Зора
Шрифт:
Раздался невообразимый шум. Пули звенели, пели по стенам. Сильные удары в лоб и живот лишили его сознания.
Обморок продолжался недолго. Подняться на ноги стоило больших усилий.
Кафф не отвечал. Система целенаведения больше не отслеживала направление взгляда.
Стащив шлем, он обнаружил маленькую вмятину чуть выше защитного стекла. Машинально похлопав по забралу рукой, Ярослав бросил его на пол. Рядом валялись несколько изрядно покореженных пуль от автомата. Сканер оказался безвозвратно испорченным шальной пулей.
Идти тихо не получалось. Обломки стен скрежетали
За углом, на полу рядом с пулями расплылись два голубых пятна. Это была синтетическая кровь кайбина.
Не успев оценить происходящее, Ярослав неожиданно увидел арапая, стоящего в дальнем конце коридора. Его синий комбинезон сильно отличался от одежды жителей станции.
Уловив взгляд клайда, он приложил ладонь к рукоятке телера.
Рука автоматически ответила на ритуал.
– Приветствую вас, клайд! Нам необходимо поговорить. Если вы согласны, положите оружие на пол. Мы гарантируем уважение с нашей стороны.
– Нет!
– Для вас нет угрозы. Если в этом была необходимость, то все закончилось гораздо раньше.
Подумав, Ярослав опустил автомат на пол.
– Следуйте за мной.
Арапай повернулся спиной и зашагал прочь по коридору. Такой жест подчеркивал дружелюбие.
Шли недолго. Крутых поворотов больше не встречалось. Коридор приобрел стандартную бордовую окраску.
Кабинет, куда они пришли, оказался довольно просторным. Посередине стоял круглый стол и пять кресел. Незнакомец жестом предложил занять одно из них Ярославу. Сам же выбрал место напротив.
Это был арапай с выразительными зелеными глазами и массивной нижней челюстью. Как и все на Зоре, он не имел на голове волосяного покрова. В его облике угадывалась решительность и целеустремленность.
– О вас, Ярослав, удалось получить незначительную информацию от кайбина, который попал сегодня к нам. Благодаря этим сведениям мы сейчас сидим за одним столом.
– Наверно, я должен быть вам признателен?
– Мое имя Лусар.
– Это какой-то тест? Вы арапай?
– Прошу меня выслушать.
– Сейчас не самое подходящее время! Мне нужна связь с кизером Каффом!
Не раньше, чем мы поговорим! Надеюсь на ваше понимание.
– Что вы хотели мне сказать?
«Эта станция принадлежит арапаям, я один из них. Мы пришли в мир Геоса для сбора информации о нем. Но здесь нам был дан жестокий отпор дангами – местной разновидностью разумных существ. Они не имели эффективного оружия против нас и теперь укрываются в труднодоступных местах Геоса. Их интеллект нашел способ защиты, превзошедший наши ожидания. Я находился в одной из первых групп посещения. Имея чисто научную цель, нам удалось войти в контакт и наладить с ними отношения. Результатом сотрудничества стала постройка этой станции. Лагерь, в котором мы жили, располагался вблизи реки, рядом с поселением дангов. Арапаи жили под энергетическим щитом. В лесу мы были уязвимы для хищников. Местные помогали изучать Геос.
Не без их участия мы разведали залежи минерала, способного изменить наши представления о возможности межпространственного перемещения. Мы отослали отчет на Зору.
Вскоре станция стала заселяться, и мы переселились тоже.
Первым
Изучив свойства гезориана, наши ученые вплотную подошли к решению проблемы перемещения между пентатурами. В дальнейшей перспективе переходы между мирами станут менее затратными и удобнее. В частности, данная возможность откроет новые перспективы освоения пентатур Зоры.
В рамках новой концепции с Геоса на Россь переселялись некоторые виды наиболее опасных существ. Что касается Дангов, не согласных с политикой Зоры, они подлежат депортации в специально подготовленные резервации.
Я представлял департстатус Науки. Мое мнение о нарушении биологического равновесия в пентатурах было проигнорировано. Несколько арапаев открыто не согласились с такой политикой и поплатились за это. Их отправили на Россь, в поселение фагов – преступников Свода. Меня ожидала та же участь.
Под предлогом изучения языка арапаев мы смогли повлиять на разум целого племени. Они согласились передать часть своих земель для освоения. Началось тотальное притеснение дангов.
В то время у меня созрел план: помочь выжить местному населению и доказать возможность совместного сосуществования с аборигенами на взаимовыгодных условиях. Теперь я знаю, что допустил ошибку. В одиночку трудно изменить огромную систему.
Мне как специалисту по кайбинотехнике поручили подготовить хранилище для изучения и систематизации специальных видов вооружения. Мы не имели противников на Зоре. Но освоение новых миров требовало иного подхода к безопасности наших станций. В департстатусе заговорили о возможном вторжении инопланетных сил со стороны Земли. Началось производство боевых кораблей и модернизация существующего флота.
Хранилище быстро пополнялось оружием. Пришлось подготовить значительно больше площади, чем изначально планировалось.
До меня дошла информация, что на Зоре утвержден мой новый статус фага. Ближайшим рейсом должны будут отправить на Россь.
Когда корабль прибыл на Геос, я укрылся в хранилище, заблокировав уровень. Доработал программу кайбинов, задействованных на реконструкции, – пришлось внести ряд конструктивных изменений в проект, защищающих от возможного вторжения.
Мой дальнейший план подразумевал постройку туннеля, обеспечивающего связь с дангами для предотвращения экспансии Зоры. Но я просчитался. Не предусмотрел самого элементарного. Система защиты станции не дает покинуть ее пределы. Туннель наткнулся на энергетический щит, который невозможно отключить с этого уровня.
У меня нет выхода. Сюда изредка посылают кайбинов. Из них у меня получился небольшой отряд», – Лусар закончил монолог.
– Вы предали интересы общества. Подвергли свой народ смертельной опасности. На Земле это называется изменой. У меня нет оснований вам доверять.
– Освоение Геоса выполняется непосредственно кайбинами. Причинение вреда арапаям исключено. Однако и вы согласились на сотрудничество. Что можно расценивать как измену интересам Земли.
– Да, у нас разные мотивы, но есть единая цель – выбраться со станции. Здесь мы можем объединить наши усилия.