Зои
Шрифт:
Короновать. Сейчас же! Гаденыш реально задолбал своими барскими замашками, сноб несчастный!
— Безе, которое приготовил Ран! Вчера не получилось съесть! В следующий раз я попробую безе! Бе-зе!
Я зло зыркнула на принца и, стараясь его не касаться, юркнула в помещение.
— Ран, заходи!
Тележка въехала внутрь и застыла вместе с мальчиком возле одного из пустых столов.
— Мне накрыть? — робко спросил Ран, стараясь не смотреть на королевского засранца.
— Нет, спасибо, мы сами справимся!
— Да,
Да ты достал, малыш!
Какой нахрен жених? Я ж его прибью раньше, чем он узнает о своем помолвочном статусе. Или мне теперь еще и мужа себе воспитывать? Нет уж… от планов вернуться на Землю я еще не отказалась. Пока.
— Ран, ты можешь идти! Спасибо! И я загляну вечером!
— Куда? — сварливо бросил принц в сторону счастливо улепетывавшего парнишки.
Я чуть не застонала в голос.
— Ты что, ревнуешь?
— Нет! — выпалил Тайрон, а я…
Отвернулась к тележке и принялась поднимать крышки блюд, косясь на центральное.
За-дол-бал.
— Чего ж тогда ведешь себя, будто ревнуешь?
Зрелище вмиг стушевавшегося принца было бесценно-неповторимым. Как рыба, вытащенная из воды, он открывал и закрывал свой гадкий рот и ни-че-го не произносил.
— Я не… не ревную, — наконец буркнул он и засунул свой любопытный нос в блюда и корзинки. — Что тут?
И облизнулся.
— Пикник, — хмыкнула я. — Да, кстати… Тут есть кое-что и для Шушика. Можем потом навестить его. А?
Вместо кусков сырого мяса, которым должен питаться всякий уважающий себя хмельон, наш с какого-то перепугу полюбил… торты. И вообще, всяческие десерты, которые столь шедеврально готовил Агни. Правда, шеф-повару мы об этом не говорили.
О том, что его изысканные, королевские десерты поглощает один обжорливый хмельон, Агни не смог бы предположить даже в самом страшном сне.
— Придется, — вздохнул гаденыш, стаскивая с тележки тарелку с нарезанным холодным мясом и с наслаждением засовывая в рот целый кусок. Чуть не капая слюной себе на грудь.
И этот человек еще говорит про накрытый стол??
— Ммм… вкуснотища! Будешь?
Ого, вот это прогресс… Тайрон решил поделиться?
Я вспомнила, как мы не могли «поделить» стол, а потом канцелярские принадлежности и… усмехнулась. Такой порыв стоит вознаградить.
— Буду! — важно ответила я, — какой кусочек здесь самый вкусный, милый Тайрон?
От моей нежной улыбки, щедро приправленной взмахами ресниц, «милый Тайрон» чуть не подавился и… шустро притянул тарелку поближе.
— Я передумал! Обойдешься!
Не настолько шустро. Я ловко умыкнула кусочек и от чистого сердца показала ему язык. И тут…
Принц, как завороженный, снова уставился на мой несчастный орган, как-то дергано глотнул свою пищу и… покраснел.
И сдался ему мой язык?
— Ты чего? — покосилась я, накладывая себе гарнир из запечённого картофеля и раздумывая, съесть ли кусок аппетитной говядины или положить вот
И хорошо, что Агни дал с собой столько еды.
— Ничего, — смущенный голос раздался уже откуда-то из середины комнаты.
Я удивленно оглянулась.
Гаденыш, не поднимая глаз, сметал еду со своей тарелки. Прямо руками.
Замалчивать проблемы и те вопросы, которые меня интересуют, я не привыкла. А реакция Тайрона, уж совсем какая-то… странная.
— Слушай, Тайрон, — я подошла поближе и пацан рефлекторно дернулся. — А чего ты так на язык реагируешь? Согласна, это было не очень вежливо с моей стороны, я даже готова принести тебе извинения…
Принц заморгал.
— И все-таки?
— Ты будешь смеяться!
Отвернулся.
— Почему я должна смеяться? Ты собираешься мне рассказать что-то смешное?
— Эээ… нет, но… Ты все равно будешь смеяться! Нет, не скажу.
Ну, Тайрон! Ну, ё-моё… ты же будущий мужчина! А ломаешься, как не знаю кто…
Разговорить гаденыша уже стало делом чести. Я медленно досчитала до пяти, невинно похлопала глазами, потеребила кончик косы, шаркнула туфелькой, и:
— Это секрет, да?
— Угу.
— А давай меняться секретами?
— Как это?
Принц заинтересовался.
— А вот так — ты мне рассказываешь этот свой секрет, а потом я тебе — какой-то свой! Более того, ты можешь мне даже сам задать какой-то вопрос, и я на него честно отвечу!
— Ух, ты…! — черные глаза загорелись.
Только не надо «по рукам», пожалуйста!
Обошлось без этого.
— Да просто… ну, языком ведь целуются и…
Интересненькое начало…
Я молчала. А еще, с нескрываемым удовольствием наблюдала за запинающимся и смущенным принцем.
— … когда ты мне показала язык, я вдруг подумал, каково это… ну, целоваться. Вот.
Моя рука мысленно приложилась ко лбу в реакции facepalm[1]. А не рановато ли тебе, малыш, о поцелуях думать?
— Целоваться вообще или целоваться со мной? — уточнила я деловито, и покрывающийся красными пятнами гаденыш, завис. — Прошу в свои мечты о поцелуях меня не включать!
— П-почему?
Да, ладно… Тайрон, только не говори, что ты мечтаешь о десятилетней девочке. Мрак.
— Потому что потому! Мне еще рано о поцелуях думать! Тебе, кстати, тоже! И вообще, целоваться я буду только со своим женихом! Когда вырасту! — выпалила я и скривилась. Так себе «отмазка». — Или с тем, в кого влюблюсь! Вот. Ясно?
— Ясно, — вздохнул Тайрон. — Тогда я не буду задавать свой вопрос сейчас. Приберегу его на другое время.
С Акилой мы все-таки увиделись. Спустя минут двадцать нашего обжорства в учебный класс заглянул Крес. Удивленно проморгался, подхватил с нашей тележки персик и, с наслаждением вгрызаясь в сочный молодильный фрукт, намекнул, что меня ожидают в кабинете.