Золотой вулкан
Шрифт:
Эксплуатация, начатая Жозиасом Лакостом, продолжалась восемнадцать месяцев, но ввиду больших расходов по оборудованию прииска она не дала крупной прибыли, тем более что внезапный разлив Форти-Майльс-Крик приостановил работы и произвел большие опустошения. В общем, владелец прииска N 129 едва покрыл свои расходы.
Все эти объяснения, касающиеся эксплуатации прииска, кузены получили от главного надзирателя, который после расчета рабочих оставался здесь для охраны прииска, в ожидании возобновления работ за счет наследников или того, кто приобрел
Надзирателя звали Лорик. Это был француз-канадец, лет сорока, хорошо знакомый с ремеслом золотоискателя. Он несколько лет работал на приисках Калифорнии и Британской Колумбии, прежде чем поступить на прииск Жозиаса Лакоста. Никто не мог бы дать Бену Раддлю более точных сведений о настоящей стоимости прииска N 129, о доставленной им добыче и его будущих прибылях, на которые можно было рассчитывать. Прежде всего Лорик позаботился как можно удобнее поместить Бена Раддля и Сумми Скима, которым, по всей вероятности, предстояло провести некоторое время на Форти-Майльс-Крик, в скромной, но чистой комнате, в домике, который Жозиас Лакост выстроил для себя и для своего управляющего. Расположенный у подножия южных холмов, в роще из берез и тополей, домик был достаточно защищен от дурной погоды, котора в это время года вообще редка.
На другой день после приезда на Форти-Майлье-Крик Бен Раддль и Сумми Ским в сопровождении Лорика, который рассказывал им о начале эксплуатации, осмотрели прииск.
— Господин Лакост, — говорил Лорик, — сначала не пользовался своими рабочими, которых было около пятидесяти человек, для рытья колодцев на берегу речки, он довольствовался поверхностной разработкой почвы, и только к концу первой кампании были устроены шахты.
— Сколько же шахт было вырыто в то время? — спросил Бен Раддль.
? Четырнадцать, — ответил мастер. — Каждая из них, как вы можете убедиться, имеет отверстие в три квадратных метра. Они находятся в исправности, и стоит только начать брать из них грунт, чтобы возобновить промывку.
— Но, — вмешался в разговор Сумми Ским, — какую же прибыль давала поверхностная разработка до устройства шахт? Покрывали ли доходы издержки?
— Конечно, нет, сударь, — сознался Лорик. — И так бывает почти на всех приисках, когда ограничиваются промывкой золотоносного песка и гравия.
— Вы работаете только при помощи лоханок и решет? — спросил Бен Раддль.
— Только так, господа, и редко бывает, чтобы решето давало больше трех долларов.
— Между тем на приисках Бонанцы, — воскликнул Сумми Ским, — добывают при этом от пятисот до шестисот долларов!
— Поверьте, что это бывает лишь в виде исключения, — заметил мастер. — Если в среднем решето дает двадцать долларов, то можно быть довольным. Что касается прииска номер сто двадцать девять, то он никогда не давал в среднем больше одного доллара.
— Маловато!.. Маловато!.. — процедил сквозь зубы Сумми.
Бен Раддль поспешил переменить разговор.
— Какую глубину имеют ваши шахты?
— От трех до пяти метров. Этого достаточно,
— Какова обыкновенно толщина этого слоя?
— Около двух метров.
— А сколько промывок дает кубический декаметр материала?
— Около десяти. Хороший работник может сделать в день до ста промывок.
— Значит, ваши колодцы еще не действовали? — спросил Бен Раддль.
— Все уже было приготовлено для этого, когда Господин Жозиас Лакост скончался. После этого работы приостановились.
Эти объяснения выслушивались с увлечением Беном Раддлем, но нельзя было не заметить, что до известной степени ими интересовался и его кузен. Да и в самом деле, не естественно ли было ему желать получить наиболее точные сведения о стоимости прииска N 129? Об этом он и задал мастеру вопрос.
— Мы извлекли золота на тридцать тысяч франков, — ответил последний, — и расходы обошлись почти во столько же. Но я не сомневаюсь, что золотоносные жилы Форти-Майльс-Крик хороши. На соседних приисках добыча всегда была, при эксплуатации шахт, довольно значительной.
— Вы, конечно, знаете, Лорик, — сказал Бен Раддль, — что синдикат из Чикаго нам предложил продать ему прииск?
— Я знаю об этом, сударь. Его агенты приезжали некоторое время назад осматривать прииск.
— Синдикат предложил нам за него пять тысяч долларов. Это достаточно, по-вашему?
— Это просто насмешка, — категорически заявил Лорик. — Основываясь на результатах, полученных на других приисках Форти-Майльс-Крик, я оцениваю ваше владение не меньше сорока тысяч долларов.
— Хорошая цена, — сказал Сумми Ским. — Право, нам не пришлось бы пожалеть о путешествии, если бы удалось выручить такую сумму. К сожалению, продажа прииска будет затруднительна, пока не разрешится вопрос о границе.
— Это все равно, — заметил мастер. — Будет ли прииск номер сто двадцать девять канадским или американским, стоимость его останется та же самая.
Бен Раддль задал тогда мастеру несколько вопросов, касающихся отношений Жозиаса Лакоста с собственником прииска N 131.
— С этим техасцем и его товарищем? — спросил мастер.
— Да.
— Должен вам прямо заявить, что они были несносны. Эти американцы — настоящие негодяи. При всяком случае они искали ссоры с нами, и в последнее время мы могли работать лишь с револьверами за поясом… Не один раз должна была вмешиваться полиция, чтобы их обуздать.
— То же самое нам сказал начальник полиции, которого мы встретили в форте Кудахи, — заметил Бен Раддль.
— Я боюсь, — прибавил Лорик, — что ему еще не раз придется вмешаться в это дело. Видите ли, спокойствие наступит лишь тогда, когда эти два мошенника будут изгнаны отсюда совсем.
— Но как же это возможно?
— Ничего не будет легче, если граница отодвинется к западу. Прииск номер сто тридцать один окажется тогда на канадской территории, и Гунтер должен будет подчиниться всем требованиям администрации.