Знаки ночи
Шрифт:
– Не человек. Ведьмачок. Тот самый - задорно хохотнула грудастая красотка и тряхнула нечесаной гривой волос - Молоденький и свеженький. Ведьмачок, если ты принес нам гребешок, то подари его мне, не пожалеешь. Если Лариску одарить, то и она в долгу не останется. Если непонятно, то Лариска - это я.
Подобное поведение подруги возмутило других русалок настолько, что они немедленно сцепились в словесной перепалке, которая, впрочем, закончилась так же быстро, как и началась.
Я тем временем разглядывал этих фольклорных персонажей, все сильнее убеждаясь, что сказки не всегда верны. Нет у них
А вот что было удивительным, так это то, что они про меня знали. До них донеслись вести о том, что в Лозовке появился новый ведьмак. Интересно, откуда? Я, было, спросил, но результат не воспоследовал. Поулыбались загадочно-ехидно речные обитательницы, да и только. И принялись болтать о всякой ерунде. А Лариска даже обвинила меня в том, что я на ее грудь пялюсь.
Родька же на водных дев и вовсе внимания не обращал, у него другое было на уме. Сначала он из-под какого-то пня достал рыбацкую снасть, им же, как видно, давно и припрятанную, потом зубами отгрыз от ивы длинный хлыст, сварганил удочку и забросил крючок в воду.
– Ты нас, ведьмачок, особо ни о чем не пытай - посоветовала мне Серафима, после того как я попробовал у них узнать, что за Речной Конь такой. Родьку об этом спрашивать было бесполезно, он уставился своими круглыми глазами на поплавок, сделанный из гусиного пера и, по-моему, даже не дышал - Не все мы тебе рассказать можем. У тебя земное, у нас свое, водное. Разные мы, понимаешь?
– Если честно, то не очень - признался я - Но как скажете.
– Ты лучше приходи через пару недель, как останний летошний денек настанет - посоветовала мне Аглая - Только не днем приходи, ночью, как у нас положено. Это особая ночь, ведьмак. Мы плясать под луной станем.
– Прекрати немедля!
– цыкнула на нее Серафима.
– Я приглашаю тебе, ведьмак - блеснули в свете луны глаза Аглаи - Приходи, буду ждать.
– Дура девка - подытожила Лариска - Но ты, если придешь, то гребешок мне захвати.
– И мне, и мне - раздались голоса русалок.
Что за гребешки-то? Те, что едят или те, которыми причесываются? Надо у Родьки уточнить.
– Если приду - принесу - сказал я - Но обещать не стану. Просто я сегодня в город возвращаюсь. Пора. Отпуск кончается.
– Я буду тебя ждать - настойчиво повторила Аглая - Не пожалеешь.
– Клюет!
– заорал в это время Родька, и дернул удилище - Здоровенная рыбина! Линь небось! Или лещ большой, со сковородку размером!
Это оказался не линь и не лещ. На крючке висело оплетенное водорослями и почерневшее от воды и времени древнее сиденье от унитаза.
Глава вторая
Никогда не подозревал, что Родька может быть настолько мстительным. Нет, бесспорно, мы и знакомы были недолго, но мне казалось, что я вроде как разобрался в характере своего новообретенного слуги.
Кстати, на редкость нелепо звучит - 'своего слуги', никак не привыкну. В жизни бы не подумал, что у меня появится слуга. У нищих, как известно, их нет. А я, по сути, он и есть. Ну, не совсем бомжатка, разумеется, но недалеко от этого состояния ушел. Как, впрочем, подавляющее
Любой из нас, клерков, в плане трудоустройства уязвим невероятно, причем неважно в какой сфере кто работает. Банки, трастовые компании, туристический бизнес - везде есть мальчики и девочки, которые привычны к десятичасовой постоянной улыбке, умеющие набирать текст на клавиатуре 'вслепую' и отвечающие на телефонный звонок даже дома привычной фразой 'Добрый день, меня зовут Виктор, чем я могу вам помочь?'. Но по сути это все, что они умеют.
Нам хорошо, когда все в стране хорошо. А вот как только ее шатнет чуть посильнее, тут-то веселье и начинается. Первыми с работы вылетаем мы, люди из младшего и среднего звена. У власть предержащих в компаниях, трастах и холдингах свои законы, взаимосвязи и пакеты акций, пусть с одним процентом, но все же.
Ну, а мы с какого-то момента во внутренних разговорах 'кадровиков' перестаем быть Александрами, Аленами, Юлиями, Владимирами и приобретаем новый статус - 'балласт компании'. А что делают с балластом? Верно, его сбрасывают. А наши обязанности раздают тем, кто уцелел во время кадровой резни и остался на борту, причем с непременным комментарием:
– Мы за тебя долго боролись, еле отстояли. Но, сам понимаешь, надо доказать и оправдать. Так что теперь должностных обязанностей у тебя прибавится. Что? Ты совсем обнаглел. Какая доплата? Радуйся, что вообще работать остался.
Я такое видел не однажды, правда мне везло, и пока ни один из девятых валов 'кризисного террора' меня не утопил. Но каждый раз мне было не по себе. Никогда не знаешь, когда на твоей спине 'кадровики' мишень нарисуют.
Оно и понятно, у меня запасного аэродрома нет. Я кроме того, чем занимаюсь сейчас, больше ничего и не умею. Хорошо тем, кто имеет какую-то вторую профессию, у них альтернатива есть. А я... Черт, да мне кроме банка и ткнуться-то некуда. Точнее - было некуда, теперь-то кое-какие перспективы вырисовываются, пусть пока несформировавшиеся окончательно, туманно-призрачные, но все-таки, все-таки...
А в целом выходит, что вроде у нас, менеджеров среднего звена, все более-менее есть, а по жизни мы если и не нищие, то близко к тому стоим. Чуть сильнее тряхни - и посыплемся, как груши с дерева.
Про духовность я и вовсе промолчу. Нет, мы охотно спорим о Достоевском, Бегбедере и Мураками, слушаем концептуальную музыку и смотрим авторское кино, честно пытаясь на нем не заснуть. Это тренд, это надо, мы же еще и интеллектуалы. Но если доходит до дела... Мне знакомая одна рассказывала, что она, когда институт закончила и диплом получила, то с группой на природу поехала его обмывать, на два дня. Шашлыки, водочка, все такое. Понятное дело, когда луна на небо вылезла, народ решил спеть хором. Не знаю, как в Европах, а у нас выпить водки и не спеть хором, это хуже, чем выпить водки и не закусить.