Золотые руки
Шрифт:
Тим ей, конечно, нравился. Но, побыв с ним некоторое время, Сонька поняла, что он обыкновенный лох. Ничего у них не получится. Они не профессионалы, и, пока дело до конца доведут, их поймают. А своя шкура гораздо важнее, чем ничего из себя не представляющий дружок.
Соня вообще к мужикам относилась как к временному явлению. Сегодня он есть – хорошо, нет – тоже неплохо. Но завтра он тебе такую гадость преподнесет, что мучиться будешь всю жизнь. У нее такой опыт уже был. Однажды она влюбилась. Было ей тогда лет семнадцать. Всегда мечтала, чтобы рядом был сильный мужчина с деньгами и
Вот и пошли тогда в ход ее единственные способности. Лечиться было необходимо, иначе бесплодие и рак. А что Сонька умела, кроме как доставлять мужчинам удовольствие? Да ничего. В итоге она себе другой жизни и не представляла.
Сегодня она выбирала наряды в дорогу. Если хочешь заарканить хорошего мужика, так надо и внешне выглядеть соответственно. Только к парням еще нужно будет заехать, а то сразу просекут, что напарница решила смыться. А они этого не любят. Считается, если сообщник делает ноги, значит дело горит. А ей этого нельзя было допускать.
«Вот ты, милочка, и попалась!» – размышляла Катька.
Она направилась следом за Сонькой, старательно делая вид, что выбирает вещи. Вот девушка сняла с вешалки пару костюмов и направилась в кассу. Катька, оценив стоимость костюмов, пришла в изумление:
– Откуда у какой-то провинциальной модели такие деньги на костюмы от Аманчи?
В квартире Алины зазвонил телефон. Просили позвать Оксану. После случая с матерью она ужасно боялась неожиданных звонков. Вот и теперь, Ксюша не знала, что думать. Когда уходила из дома, с Андрюшкой было все в порядке, нянькой у него была соседка, тетя Нина. С ней мальчик чувствовал себя хорошо. Возможно, иногда даже лучше, чем с матерью, которой всегда было некогда.
– Алло!
– Оксана? Это звонят из больницы. Вам нужно срочно приехать.
У Веретенниковой опустилось сердце: «Мама!»
В больнице ее сразу же повели в операционную. Оказалось, у матери открылось кровотечение, ей попытались сделать операцию, а крови, как всегда, в наших больницах не заготовили в нужном количестве. И теперь она была на грани гибели.
К счастью, у них с матерью оказалась одна группа крови. Ксюха лежала на соседней с ней кровати и смотрела, как медленно красная жидкость бежит по трубочкам и вливается в руку матери.
Молодой женщине казалось, что она делится с ней своими силами. «Мама, милая моя мамочка! Пожалуйста, живи! Я все сделаю для тебя, чтобы ты выздоровела!» – думала Оксана.
Ксюха уже разведала, где находится самая лучшая клиника лечения от алкоголизма. Выяснила стоимость и даже заранее записала мать в очередь. Теперь было нужно только ее выздоровление.
Катька вышла из агентства следом за Сонькой. «Сегодня, – решила она, – ни за что не поеду на троллейбусе. Лучше я буду тащиться на его хвосте, но снова побывать в этой давке! Дудки!»
Теперь самым сложным было довести ее до дома. Катька не особенно была сильна в слежке. В кино она видела, что для этого нужна большая сноровка и профессионализм. У Майоровой не было ни того, ни другого. Быстро гнать машину она могла только по прямой асфальтированной дороге.
Но такси вдруг повернуло в обратную сторону, а не туда, куда ожидала Катя. «Это еще что за сюрпризы?» – недоумевала девушка.
В машине в это время происходило следующее.
– Меня до аэропорта и обратно, – заявила Соня.
– Сколько?
– А сколько вам позволит совесть взять с красивой девушки?
– Ну, садись. На месте разберемся.
– Почему вы такой угрюмый? – решила не скучать в дороге Сонька.
– А почему вас это интересует, мадам?
– Просто вы уж такой угрюмый, что складывается впечатление, будто вы маньяк или что-нибудь в этом роде.
– А если и так?
– Тогда где же ваш топор?
– А вот и он, – при этом он достал из-под сиденья настоящий топор и протянул его Соньке.
Уж этого девушка никак не ожидала и очень испугалась.
– А-а! – закричала она и схватилась за руль.
Машина вильнула задом по дороге. Катька едва смогла вывернуть руль. Иначе была бы авария.
– Да ты что, я же пошутил!
Но Соньку уже просто несло.
– Останови машину, – кричала она на него.
– Ты что, ненормальная?
Дальше перед глазами изумленной Катьки открылась дверь преследуемой машины, и оттуда высунулась нога девушки.
– Ни фига себе, – пробормотала Майорова. – И что это там творится? – она остановила машину и стала ждать.
Ксюха уже несколько часов провела в больнице. Она выкурила целую пачку сигарет и выпила шесть чашек кофе. Вдруг из дверей операционной появился хирург.
– Как она? – бросилась ему на встречу Оксана.
– Ее состояние стабилизировалось, но все еще очень серьезно.
– Она поправится? – с мольбой в голосе произнесла Ксюха.
– Вполне возможно. Но даже если она и поправится, ей нельзя будет пить спиртное ни грамма. Одна рюмка ее убьет.
– Я хочу отправить ее потом в клинику, на лечение, я уже обо всем там договорилась.
Врач внимательно посмотрел на девушку. Он о чем-то думал.
– Пройдемте ко мне в кабинет, я хочу с вами поговорить, – предложил он, подталкивая Ксюху к кабинету.
Кабинет хирурга был похож на логово медведя. Здесь стоял обыкновенный больничный двустворчатый шкаф, стол, которому было не меньше двадцати лет, и кресло. Это кресло Оксанку поразило. Оно было шикарное, дорогое, обитое кожей и совсем не гармонировало с окружающей обстановкой. Рядом стояла карликовая пальма, создающая некоторую видимость уюта. Слева у стены стоял диван или кровать, Оксанка не могла точно определить, что это. На нем были набросаны белые халаты и простыни. Очевидно, на этом он спал во время ночных дежурств. В кабинете царил полумрак. Плотные жалюзи закрывали обитателей от внешнего мира. Пахло больницей. Он предложил ей присесть на стул.