Зомби

Парсиев Дмитрий

Начало положено. Остаток светового дня посвящаю креплению троса. Тут и гвозди пригодились. В бетонную стену мне не врезаться, в качестве крепежной основы приходится использовать деревянные полы. Чтоб перекинуть другой конец в противоположное окно, привязываю к стреле бечевочку и пускаю из лука. Уж в окошко из лука попасть с семи метров я в состоянии. Потом связываю бечеву с тросом, перехожу в соседнее здание и затаскиваю трос внутрь.

Опустилась ночь и работу пришлось отложить. Делать что-то под слабым светом свечи точно не стоит. От крепости конструкции будет зависеть моя жизнь. Бросил на старенькую тахту спальник и завалился спать в этой же квартире.

Утром пришлось завтракать бутербродами со сваренным на таблетке сухого спирта кофе. Надо будет озаботиться пополнением запасов продуктов. Котяра из меня выудил все кроме хлеба, колбасы и сыра. А на одной сухомятке далеко не уедешь.

Зачистил во дворе забредших за ночь зомбаков, это у меня теперь что-то вроде зарядки, и вернулся к работе. Провозился до обеда. Специально вышел во двор, чтоб полюбоваться своим творением со стороны. Представляю вашему вниманию семиметровой длины супер-фуникулер на ручной тяге, протянутый между вторыми этажами двух домов.

С натянутого металлического троса свисает на веревочных стропах нержавеющий бак «а-ля ступа бабы яги». Высота ступы над землей рассчитана так, чтоб зомби до меня снизу добраться не могли, а я мог бы достать до них шашкой. То есть до бака снизу дотянуться можно, но, надеюсь, голой рукой довольно толстую нержавейку зомби не расковыряют, а вот до сидящего в ступе меня уже фиг дотянешься… даже в прыжке.

В пору пожалеть, что у меня обычная шашка, а не кавалерийский палаш для верховой рубки. Тот и длиннее, и баланс смещен на конец клинка. Ничего, обойдусь как-нибудь. Захожу к деду, который сидит в своей «комендантской» на кухне, ведя запись в толстенную амбарную книгу. Бабуська громко диктует ему перечень соскладированного добра.

Ну что ж. Контроль и учет — основа общинного мироустройства. Я санкционирую у деда «заявку на проведение митинга», предупредив, что во дворе намечаются массовые «гуляния», и чтоб туда не совались пока. Дед важно покивал и отрядил бабку повесить с внутренней стороны на подъездной двери табличку, которую тут же намалевали фломастером на куске картона: «до 16–00 из подъезда не выходить! Росхвардией проводится операцыя!!!» Паша лично запер дверь подъезда на свежепришпандыренный им шпингалет, и даже что-то типа пломбы повесил. Вот и чудно, могу начинать.

Вернулся в квартиру на втором этаже. Надел альпинистскую систему, застраховавшись на тросе. Чтоб мало ли что, если зомбаки умудрятся вытряхнуть меня из люльки, я к ним не свалился. Забрался в бак, начал травить помалу, завращался ролик, фуникулер стронулся. Зависнув между домами, попытался докричаться до блуждающих по проспекту зомбаков.

Некоторые даже оборачивались на мой зов, но взгляда от земли высоко не поднимали и потому меня не видели. Они как те хмурые прохожие, что вечно смотрят под ноги. И ведь недалеко до проспекта: метров десять до конца дома, потом еще с десяток метров — тротуар, хаотично забитый машинами. Но нет, зомбаки меня игнорят, как собственные одногруппники. Витя для них — пустое место.

Достаю лук, прицеливаюсь, стреляю… мимо. М-да. Еще шесть стрел в колчане и минута на восполнение боезапаса. Попаду рано или поздно. Попал в аккурат седьмой стрелой. Зомби развернулся и заковылял ко мне. «Иди родимый, — шепчу я, — осторожно здесь! За куст зацепишься» — кто б знал, что я буду за зомбака переживать как за футболиста нашей сборной, что пытается добежать с мячом до ворот противника.

