Золотой Рыбк

Красуля Юрий Сергеевич

возят туристов, облазили. Навпечатлялись. Нужно было еще подзарядиться

впечатлениями. Решили посетить местные религиозные святыни. Светлое дело

никому не помешает. Да и греческие православные Петру были очень интересны.

Полистали путеводитель. Определили несколько целей для поездки. Было еще

два варианта – к чудотворным, по утверждению местных, иконам богоматери.

Решили обязательно добраться к одной из дальних мест. Во-первых, туда не

ездят толпами

туристы. Значит, можно будет без толкотни и рассказов

экскурсоводов прикоснуться к светлому образу.

Да и та, которая на восточном побережье – дарующая материнство. Слава Богу,

детки уже были. Хорошо бы посетить, но отталкивала сама мысль о толпах

экскурсий. Так что решили отложить на другой раз.

Значит, сегодня - к светлому образу, который оберегает семью и общину.

Решили довериться советам путеводителя и направились со стороны восточного

побережья. Вроде с другой стороны въезд – сплошной серпантин по грунтовой

дороге.

Наконец-то добрались до указателя к тому самому монастырю. Едем, не спешим.

Но Петр начинает немного волноваться. Дорога узкая, как раз под ширину колес

его малолитражки. Со стороны горы ров в полметра для осыпающихся камней,

чтобы не попадали на дорогу. С другой стороны достаточно крутой склон высотой

несколько сот метров. Зато асфальт. Ровный. Но! Проехав несколько километров,

Петр стал осознавать, что в случае встречной машины, разъехаться невозможно.

Негде. Легкий холодок в животе попытался родить большое беспокойство. Но

душа в тот день относилась ко всему спокойно, вот и эмоции не забурлили. Ужас-

то накатывал позже, когда эту ситуацию вспоминал.

Жена радостно сообщила, что вдали показались строения, скорее всего того

монастыря. Но смотреть вдаль запретила – должен быть внимательным и не

отрывать глаз от дороги. Чувствовался ее некоторый страх.

Добрались. Когда вышел из машины на площадке, Петр, попытавшись вздохнуть

посвободнее, ощутил, что все его тело реально только сейчас позволило заявить

о себе, что оно должно нормально дышать и шевелиться. До этого почти полчаса

ни один орган перепугано не заявлял о себе, чтобы не помешать нормальному

проезду.

Чуть поодаль возле двух машинок стояли по виду туристы и что-то обсуждали по

развернутой карте. Петр подождал окончания разговора поодаль, а когда те

сложили карту, подошел к паре помоложе.

Первым делом поинтересовался, по какой дороге они сюда добрались. Те говорят,

с западного побережья. И что, серпантин по грунтовой дороге не тяжел.

Напротив, говорят, отличная дорога.

Ура, значит не

нужно возвращаться обратно по той узкой, - обрадовался Петр.

После этого высокий парень, видимо муж из той семейной пары, сказал: давайте

уж говорить по-русски.

Слава Богу, соотечественники. Общаться будет полегче. Да и приятный осадок от

новости про дорогу для возврата, вообще расположил к этим людям.

Зашли в храм. Старенько, но чистенько. Жена с дочкой сразу взяли пару свечек –

благо, у греков в церквях это не бизнес, как у наших. Сколько хочешь - бери,

сколько посчитаешь нужным, бросишь в мисочку. Петр был все-таки порядочным,

почти всю мелочь из кармана выгрузил на храм. После всего с чистой душой

пошел рассматривать и фотографировать обстановку.

Не было никого, кроме них и той семейной пары. Что-то тонкое все же

пронизывало душу. Кроме общего уважения ко всему увиденному добавилось еще

нечто светлое и приятное. Может так попускало от стресса на узкой дороге вкупе

с намоленным местом.

Икона, та, знаменитая Богородица, была в драгоценном окладе, лишь лица руки

были не закрыты драгметаллом. Роспись почернела, все-таки много веков

прослужила, но черты лица все-таки рассмотреть можно было.

Пока жена молилась возле светлого образа, Петр фотографировал с разных

ракурсов и весь иконостас, и, самое главное, чудотворную икону. Любопытно, но

уже дома рассматривая снимки, все получилось, кроме того старого образа.

Засветило то сияние фотки. Или с бликами не угадал.

Вот подошла женщина с приятной улыбкой, у которой в плетеной тарелке лежали

какие-то печенюжки. Просто угощала. Никаких жестов в сторону магазинчика с

сувенирами при монастыре. Но женщины все равно пошли туда, дабы прикупить

чего-нибудь, что подзарядилось тонким полем от святых образов.

Вот в эти пять-десять минут женского паломнического шоппинга, Петр и

перекинулся пару слов с новым знакомым.

– Люблю я посещать подобные места, - начал разговор тот. – Конкретно в этом

месте реально ощущаю сияние от нарисованного образа светлого человека. Во

многих местах, знаменитых и посещаемых, мало подобного света. Сила

чувствуется, внутреннее ощущение прикосновения с возвышенным есть. Но свет

– мало где. В Гефсиманском саду в Иерусалиме, возле стены плача – также поток

света. А во многих церквях – другое, тоже хорошее, но не такое.

– Вы истово верующий, паломничаете, - вежливо уточнил Петр.

– Да не особо.

– Значит это все типа хобби, для развлечения.