Золото севера
Шрифт:
– Да, все в порядке.
– Ты вот что, Татьяна, объяснила раз и больше к людям не выходи. Общайся через охрану. А ребята пусть предупредят – не разойдетесь, вызываю наряд милиции. На взлетной полосе Тайгинска дежурит готовый к вылету вертолет. Вот так пусть и объяснят ребята особо настойчивым. Ничего, успокоятся. В общем, смотри там. И будь потверже. Ничего они с тобой не сделают.
– Да, не сделают. Они же знают, что я нарушаю закон. Что деньги я должна выдать по первому требованию.
– Крепись, Татьяна, крепись я тебе говорю! И ссылайся на меня. Я на месте, в
Георгий приказал охране – если люди придут, всех не пускать, пусть пошлют одного кого-то, пусть пошлют выборного. Со всеми говорить не буду, на собрании наговорились. Так и скажите, если придет кто-то сюда.
Пришли. В кабинет вразвалочку вошел все тот же Николай.
– Что, начальник, совсем у тебя мозги помутнели? Какое ты право имеешь на сберкассу? Она что, в твоем подчинении? Почему запретил деньги выдавать? Это же наши деньги, нами заработанные. И на книжку мы их положили. Тебе то – что до наших денег?
– Во-первых, ты не ори. Успокойся. А то я прикажу сейчас тебя арестовать, и посажу в каталажку. Есть тут у нас одна холодная кладовочка на конном дворе. Могу устроить на временное проживание. Ты же знаешь, что меня наделили особыми полномочиями. Вот и притихни, поубавь тон.
Ну, а во-вторых, что это ты, Николай, народ мутишь? Хочешь, чтобы я тебе «24 часа» организовал? Без тебя мы жили спокойно и всем были довольны, а ты приехал и давай воду мутить. Ты же денег заработать приехал! Дети же в Китое ждут! Пропить все хочешь?
– А это уже начальник мои проблемы. Ты выполняй, что тебе закон предписывает. А то ведь и на тебя управа найдется.
– Ну, вот что, Першин, передай всем, кто тебя послал – денег выдавать не будем! А с тобой я разберусь после этой всеобщей «пьянки». Если не одумаешься. Вообще-то, проверить, пожалуй, надо будет, зачем ты к нам сюда приехал?
– Это твое последнее слово, начальник?
– Нет, Першин, это мое первое слово. Последнее я еще успею сказать. И тогда посмотрим, на чьей стороне будут люди. Свободен! Охрана! Проводите товарища!
Прошла неделя. Пьянка не прекращалась. Георгий сел на своего Белоножку и уехал в лес, на ближнюю лесосеку. Как это не удивительно, в лесу люди работали. Правда, решили сделать работу полегче – зачищали лесосеку, убирали «подруб», гнилье, собирали в кучи оставшиеся от пожога сучья. Готовили к зиме пилы и другой лесной инструмент.
– Здравствуйте, здравствуйте. Вот уж где не ожидал увидеть работу, так это у вас, в лесу.
– Плохо же ты о нас думаешь, Александрыч. Да мы уже «напились» досыта, надоело. Вот, решили подготовить лесосеку к сдаче лесникам. Скоро приедут. Прибираем все, чтобы тебе не краснеть, а нам не платить штрафы.
– Что ж, молодцы. Вот и доказал ты мне, Устюжанин, что зря я в тебе сомневался, назначая бригадиром. Поехали, посмотрим деляну, что к вырубке готовите.
– Обедать у нас будешь, Георгий? – выглянул из вагончика Петя Новиков.
– А ты что, на дежурстве сегодня?
– Ну, кому-то ведь надо.
– Пообедаю, Петя, и с удовольствием. Вот прокатимся по «делянкам» с бригадиром и пообедаю.
Хорошо в лесу! Воздух пахнет хвоей,
Остановились на обширной по площади возвышенности, широкий увал у подножия большой сопки.
«Вот бы где погрузочную эстакаду построить! И подъезды хорошие зимой можно подготовить, и лес заготовленный есть где разместить, площадка широкая». А вслух спросил:
– Где, бригадир, эстакаду ставить будешь? Уже выбрал место?
– А вот здесь и будет эстакада. Как раз вот здесь, где стоим.
– Да, молодец, хорошее место.
– Мы, Георгий, решили эстакаду построить летом, до зимы. А то, как похолодает, когда заготовка должна идти полным ходом – мы занимаемся этой эстакадой. Сколько теряем времени. Сколько не выдаем заготовки!
– А как же здесь техника-то пройдет? Утонут же трактора на оттаявшем грунте.
– У меня, Александрыч, десять лошадей. Будем резать подходящие бревно, чтобы под силу одной лошади. Ну, можно, конечно, и спарить, можно по две лошади запрячь в упряжку. Но хочу бревен для эстакады лошадьми натаскать. А там уж, когда бревно будет на месте, ничего, нас шесть человек, накатаем вручную. В общем, к началу заготовки хочу эстакаду построить.
– А почему шесть человек? Остальные где?
– Так ведь летом работы в лесу немного. Отправил людей на стройку. Строителям передал. До зимы. А зимой ведь наоборот, стройка почти стоит, людей обратно в лес переводим. Ничего, не беспокойся, людей построить эстакаду и к зиме деляны подготовить нам людей хватит.
– Что ж, если получится с эстакадой, это было бы здорово! Это, считай, месяц выиграешь для заготовки. Давайте, действуйте. Чем надо помочь говори, поможем.
– Да ничего, Георгий, не надо, все у нас есть. «Цепей» нынче хорошо подбросили, хватит, думаю цепей на всю зиму. Главное бульдозер. Надо, чтобы к октябрю хотя бы один трактор был на деляне. Дороги надо строить, когда подмерзает. Чтобы вскрытая полоса быстрей промерзла. Тогда и дороги будут надежней.
– Будет тебе бульдозер к первому октября, обещаю. Ну что, бригадир, молодец, порадовал ты меня. Хоть один «светлый луч» в сегодняшней жизни. Поехали, бригадир, обедать.
Петя молодец, нажарил харюзов, да еще и вяленых приготовил Георгию с собой целую сумку.
– Бери, бери, что отнекиваешься. Скоро у вас там пивко пойдет, так вот к пиву и приготовили. На ближнем ручье, что в Бульбухту впадает, не думали и не гадали, что там рыба живая есть. А попробовали, боже ж ты наш, там чуть не полный ручей харюзов этих. Знали бы, что приедешь, мы бы тебе свеженьких наловили, живых бы еще увез.
– Да вроде без рыбы не живем.
– Ничего, ничего, это от нас, от лесовиков. Закусывай там на здоровье пиво свое. А что, Александрыч, может, по стопке? С хариусом то жареным, а? Теперь ведь у нас с этим делом свободно, а? Не побрезгуй, от души угощаем.