость. Комната начала кружиться, и девушка упала на пол.
– Мисс Лейси! – Филипп подбежал к ней и что-то сунул за пояс ее платья. Листок бумаги? Что творит этот Тревин? Их же всех могут убить!
– Сядь! – прорычал Зевс. – Она не ранена. Думаю, она упала в обморок от голода. Глупая женщина мало поела вчера вечером, а утром вообще не завтракала.
Неужели причиной всему действительно голод? Но ведь она была слишком напугана, чтобы думать о еде. В любом случае она не могла оставаться на полу. Сама мысль о том, что она вновь почувствует прикосновения рук Зевса или кого-то другого, помогающего ей встать, придавала ей сил.
С Джорданом все было по-другому. Он всегда дотрагивался до нее, когда она спала, и наблюдал, как она просыпается, сонно улыбаясь. Он всегда так делал, потому что не мог удержаться.
– Я хочу тебя постоянно, – говорил он, и его голос срывался от желания.
Громкий резкий звук заставил Меган вздрогнуть и приподняться. В гнетущей тишине кают-компании раздался неприятный смех Гадеса, который, подойдя к Меган, пнул ее ногой.
– Это поможет ей прийти в себя!
– Достаточно. – Зевс подождал, пока Меган поднимется на ноги, а затем жестом приказал подойти к нему. На этот раз она не колебалась ни секунды.
Казалось, что прошло несколько часов, прежде чем она опустилась на пол рядом с Зевсом и оперлась спиной о колонну. Он, как и остальные террористы, не спускал с заложников глаз, но делал это молча.
Шестеро гостей «Мечты» так или иначе имели отношение к телевидению или киноиндустрии. Все они были одеты в дорогие вечерние наряды.
Дик Меланкамп был кинорежиссером. Меган узнала его сразу, так как его лицо часто появлялось на обложках глянцевых журналов, которые очень любила Алекса. Он был крепок, широк в плечах и довольно привлекателен. Он ужасно переживал за свою молодую жену Мелиссу, которая не отходила от него ни на шаг. Эта стройная брюнетка, одетая в платье с блестками, испуганно прильнула к нему. Он старался вести себя смирно, но, очевидно, из страха за жену. В его глазах Меган читала мольбу: «Ради всего святого, делай все, что тебе прикажут эти фанатики. Я хочу жить. Спи с ними со всеми, если придется!»
Почти то же самое говорили глаза Джека Ходжеса. Он был известным актером и снимался в боевиках. Приобретя за последние десять лет статус звезды, Ходжес пребывал на пике славы, пользуясь популярностью по обе стороны Атлантики. Продюсеры рвали его на части, а публика поклонялась ему, точно Богу. Однако теперь на его лице не осталось и следа от привычной высокомерной ухмылки. Взгляд пресыщенного жизнью
Его секретарша и по совместительству любовница Сюзанна сочувственно улыбнулась Меган, а ее карие глаза выражали готовность прийти на помощь.Улыбнувшись в ответ, Меган поклялась, что, когда все закончится – если, конечно, закончится вообще, – она непременно поблагодарит Сюзанну за этот ободряющий взгляд и поддержку. Затем она перевела взгляд на третью пару.
Мэтт и Линда Дюпре. Сначала их глаза выражали сочувствие и страх. Особенно глаза Мэтта, этого «сделавшего себя» миллионера, яхта которого направлялась сейчас к берегам Вест-Индии. Но теперь они были поглощены друг другом. Об их крепком браке много писали газеты, и теперь Меган видела, что это правда. Они крепко держались за руки, понимая, что одно лишь неверное движение – и никакие деньги в мире не спасут их.
Было приятно думать, что эта ужасная ситуация смогла пробудить в людях их лучшие чувства. Однако где-то в глубине сознания Меган мелькнула циничная мысль о том, что, когда все это кончится, Мэтт наверняка снова будет волочиться за каждой юбкой, а Линда, славившаяся своей ревностью, начнет изобретать новые способы удержать мужа.
Хватит! Нужно постараться подумать о чем-то другом.
Меган спокойно размышляла о том, что, возможно, впоследствии Дик Меланкамп сможет использовать в одном из своих фильмов царящую здесь особую атмосферу страха. В главной роли он снимет Джека Ходжеса. Только вот какая же несчастная старлетка сможет сыграть роль Меган Лейси? Женщину, которой все сочувствовали до тех пор, пока не убедились в том, что она опозорена и стала любовницей одного из главарей этой шайки бандитов.
Эта мысль поразила Меган, и она вдруг поняла, что больше не является «одной из них», одной из этих несчастных заложников. В глазах своих товарищей она запятнала себя, стала членом этой шайки бандитов. Пусть не по собственной воле, но она спала с одним из этих негодяев.
О Господи! Ну почему она не подумала об этом раньше? Ведь Зевс во всеуслышание объявил ее распутной женщиной. И кто теперь ей поверит? Никто даже не усомнится в словах Зевса. Никто из заложников не станет принимать во внимание тот факт, что у нее не было выбора. Но даже если бы и был, ей пришлось бы либо подчиниться, либо наблюдать, как один за одним умирают ее товарищи. Нет, они всегда будут думать о яей как о предательнице. Как знать, возможно, на их месте она повела бы себя так же?
Но в тот момент, когда Меган готова была окончательно пасть духом, она поймала ободряющий взгляд Сюзанны и увидела ее улыбку. Меган показалось, что она поняла значение этой улыбки и этого взгляда. Молодая женщина словно пыталась сказать: «Я знаю, что ты сделала это ради нас всех. Спасибо!»
Веки Меган отяжелели, и она закрыла глаза, убаюканная теплом и спокойствием, царившими в кают-компании. Не обращая внимания на недовольный взгляд Зевса, Меган облокотилась о его ногу, как раньше о прохладную колонну...
– Меган?
Она была на кухне в своей квартире и готовила обед для Джордана. Они уже выпили по бокалу красного вина, и теперь Джордан, словно загипнотизированный, следил за мельканием ножа в руках Меган, резавшей овощи. Встав сзади, он обнял ее за талию.