Золотой код
Шрифт:
На эльфа нельзя смотреть без сострадания. Если бы я не был уверен, что у местных НПС в принципе не бывает болезней, то забеспокоился бы о том, чтобы его не хватил апоплексический удар. Не знаю, что это такое, но звучит зловеще. Вроде бы раньше книжные герои, переволновавшись, иногда умирали от подобной напасти.
– Зачем? У тебя так много денег? – наконец, приходит в себя акула пера.
– Проще всего ответить на второй вопрос. Это практически все мои деньги в данный момент.
– Тогда тем более странно. Зачем тебе безумно дорогой цветок?
– Хочу подарить симпатичной девушке. Это же
Пока клиент в шоковом состоянии, вручаю пять тысяч и отправляю за покупкой.
– Только не проболтайся, для кого покупаешь. Не испорти мне приятный сюрприз. Надеюсь, ты понимаешь, что она не должна узнать раньше времени. С богом.
Вечерком надо бы забежать к Химу, забрать выручку. Не люблю, когда мои деньги в чужом кармане, даже временно. Опять убытки.
Поначалу цветочная афера имела целью принести хороший финансовый доход. Но обстоятельства сложились так, что появился шанс получить расположение императора, добиться выполнения квеста и покинуть эльфийский город. Не скажу, что надоело здесь находиться, но цель выбраться к людям никто не отменял. И вопрос со свободой передвижения надо решать, пользуясь случаем.
По всей видимости, моя задумка с книгой и рейнджером не сработала. Пора приступать к плану «Б». Для этого мне понадобится Ассилора – мой пропуск на выход.
Глава 10
– И это императорский бал? На концерте, посвященном Дню внутренних войск республики Беларусь, и то веселее, – благоразумно не высказываю эту крамолу вслух.
Мои спутницы в восторге, не стоит портить им праздник. Да, у меня две дамы на руках, причем одна из них изрядно портит мне настроение, постоянно придираясь и кусаясь.
В любой другой ситуации я с удовольствием посостязался бы с Эмм в остроумии, но сейчас у меня важная миссия, и отвлекаться на болтовню мне некогда. Мадам, видя мое равнодушие, делает все возможное, чтобы досадить мне посильнее. Ли тоже как-то странно себя ведет, постоянно оглядываясь и нетерпеливо рассматривая вновь прибывающих, но хотя бы улыбается и радует безукоризненной, безупречной красотой. Кстати, странно, что у нее нет поклонника. Объективно оценивая окружающих дам, вынужден признать, что моя спутница эффектнее и красивее всех остальных. Что-то серьезно неладное в такой ситуации.
В этот момент Ли куда-то исчезает, оставив мне в нагрузку эльфийскую кобру в женском обличье. Вспоминаю гоблинскую поговорку о лягушках и паршивых шкурках, решаю использовать мадам, как источник информации.
– Эмми, дорогуша, объясни мне, почему Ли оказалась без приглашения на бал?
Эльфа звонко хохочет, вытирая слезы:
– Проехав половину пути в карете, он обнаружил, что забыл запрячь в нее единорога!
Нехорошие предчувствия переросли в твердую уверенность, что кто-то в очередной раз вляпался в крупные неприятности.
– И все же?
Остроухая язва наконец перестает хохотать, но лишь для того, чтобы снова взорваться смехом, услышав мой вопрос: почему у Ли нет кавалера?
– Думала, что никогда не спросишь!
Поманив пальчиком, чтобы склонил голову, злорадно шепчет на ушко:
– Не задумывался, почему первая красавица
Конечно, у меня была версия о подставе из серого дома, но она меня вполне устраивала. Однако то, что сообщила Эмм, повергло меня в состояние шока.
– Ли – бывшая фаворитка императора. Сейчас в опале и удалена от двора. Поэтому она без кавалера и без приглашения. Не нашлось, извини, скажу прямо, ни одного самоубийцы или дурака, способного пойти против воли императора. Ты – один такой, уникальный.
И Эмм злорадно расхохоталась мне в лицо.
Это катастрофа. Полная и тотальная. Весь мой план рухнул в одно мгновение. Оправдывает меня лишь то, что вероятность такого совпадения близка к нулю, и предвидеть его никак не мог.
На руках у меня два цветка – купленный через эльфа инжир, и Ассилора, изъятая из лавки торговца. По плану Ассилора предназначалась императрице. Цветок поскромнее – в подарок Ли, чтобы произвести впечатление. Именно для этого и была разработана многоходовая комбинация по раскрутке уникальных растений. За цветок стоимостью в пятнадцать тысяч я должен был получить расположение императорской семьи и выполнение квеста. Явившись на бал в сопровождении опальной фаворитки, я сам себя загнал в ловушку. Любое мое действие ведет к проигрышу. Даже просто подарить Ассилору императрице не могу. Это не только бесполезно, но и будет выглядеть вызывающе.
Пока мои мысли мечутся в поисках выхода, Эмм откровенно злорадствует, списывая мою растерянность на мучения влюбленного остолопа.
Рано радуешься.
– Ми, если я правильно все понимаю, отсутствие поклонников означает, что император, хотя и явил немилость, но по-прежнему неравнодушен к нашей общей знакомой?
– Догадливый мышонок.
– Эмми, тебе не идет. Ты же умная мадам.
– Хорошо. Не буду. Но зато дам тебе один ценный совет – сейчас, пока Ли не вернулась, тебе можно покинуть бал. Через пять минут будет поздно.
В этот момент появился император.
– Дурак, ты уже опоздал! – отчаянный шепот за спиной. С чего это такая забота? Неужели…
Поворачиваюсь к Эмм, демонстративно наплевав на местного правителя:
– Да ты влюбилась в меня, как кошка!
Думал, глаза выцарапает, однако сдержалась, к тому же появилась Линасси и, уцепившись за руку, развернула меня в обратном направлении – лицом к выступающему.
Император Клаистатин Третий производил впечатление. Даже на меня. Высокий, мужественный, импозантный, с благородным выражением на породистом лице – настоящий государь. Голос вибрирует и завораживает, заставляя трепетать окружающих. Не иначе магия какая-то – без микрофона весь зал прокачивает.
Оценив, каким взглядом «моя» эльфа пожирает императора, я окончательно расстроился. Похоже, чувства не остыли с обеих сторон.
Давненько меня так не «динамили». С другой стороны, о каких чувствах может идти речь к цифровой девице, пусть даже ослепительно красивой. Нет, конечно же, в наш век тотального компьютерного насыщения случаев, когда игроки влюбляются в неписей, сколько угодно. Говорят, в начале двадцать первого века, когда о трехмерности даже не мечтали, были люди, которые влюблялись в нарисованных героев анимэ, но это явное психическое отклонение.