Золушка для герцога
Шрифт:
Сегодня Джейн выглядела особенно мило. Сияющие рыжие волосы были уложены на голове короной из завитых локонов, несколько соблазнительных кудряшек спускались на шею и лоб, на кремовой шейке не было никаких украшений — может, Джейн было нечем украшать ее? — а простой крой платья выгодно подчеркивал идеальную фигурку.
Соблазнительную фигурку, от которой Хок никак не мог оторвать свой взгляд.
— Похоже, вы несправедливо упрекаете меня в том, будто я и вам указывал, что вам делать, Джейн. — Голос его сел до хрипоты.
— Только что мне не делать,
— Вы намекаете на то, что я не позволил вам безрассудно сбежать в Лондон?
— Я, ваша светлость, намекаю на то, что в свои двадцать два года я достаточно взрослая, чтобы самой принимать решения! — В ее глазах блеснуло предостережение.
Но Хок не собирался остерегаться.
— Даже если эти решения неправильные?
— Даже тогда!
Он задумчиво уставился на нее:
— Скажите мне, Джейн, вы ездили с Салби в Лондон во время сезона?
— Да... ездила, — ответила она с опаской.
— И вы познакомились с кем-то во время этой поездки? Может, с каким-то молодым человеком? — Он нахмурился. — Может, именно поэтому вы так стремитесь туда? Чтобы разыскать его?..
Джейн одарила его грустным взглядом:
— Я ни с кем не знакомилась в Лондоне, ваша светлость. Я выходила из дому, только чтобы пройтись по магазинам, и то в качестве носильщика для Оливии!
Хоку еще раз напомнили, что в доме Салби Джейн являлась скорее служанкой, чем подопечной, и ее присутствие за обеденным столом Салби два дня тому назад было исключением из правил. Он отхлебнул вина.
— Куда вы ходили сегодня днем, Джейн? Джейн замерла.
— Я полагала, что имею право гулять по окрестностям, ваша светлость?
«Я слишком напряжена, — подумала Джейн. — Может, потому, что не просто гуляла по окрестностям Малберри-Холл, но ходила на конюшню, чтобы выспросить у одного из грумов, как далеко отсюда находится Сомерсет и как долго туда добираться!»
Что и сделала — причем так ловко, что грум даже не догадался об ее истинных намерениях; по крайней мере, Джейн от всей души надеялась на это.
Хотя, если герцог Сторбридж начнет его расспрашивать, правда непременно вскроется!
— Разве я утверждал обратное? — смягчился Хок.
— Вы намекнули на это! — припечатала Джейн. На несколько секунд Хок утратил дар речи и молча взирал на нее. Внутри у него разрастался гнев. Эта ситуация, с упрямой Арабеллой с одной стороны и своенравной Джейн с другой, не просто испытывала его нервы на прочность, она становилась невыносимой!
— Значит, вы находите мою тревогу о вас неприемлемой, Джейн? — Его мягкий тон ничем не выдавал бушующего в груди пожара.
— Да!
Хок втянул воздух сквозь зубы и резко поднялся:
— В таком случае можете ступать на опасную тропу, когда пожелаете! Я больше не стану спасать вас от вашей же беспечности! — Герцог взял из буфета графин с бренди и стакан, развернулся на каблуках и решительным шагом направился к двери, прекрасно понимая — если он сейчас же не уйдет, то он либо поцелует Джейн, либо отшлепает ее!
—
Он не позволит — не может себе позволить! — чтобы его вернули обратно. Ему нужно срочно оказаться как можно дальше от Джейн. И чем дальше, тем лучше. Ничто не свернет его с пути, ни неуверенные нотки в ее голосе, ни то, что она наконец-то снова назвала его по имени. Он знал, чувствовал — если он не выйдет из комнаты прямо сейчас, он совершит нечто такое, что Джейн сочтет еще более неприемлемым, чем просто его самонадеянность, на которую она так горько сетовала.
Он задержался у двери только с тем, чтобы сообщить ей:
— Я забыл сказать вам о званом ужине, который устраивает моя сестра через три дня, Джейн. — Его губы изогнулись в ироничной усмешке. — Та самая сестра, которой я, по-вашему, имею привычку отдавать распоряжения, что ей делать и когда!
Джейн судорожно сглотнула. Она ни разу не видела герцога таким разъяренным и понимала, что взбесила его именно она, Джейн.
Она облизала губы:
— Я...
— Я сообщу той самой сестре, что вы нуждаетесь в новом платье, — продолжил он ледяным тоном. — И умоляю вас, Джейн, даже не думайте перечить мне! — процедил он сквозь зубы.
— Но...
— Неужели вы не можете для разнообразия поверить, что я делаю это для вашего же блага, не для моего? — взорвался он.
Она гордо вскинула голову:
— Это аргумент всех диктаторов!
В глазах Хока полыхнуло пламя, но они тут же превратились в холодные льдинки.
— В один прекрасный день, Джейн, — в один прекрасный день вы зайдете слишком далеко! — выдавил он через силу. — И в тот день вы узнаете, на что я способен, клянусь вам!
Он развернулся и вышел из комнаты, пока не потерял контроль над собой и не преподал ей этот урок прямо сейчас. Оставив Джейн с неприятным ощущением того, что ее планы продолжить путь и Сомерсет могут начать осуществляться гораздо раньше, чем она себе это представляла...
— Вы так любите лошадей, Джейн? Или у вас имеются иные причины постоянно наведываться в мои конюшни?..
Джейн виновато вздрогнула, услышав у себя за спиной голос герцога, и так резко повернулась к нему, что поскользнулась и потеряла равновесие.
У нее не было времени заметить, как хорош герцог в рабочей одежде — приталенный коричневый жакет и обтягивающие бриджи над до блеска отполированными сапогами. Мир перевернулся вверх тормашками, и она повалилась на спину.
К счастью, стойло, в которое она заглянула, недавно вычистили и постелили там свежую солому, и этот сладко пахнущий ворох принял Джейн в свои объятия. Она лежала распростертая на спине, со сбившимся дыханием и взирала на онемевшего герцога Сторбриджа.
Однако он не надолго утратил дар речи.
— Вы делаете мне приглашение, Джейн? Или просто вам срочно захотелось прилечь? — Он вошел в стойло и посмотрел на нее сверху вниз, его тяжелые веки опустились, не позволяя разглядеть выражение глаз.