Золотое сечение

Соболев Сергей Викторович

– Приехала полиция, - сказал "дон".
– Не наши, не местные.

– Похоже, Констэнтино, ищут какого-то иностранца, - сказал его помощник.
– Несколько полицейских и карабинеры находятся на набережной рядом с кафе. В любой момент они могут ворваться в заведение...

– Вам нужно уходить, - сказал "дон".

– А как же сделка?
– поднимаясь со стула, спросил Ветров.

– Все остается в силе... Сообщите своим... Пусть ваши люди свяжутся с адвокатом Поццо, и, желательно, поскорее.

– Хорошо, синьор. Я свяжусь немедленно...

если только мне отдадут мой телефон.

– Удачи, Констэнтино.
– "Дон" на прощанье пожал гостью руку.
– Алессандро, - он посмотрел на "консильери", - помогите гостю безопасно покинуть заведение.

Г Л А В А 40

Ласковое, солнечное, живописное, столь любимое небедными гражданами и простыми туристами Изумрудное побережье не торопилось отпускать из своих объятий гостью из далекой северной страны...

Когда они проезжали мимо модернового здания церкви, лимузин нагнал серый джип - массивный "гелендеваген". Водитель внедорожника, посигналив, показал, что намерен обогнать "членовоз"...

Еще один джип, такой же массивный, выехав с боковой улицы, пристроился в корме бронированного спецтранспорта.

– Вы их знаете, Алиса?
– спросил Фабио.
– Что это за люди?

– Мне кажется, это друзья одного моего знакомого... Возможно, они намерены оказать нам посильную помощь.

На перекрестке, с которого можно выехать на приморское шоссе - и по нему следовать до Ольбии - обнаружились три машины... Две с полицейской символикой. А также микроавтобус - темно-синий, с тонированными стеклами и надписью на борту белыми буквами - Carabinieri.

Два джипа и лимузин, успевшие образовать на выезде из городка небольшую колонну, стали разом притормаживать.

– Мисс, вы остаетесь в машине, - сказал Фабио.
– Я сам поговорю с полицией.

Швейцарец выбрался из лимузина. Одновременно с ним из джипов вышли еще двое мужчин. Они были в темных костюмах, и смахивали на "гардов". Скорее всего, это сотрудники охраны какой-то местной VIP-персоны. Полы пиджаков оттопырены - эти люди не считают даже нужным скрывать, что они вооружены.

Открылся боковой люк микроавтобуса. Из салона вышли трое двое карабинеров - в полевой форме, при оружии. Два карабинера еще раньше покинули свой транспорт; эти стоят рядом с сотрудником полиции, чей приказ остановиться вынуждены были исполнить водители двигавшейся по шоссе небольшой колонны.

Полицейский, которому с виду лет сорок, сердито посмотрел на двух мужчин, выбравшихся из джипов.

– Вы - вернитесь в свои машины!
– сказал он. = Это вас не касается!..

Те и не подумали ему повиноваться. Но и подходить непосредственно к полицейским тоже не стали: остались стоять метрах в десяти, у ближнего к перекрестку джипа.

– Старший инспектор Росси.
– Полицейский махнул под носом у подошедшего к нему мужчины приоткрытым удостоверением.
– Ваши документы!
–

вое удостоверение он тут же спрятал в нагрудный карман.

– Пожалуйста, синьор старший инспектор...

Старший охраны протянул инспектору свое удостоверение, а также специальную номерную бляху.

– Если позволите, инспектор... Я бы хотел еще раз взглянуть на ваше удостоверение.

– Я вам уже показал его!

– Я не успел прочесть вашу фамилию... Да и название вашего подразделения я не знаю.

– Перед вами - старший сводной оперативной группы!
– сердито сказал полицейский чин. - Мы проводим расследование... А большего вам знать не требуется.

– Извините, инспектор, мы очень торопимся. Какое у вас ко мне или к моему клиенту дело?

– Назовите имя и фамилию вашего клиента!

Швейцарец выполнил это требование. Затем он достал из папки, которую захватил с собой из машины, копию титульного листа контрактного договора.

– Пусть ваша клиентка выйдет из машины!

– Зачем?

– Мне нужно, чтобы она дала показания!

– Вы можете пригласить мою клиентку в свой офис на удобное для нее время, и в удобное для нее место. А сейчас...
– Швейцарец посмотрел на часы.
– Сейчас у нас нет времени, мы торопимся.

– Без дачи показаний ваша клиентка этот город не покинет

– Это почему же?
– чуть удивленно спросил швейцарец.
– У вас, старший инспектор, имеется ордер на задержание моей клиентки? Оформленный, естественно, законным способом и проведенный через судебное решение?

– Речь об аресте не идет, - нехотя процедил инспектор.
– Пока не идет... Но у меня имеется ордер на обыск.

Он, не оглядываясь, поманил кого-то рукой. Из стоящей на проезжей части полицейской машины выбрался младший сотрудник. Подошел к начальнику; передал тому папку.

Инспектор достал из нее какую-то бумаженцию в прозрачной обложке. Нехотя, кривя губы, - было заметно, что он с трудом сдерживает себя - протянул ее старшему охраны.

– У меня ордер!

– Это ордер на обыск в номере гостиницы, - сказал швейцарец, изучив бумагу.

– Ну.

– К моей клиентке это не имеет никакого отношения.

– Она там жила... в этом самом номере.

– Там много кто проживал... еще до моей клиентки.

– Но я бы хотел...

– Этот ваш ордер не проведен через суд, - возвращая бумагу инспектору, сказал швейцарец.

– Но...

Послышался стрекот винтов летящего со стороны соседнего городка вертолета. Все, кто стояли на перекрестке, запрокинув головы, некоторое время наблюдали за этим стремительно приближающимся воздушным аппаратом. Вертолет, - это был Bell 429, не полицейский, и не военный, а гражданский - звеня винтами, вначале описал круг, затем завис метрах в тридцати или сорока от того места, где полицейские перегородили дорогу...Через открытую дверь левого борта виден какой-то мужчина в тужурке; он закреплен страховочным ремнем, в руках у него телевизионная камера