Золушка 101 [18+]
Шрифт:
Длинноватые тёмные волосы немного вились, но были великолепно подстрижены. Скорее смазлив, чем хорош собой. Непонятно, по какой причине ей вспомнился незнакомец, которого она нечаянно заметила, когда спешила на обед. По сравнению с тем перепачканным грузчиком Валентин Панов был скорее тенью мужчины, ему не хватало какой-то внутренней силы, чего-то, что было во взгляде того человека. София отпила воды из бокала, сама себе удивляясь. С чего это она вздумала их сравнивать? Ах, видимо, любовь и правда слепа.
Ещё несколько недель назад она никого не видела, кроме
– Хорошо выглядишь, Софи. Вижу, быстро адаптировалась к работе после отпуска, – его губы изогнулись в усмешке.
Отпуск упомянул? София заставила себя не хмуриться и сидеть ровно. Пусть считает, что ей всё равно. Специально сократил её имя. Просто горел желанием испытать нервы на прочность. Не выйдет, Панов.
– Что за необходимость встретиться? – напрямик поинтересовалась София.
Ему не понравился холодный, почти безразличный тон бывшей невесты. Валентин откинулся на спинку стула, нахмуриваясь и глядя на девушку.
– Может, хватит играть в обиженную девочку, Софи? – сухо отозвался мужчина. – Вижу, ты всё продолжаешь, словно тормоза отказали. С тех самых пор, как мы виделись последний раз. Когда это было? Неделю назад?
– Четыре, – поправила его София, – она с улыбкой поблагодарила официанта, поставившего перед нею заказанный лёгкий салат.
У неё не было желания ни есть, ни придаваться воспоминаниям. Валентин предложил ей вино, но девушка отказалась, ссылаясь на то, что личного водителя, в отличие от Панова, у неё не имелось.
– Что тебе нужно, Валентин?
– Так не терпится перейти к делу? – хмыкнул бывший жених.
– Что тебе нужно? – София отодвинула нетронутую тарелку.
– Это так банально, что мне право неловко, – краешек его губ изогнулся в полуулыбке, – мне нужна ты, Софи.
Проклятье! Ей следовало догадаться. Он считал её глупышкой, обидчивой наивной дурочкой, которая сбежала, а теперь ждёт не дождётся, когда её поманят обратно. Он действительно так считал? София возмущённо скомкала в руке бумажную салфетку.
– Ты прав – это банально и неловко, – сухо ответила девушка, – всё от того, что я достаточно ясно дала понять – между нами всё кончено. «Нас» больше нет.
Не желая тратить ни одной лишней минуты, София взяла свою сумочку и собралась подняться со стула, но Валентин опередил её и схватил за запястье. Мужчина до боли сдавил его, вынуждая сесть обратно. Девушка раскраснелась от возмущения. Как он посмел? Знал, что она не выносила публичных сцен, так хорошо изучил её!
– Умница, – Панов большим пальцем руки принялся поглаживать кожу на запястье бывшей невесты, в том самом месте, которое только что так безжалостно стискивал.
– Пусти… – предупреждающе велела София.
Валентин улыбнулся, покачал головой, но медленно отпустил руку девушки.
– Тебе стоит поужинать, – как ни в чём не бывало
– Моя жизнь – не твоя забота, как и моя прислуга… – София раздражённо прервала его речи, – я считаю этот разговор законченным. Больше не смей тревожить меня.
– Я вижу, тебе очень хочется расстроить своего дядю. Вот уж раздосадуется, особенно услышав любопытнейшие отзывы в газетах о своей благочестивой племяшке. Конечно, Александр попытается замести всю грязь, но… – Валентин наигранно изобразил скорбь, – тебе не совестно старика заставлять через всё это проходить?
– Иди к дьяволу… – сквозь зубы процедила София и резко встала, в этот раз осмотрительно не давая себя удержать и отступая от стола. – Жёлтая пресса меня не волнует. Пусть тешатся. Я не совершала никакого преступления. И твой жалкий шантаж меня не вернёт. Ты свой выбор сделал, Валентин. Я сделала свой.
– Сейчас можешь идти. У тебя, кажется, выдался тяжёлый день. Когда переутомляешься, у тебя синяки под глазами и ты похожа на ведьму. Выспись. Закончим разговор в другой раз, когда будешь способна мыслить ясно.
Софии захотелось его ударить. Она сжала руки в кулаки, и голубые глаза потемнели от негодования.
– Езжай осторожно, любовь моя, – усмехнулся Панов, накалывая очередной кусок.
Она не поверила своим ушам, нервно подёрнув плечами.
– Ты сумасшедший…
София не помнила, как вышла из ресторана. Едва она села в машину, сразу яростно захлопнула дверцу и ещё раз вздрогнула от отвращения.
– Боже, что это было? – девушка поторопилась отъехать со стоянки, словно опасаясь, что чёрная машина её бывшего жениха, а ныне – её проклятия, бросится за нею вдогонку.
Ей хотелось домой – сегодня особенно. Пусть даже порой там бывает слишком тихо, а последнюю пару недель она, смешно сказать, побаивалась засыпать одна. Сказывалась привычка к тому, что над нею, на втором этаже, раньше спала предательница Яна…
Дом. Наряду с такими бесспорными достоинствами, как удобное расположение в центре, отсутствие перенаселённых многоэтажек и высокий социальный уровень местных жителей, квартал имел ряд недостатков. Самые очевидные – это пробки. Порой по двадцать минут нет возможности выехать из своего переулка на дорогу.
Квартира была подарена Александром на совершеннолетие. София привыкла жить в загородном доме, вдали от всей этой суеты и оживлённости, и первое время ей приходилось сложно. Прошла пара лет, пока она привыкла к микрорайону, в народе получившему название «Золотая миля».
Он был хорош по-своему. Находился на берегу Москвы-реки, ограниченный Остоженкой, Пречистенской набережной, Соймоновским проездом и Турчаниновым переулком. Когда-то, в семнадцатом веке, здесь находились Конюшенная слобода и Остоженский конюшенный двор. В таком виде район просуществовал почти до конца прошлого века. Активно преображать его стали лишь в конце девяностых, и лет за десять лет сформировался нынешний облик «Золотой мили».