Шрифт:
Об авторе
Анатолий Гаврилович Ильяхов, автор двух десятков научно-популярных и художественных произведений, родился в 1941 году в Сочи, в настоящее время живёт в Краснодаре.
До того, как получить признание в качестве популяризатора Античности, писатель, по его собственным словам, прожил «большую и интересную жизнь инженера-строителя». Успешный карьерный рост от мастера участка до руководителя крупного производственного объединения сам по себе говорит о многом.
В юности, общаясь со сверстниками из греческой диаспоры в Сочи, Анатолий Ильяхов услышал, что их предки – переселенцы из Греции. Возникший после этого интерес к греческой истории побудил познакомиться с трудами Геродота, Страбона, других историков. Так будущий писатель узнал, что греки ещё в VIII веке до н. э. «открыли» Чёрное море для торговли с местными племенами, массово организовывали поселения-колонии. Греческие полисы появились на побережье современного Крыма и Северного Причерноморья, в том числе города-государства Херсонес Таврический и Боспор Киммерийский, сосуществуя со скифами, таврами и прочими аборигенами Киммерийского полуострова.
В школьные годы Анатолий Ильяхов услышал имя Александра Македонского, воодушевился его полководческими подвигами и решил, что обязательно напишет о нём роман. Юношеская задумка стать писателем осуществилась через сорок лет, когда автор вышел на пенсию, ведь именно тогда появилась возможность перечитать собранные за всю жизнь в домашней библиотеке книги по античной тематике, переосмыслить собственные «литературные зарисовки», что велись все годы. В итоге помимо прочих трудов Ильяхов создал целых три романа о жизни Александра Македонского, каждый из которых отличается уверенной энциклопедичностью и захватывающей исторической фактологией. Даже подготовленный читатель обнаруживает в них немало любопытных сведений.
Античный мир канул в прошлое и, казалось бы, навсегда отдалился от современного бытия, но для писателя Анатолия Ильяхова древние греки, эллины, остаются живыми людьми со своими особыми страстями. Эти люди были способны на крайнюю жестокость и на удивительные прекрасные свершения, отчего их поступки и достижения, как и ошибки, преподают нам бесценный урок. По мнению автора, греческий историк Фукидид верно сказал, что «все исторические явления будут повторяться всегда, пока природа людей будет оставаться той же».
Дополнительные сведения о писателе А. Г. Ильяхове можно найти на сайте ilyahov.ru
Изданные книги автора:
Этимологический словарь. Античные корни в русском языке. 2006.
Зевсу посвящённые. Тайны древних олимпиад. 2006.
Вакху посвящённые. Секреты античной кулинарии, застолья и виноделия. 2007.
Эросу посвящённые. Античные любовные истории. 2007.
Афине посвящённые. Античная мудрость. 2007.
Пир мудрецов. Притчи, изречения, размышления. 2009.
Античные корни в русском языке. Этимологический словарь. 2010.
Эллада и Кубань. Путешествие в прошлое. 2012.
Игры эллинов у подножия Олимпа. Три тысячи лет до 2014 (2012).
Знак Зевса – роман. 2013.
Уроки Аристотеля – роман. 2014.
Наедине с мудростью. Древняя Греция. 2015.
Закон и право. Словарь правоведа. 2015.
Человек и природа. Словарь эколога. 2015.
Экономика и финансы. Историко-этимологический словарь. 2016.
Наука и производство. Политехнический словарь. 2016.
Медицина. Историко-этимологический словарь. 2016.
Избранник Вечности – роман. 2016.
Философия разума. Словарь эрудита. 2017.
Античность в русском языке. Этимологический словарь. 2017.
Три чаши
Глава 1. Гонец из Македонии
Эпир (358 г. до н. э.)
Летняя ночь сошла на Эпир. Солнечный бог Аполлон увёл с небосвода уставших за день золотоволосых коней; город замер в ожидании Гекаты, Хозяйки Чёрного Света. Простому смертному богиню увидеть нельзя, но можно познать её силу через страх перед кромешной тьмой. Кажется, совсем недавно на небесных пастбищах бродили отары облаков, как вдруг они исчезли, уступив место мраку…
Небо продолжало оставаться темным, пока на нём не высветились блестки, которые, будто влюбленные светлячки, перемигивались холодным мерцанием. Это в жилищах обитателей Олимпа зажглись золотые лампадарии, ночные светильники; в их мерцающих отсветах боги устраивались на ложа в предвкушении пира с полными чашами нектара и амбросии, дающих бессмертие и вечную молодость.
Наступление ночи заставило жителей Эпира отложить незаконченные дела. С улиц исчезли прохожие. На город быстро сошла тишина, прерываемая звучными руладами цикад, скрывающихся в священных кипарисовых рощах.
У городских ворот несли охрану трое молодых воинов – пельтастов (от пельты – небольшого деревянного щита полукруглой формы, обтянутого кожей) во главе с пилартом, «запирающим ворота», боевым командиром, о чём свидетельствовал шрам на суровом бородатом лице. У воинов короткие копья и обоюдоострые бронзовые мечи в кожаных чехлах, перекинутых через правое плечо, более похожие на большие ножи, удобные для ближнего боя.
За полночь в глубокой тишине издалека послышался лёгкий перестук копыт. Дозорный у ворот, самый чуткий, вытянул шею, словно встревоженный гусак, в ту сторону. Когда звуки проявились явственнее, воин слегка толкнул плечом задремавшего от безделья пиларта. Тот настороженно прислушался, удивляясь – эпиряне знают время, когда запираются ворота, не рискнут задерживаться вне города. Это может быть только припозднившийся в дороге чужестранец…
Стук копыт стал настойчивей, громче, и вскоре с той стороны послышались возгласы; в нетерпении били копьём так, что дубовые плахи отозвались глухим стоном.
– Кого демоны несут в позднюю пору? – проворчал пиларт. Грозно откашлявшись, стараясь придать осиплому горлу необходимую силу, прокричал в небольшую прорезь: – Кто?
– Гонец из Македонии от царя Филиппа к царю Аррибе! – донесся сильный, уверенный голос.
Убедившись, что опасаться нечего – всадников двое, по команде пиларта стражники с натугой отодвинули огромное дубовое бревно, служащее надёжным засовом. В свете факелов воротная створка нехотя приоткрылась. Появился молодой человек, судя по золочёным латам и шлему, знатный воин. За ним на коротком поводу следовал конь, роняющий клочки пены; он устало кивал головой. Пиларт заметил, что конь породистый, по всем статьям очень дорогой. Вслед первому воину показался другой – по одежде, оруженосец, потому что на плече он нёс копье и бронзовый гипасп – щит полукруглой формы. На голове примятая кавсия – широкополая крестьянская шляпа; к тому же в отличие от первого всадника, обутого в котурны – сапоги из плетённых до колен кожаных ремней, на ногах у второго были грубые прочные ботинки-крепиды. Оруженосец вёл за собой низкорослого с густой чёрной гривой коня, нагруженного дорожной поклажей.