Золотой вулкан
Шрифт:
Такой ответ свидетельствовал о том, что индеец был куда меньше, чем Самми Ским, готов прекратить погоню. Он никак не хотел примириться с неуспехом и попусту потраченной половиной дня.
Самми Ским выслушал его не без удовольствия. И все-таки он высказал несколько иное суждение:
— Если бы лоси забрались в лес не так далеко, мы слышали бы Стопа.
И как раз тотчас послышался лай, менее чем в трех сотнях туазов, если судить на слух.
Оба охотника, не вымолвив ни слова, разом поднялись, схватили охотничьи сумки и ружья и устремились в сторону собачьего лая.
На сей раз ни мудрость,
И действительно, направление их движения не было северным или восточным. Стадо перемещалось к юго-западу, и, по-видимому, лес тянулся в эту сторону на несколько миль, даже, быть может, до первых притоков Поркьюпайна. Самми Ским и Нелуто все больше удалялись от Голден-Маунт. Впрочем, солнце только-только начало неспешно клониться к западу. Если бы охотники и не вернулись в лагерь к пяти часам, как обещали, они еще могли бы явиться туда в семь или восемь: будет еще совсем светло. Однако такие рассуждения улетучились, едва успев возникнуть. Они слышали Стопа, шли и бежали на собачий лай, не сомневаясь, что бегут к столь желанному стаду.
Наверняка животные ушли не слишком далеко, и охотники следуют верным путем. Передвигаться по более разреженному лесу было свободнее, и они могли ускорить шаг. Самми Ским и Нелуто так и делали, устремляясь вперед во всю меру своих сил. Они даже не окликали собаку, которая конечно же не вернулась бы, охваченная тем же охотничьим азартом, что и ее хозяин. Самми Ским и Нелуто не считали и не замечали, сколько прошло времени. Они продолжали двигаться на юго-запад, и ничто не указывало на то, что вскоре будет достигнут западный край обширного леса. Большей частью они бежали, не чувствуя усталости, и переходили на шаг лишь затем, чтобы немного отдышаться. Самми Ским забыл, что находится в землях, соседствующих с Клондайком; ему казалось, что он охотится в окрестностях Монреаля. Тогда ему не составляло никакого труда в любой момент вернуться на ферму в Грин-Вэлли. А теперь? Ведь давно было пора возвращаться в лагерь у Голден-Маунт.
Один или два раза им с Нелуто показалось, что успех вот-вот будет обеспечен. Они видели лосиные ноги, продирающиеся сквозь кусты, и животные находились меньше чем в сотне шагов. Но ловкие лоси исчезали вмиг, и никак не удавалось выстрелить в них с приемлемого расстояния.
Прошло несколько часов, которых просто не заметили увлеченные охотники. Но лай Стопа доносился все глуше, и это значило, что лоси опережали людей. Невозможно было их настичь. Наконец лай совсем затих. Либо Стоп убежал слишком далеко, либо обессилел и не мог больше подавать голос.
Самми Ским и Нелуто остановились, тоже вконец изможденные, и как тюфяки свалились на землю, не зная толком, когда смогут подняться.
Было четыре часа пополудни, как показывали часы Самми Скима.
— Кончено! — произнес он, как только обрел способность говорить.
На этот раз Нелуто кивнул в знак согласия и разочарования.
— Где мы находимся? — спросил куда-то в пространство Самми Ским.
О, на такой вопрос нелегко было ответить! В этой части леса открывалась просторная поляна, по которой тек ручей, по всей видимости впадавший в один из притоков Поркьюпайна на юго-западе. Изрядный кусок поляны освещался
— Надо отправляться в путь, — сказал Самми Ским.
— Куда? — спросил индеец.
— В лагерь, черт побери! — передернул плечами Самми Ским.
— А в какой стороне лагерь?
— Там, Нелуто, — ответил его спутник, повернувшись спиной к заходящему солнцу.
— Мы не можем идти, не поев чего-нибудь, господин Ским!
Это было очевидно: охотники не прошли бы и пятисот шагов, как свалились бы от истощения.
Они раскрыли сумки и пообедали примерно так же, как позавтракали утром, но на сей раз провизия была съедена вся без остатка. А дичь в лесу почти не встречалась, и было трудно чем-нибудь запастись, если только не попадутся съедобные коренья, которые можно запечь на углях.
И вдруг оказалось, что кто-то уже так и сделал, потому что Нелуто, обходя поляну, наткнулся на кучку пепла. Он позвал Самми Скима.
— Поглядите-ка, господин Ским.
— Да, тут разводили костер, Нелуто.
— Само собой.
— Значит, в этом лесу есть индейцы или еще какие-то люди?
— Да, сюда приходили, — ответил Нелуто. — Давненько, правда.
И в самом деле, беловатый пепел, уже покрытый грязью, спекшийся, так сказать, от сырости, свидетельствовал, что огонь разводили довольно давно. Может быть, несколько месяцев, а то и год-другой назад. Удивляться тут было нечему, тем более опасаться присутствия бродяг или бандитов по соседству с Голден-Маунт.
Однако тотчас Самми Ским заметил нечто новое, что уже всерьез обеспокоило его.
В десяти шагах от давно потухшего очага его взгляд упал на поблескивающий предмет, лежавший в траве. Он направился к нему, наклонился, подобрал и не мог сдержать восклицания изумления.
Это был кинжал с медной рукояткой.
— Ну и ну, Нелуто, — протянул Самми Ским, показывая находку.
Тот, рассмотрев ее, заключил:
— Огонь-то старый, а вот кинжал потеряли недавно.
— Да, да, — согласился Самми Ским. — Клинок блестит, никакого следа ржавчины. Он упал в траву совсем, совсем недавно!
Факт был бесспорен.
Повертев в руках и скрупулезно рассмотрев оружие, Самми Ским пришел к выводу, что оно испанского производства. Кроме того, на рукоятке была выгравирована буква «М», на самом клинке — «Остин», столица Техаса.
— Так что, — рассуждал Самми Ским, — несколько дней, а может быть, несколько часов назад на этой поляне сидели чужаки. Что не они разжигали этот костер, верю. Но один из них обронил этот кинжал.
— Это не индейцы, — заметил Нелуто. — У индейцев не бывает такого оружия.
— Кто знает, — продолжал Самми Ским, — не двинулись ли они через лес к Голден-Маунт!
Такое предположение было вполне допустимо, и если люди, которым принадлежал кинжал, составляют часть какой-то многочисленной группы, то Бену Реддлу и его компаньонам угрожает серьезная опасность, даже если эта группа пока что и не бродит в окрестностях дельты Маккензи.
— Пошли! — решил Самми Ским.
— Я сейчас, — отозвался Нелуто.
— А собака? — спохватился Самми Ским.
Индеец принялся громко звать собаку, поворачиваясь во все стороны. Но та не отзывалась и не появлялась.