«Что ж ты неуклюжий такой? — отыгрываю я азартного фаната, — что ж такой кривоногий?» И он дошел. Встал прямо под моей ступой и победно вскинув

руки вверх что-то промычал. Один удар шашкой и все. Зомбак кончился. Убираю шашку и снова достаю лук.

На этот раз с первой же стрелы попадаю удачно, — в стекло автомобиля, которое не разбивается вдребезги, как хотелось бы, но шуму создает прилично. Сразу пятеро пошли в мою сторону. Один, правда, зацепился штаниной за бампер и идти передумал. Еще один уперся в спину тому, который зацепился за бампер, и тоже передумал идти. При жизни наверно полузащитниками играли. Тех тоже лишний шаг по полю сделать не заставишь.

Трое дошедших до меня зомби были вознаграждены ударами шашки. И опять начинай сначала. Но я приноровился понемногу. Определил опытным путем по каким машинам стоит стрелять, чтоб наделать больше шума и нагнать побольше зомбаков под свою ступу. Прокачка пошла веселее.

А в какой миг прокачка пошла слишком весело, я не заметил. На меня двинула толпа тел в сто. Пришлось срочно перепарковывать свою ступу, благо семиметровый диапазон свободного хода имеется. А то подо мной уже гора тел скопилась. Скоро по этой горе зомбаки начнут забираться так высоко, что глядишь и до меня достанут.

Пока рубился, взмок как цуцик. Кому приходилось колоть на дрова Газель березовых чурок, меня поймут. Кода зомби кончились, едва дух перевел. Часть из них разбрелось по двору, но это ничего. Отдышусь, схожу зачищу. И тела надо развеять. А то от вони уже дышать нечем. Главное взял девятый уровень и неплохо так, чуть не до половины, продвинулся к десятому. Тьфу-тьфу через левое плечо, такими темпами десятку сегодня точно возьму.

Подкатил ступу к окошку, перевалился через подоконник. Отцепил страховку. Как хорошо стоять на твердом полу. Нашел Пашу и попросил поработать воротным стражем у подъездной двери. Но Паша, узнав, что я собрался зачищать двор напросился со мной. Понимаю, ему тоже качаться надо. У двери Паша оставил дежурить парня лет шестнадцати.

Собственно, рубить зомби не так уж трудно. Тем более, что на мою шумовую уловку ломятся в основном низкоуровневые. Прокачанных зомбаков так легко не подманишь. Тут важно преодолеть некий психологический барьер. Так что, пусть со мной сходит, возьмет хотя бы второй уровень. А там ему проще будет. Паша попросил меня обождать две минуты, без него не начинать, и куда-то угнал. Ладно. Стою жду. Две минуты мне погоды не сделают.

Вернулся Паша и впрямь через две минуты, и от его вида у меня даже челюсть слегка провисла. Тулуп с высоким воротом, толстые меховые штаны, шапка ушанка, на ногах валенки. Ни дать — ни взять, собрался человек на зимнюю рыбалку. Но я понимаю. У Паши сопротивления к ядам нету. Ему любая царапина противопоказана. Паша стоит передо мной, мнется, смущается…

— Все норм, — говорю, — Это ты хорошо придумал. Лучше десять минут попотеть, чем те же десять минут колотиться в ознобе, глядя на системку: вы инфицированы.

Пошли зачищать. Вернее, зачищал Паша, я так, спину прикрывал ему на случай. В общем Паша взял второй уровень и убежал снимать с себя зимнюю одежду, упрел он как в бане. А я сходил к нарубленной мной горе упокоенных и приступил к утилизации, радуясь, что для этого достаточно просто пнуть тело, не заморачиваясь полноценным захоронением.

В этой немалой куче попадались и такие, кто перед тем, как озомбиться, успел получить статус игрока и даже поднабрать полезных вещей, которые теперь перекочевывали в мой инвентарь. Таких мало было, но я чувствовал азарт золотоискателя, что выбирает из отвалов пустой породы ценные самородки.