Золотая сеть
Шрифт:
— Вы совершенно правы, — мягко проговорил лорд Эмберли. — К несчастью, мисс Парнелл, на этой планете не найти ни идеального человека, ни идеального общества. Наш высший свет пытается защитить себя, установив строгие правила поведения. И эти самые правила привели, с одной стороны, к коррупции и продажности, а с другой — к своего рода лицемерию, с которым вам и пришлось столкнуться. Но опять же не стоит падать в крайности. В нашем мире есть если не идеальные, то вполне достойные люди. И наше высшее общество не такое уж и плохое.
— В таком случае я вынуждена
— Умеете вы подобрать слова, мисс Парнелл, — улыбнулся он. — Ответ на ваш вопрос очевиден — нет. В нашем мире существует не только черное и белое, как вы полагаете. Жизнь гораздо сложнее. И общество тоже. И мы не можем изменить ни то ни другое. Или, лучше сказать, мы вынуждены принять то, что не в силах изменить, и должны постараться изменить то, что можно.
— Я не способна на подобные компромиссы, — заявила мисс Парнелл. — Я провела в городе целый месяц, милорд, и мне не понравилось то, что я здесь увидела. Мне бы очень хотелось вернуться домой и забыть, что я вообще сюда приезжала.
— Но возможно ли это? Обсуждали ли вы это с вашим отцом? Согласен ли он, чтобы вы вернулись домой и провели там всю оставшуюся жизнь.
Она промолчала.
— Мне очень неприятно говорить это, мисс Парнелл, но, похоже, у вас нет выбора. Вы должны выйти за меня.
Граф ждал, что девушка начнет спорить с ним. Она упрямо подняла подбородок и поджала губы. Он подошел еще ближе и остановился в нескольких шагах от нее. Теперь ей нужно было поднять голову, чтобы посмотреть ему в лицо.
— Мисс Парнелл, я не так уж и плох. Человек я не злой, и в жестокосердии меня тоже никто еще не упрекал. Никакими особыми пороками не страдаю. Я сумел ужиться под одной крышей с братом и сестрой, чьи выходки порой переходят все мыслимые и немыслимые границы. Я могу предложить вам высокое положение в обществе, достаток и дом, которым безмерно горжусь. Согласны ли вы выйти за меня?
Она не отвела своих черных блестящих глаз.
— Я выйду за вас.
— Но не по доброй воле? — печально улыбнулся граф.
Мисс Парнелл снова промолчала.
— Отчего вы даете свое согласие с такой неохотой? — спросил он.
Девушка словно воды в рот набрала. Лорд Эмберли взял ее за руки. Какие они холодные!
— Вас смущают обстоятельства, из-за которых вы вынуждены вступить в брак? Вы наверняка полагаете, что фортуна отвернулась от вас. Но вы под моей защитой. Разве этого не достаточно?
— Я уже приняла ваше предложение, — проговорила она.
— Но вы не хотите выходить за меня?
— Нет.
Граф выпустил ее руки, отошел к окну и вздохнул.
— Мне совершенно не хочется принуждать вас к браку, мисс Парнелл. Я не желаю навязываться. Мне даже думать об этом противно.
— Как вы правильно заметили, милорд, у нас нет иного выбора. Вы вынуждены сделать это предложение, а я обязана принять его. Сегодня все остальное уже не имеет значения.
— Мне ужасно горько
Она опустила глаза.
— Ваш отец посоветовал мне держать вас на коротком поводке и не задумываясь поднимать на вас руку, если потребуется, — спокойно проговорил граф. — Что за жестокие рекомендации?
— Я частенько разочаровываю его… Я легкомысленна и слишком упряма.
— Он плохо с вами обращается?
— Он мой отец. И имеет право воспитывать меня так, как считает нужным.
— Он бьет вас?
— Нет, не бьет. С шестнадцати лет.
— Понятно. И чем он заменил телесные наказания?
— Это не наказания, — с вызовом ответила она. — Когда я забываю об опасности, которая грозит моей бессмертной душе, мне надлежит молиться и читать Святое Писание.
— Ясно, — сказал лорд Эмберли, хотя на самом деле ничего ему было не ясно. Он никак не мог разобраться в ее отношении к этим методам воспитания. Что сквозило в ее словах? Горечь или цинизм? Его охватила паника — он собирается объявить о помолвке с женщиной, с которой он, может статься, никогда не сумеет найти общего языка. — Насколько я понял, откажи вы мне сейчас, остаток дней вам придется провести на коленях перед Библией, так?
Он хотел всего-навсего пошутить, но она не улыбнулась в ответ. Просто молча сложила руки перед собой и подняла подбородок.
Лорд Эмберли снова подошел к ней и взял за руки.
— Послушайте меня, мисс Парнелл. Мы оба прекрасно знаем, что помолвки не избежать. Мне бы очень хотелось, чтобы все сложилось иначе — ради вас. Но мы обязаны сделать это объявление. Нужно ублажить и вашего отца, и высший свет. А потом вы уедете отсюда, я позабочусь об этом. Я приглашу вашу семью в Эмберли-Корт. Там, вдали от любопытных глаз, вы проведете нынешнее лето, получше узнаете и меня, и дом, который скоро станет вашим. Я от всей души надеюсь, что в конце концов этот брак перестанет казаться вам таким уж неприятным. Я стану заботиться о вас, мисс Парнелл. Сниму груз, который моя безалаберная семейка взвалила на ваши плечи. И ни в коем случае не буду настаивать на том, чтобы свадьба состоялась как можно раньше. Вы сами назначите дату, если, конечно, захотите. Согласны?
— Да. — Взгляд ее был непроницаем.
— Отлично! Теперь я счастлив, мисс Парнелл. — Граф поднес ее руку к губам и поцеловал в ладонь. Девушка залилась краской смущения. — Я принял приглашение вашего отца отобедать с вами сегодня вечером. В том случае, если вы примете мое предложение, конечно. Вы не против пойти со мной сегодня в театр? Ваша семья тоже будет присутствовать, само собой разумеется. Если не хотите, я не стану повторять своего приглашения при всех.
— Это же необходимо, не так ли? — В голосе ее зазвенели горькие нотки. — Надо показать обществу, что меня можно снова принять в свои ряды.