Знак Скорпиона

Валеева Анастасия

Но в данный момент Яна, несмотря на свою прямоту, решила не сообщать о том, что она стала случайной свидетельницей любовной сцены, а представить все в качестве видения, чтобы произвести впечатление на Лилию:

– Я же экстрасенс. Я видела вас своим внутренним взором. Например, сегодня ранним утром я видела вас на кухне ресторана. Помните шоколадный сироп?

Краска на щеках женщины стала еще заметней.

– Не стоит так стесняться, – усмехнулась Яна. – Меня не интересовала пикантная подоплека, самое главное не это. Вы, как верная жена и любящая мать меня поймете, – медленно проговорила она не спуская глаз с окаменевшего женского лица. – Мне известно, что ваш любовник, работающий сторожем в ресторане, имеет весьма и весьма темное прошлое. Думаю,

вы прекрасно знали, когда принимали его на работу, об этом маленьком фактике. Именно тогда вы договорились о расплате телом?

– Вы ничего не понимаете! – глаза женщины сверкали, а руки, как заметила Милославская, совершенно бессознательно сжались в кулачки. Ухоженные длинные ногти впивались в кожу, оставляя на них красные полумесяцы. – Я не расплачиваюсь с ним и это не случайный уголовник, подобранный мною на улице! И не смейте связывать его с этим делом. Андрей не имеет никакого отношения к смерти Олега и не подозревал о его существовании. Я знаю Андрея всю свою жизнь. Знаете, когда я вспоминаю о несчастной любви своего сына, я вдруг начинаю понимать, что это небеса наказали меня таким страшным образом.

На мгновение Лилия замолчала. Яна затаила дыхание, больше всего опасаясь того, что Тихонова вновь замкнется и услышать правду или хотя бы предложенную ложную версию развития событий, если она будет не искрена, Милославской уже не удастся. Но Лилия, теперь уже без чьей-то помощи, что несоизмеримо разочаровало мужчину за соседним столиком, так и не дождавшегося своей дамы, прикурила и продолжила:

– Со слов Анны вы уже знаете, что мой сын, Саша, был влюблен, глупо, по-детски, в ее дочь. А она думала лишь о взрослом умном и самоуверенном соседе. Моя история похожа на эту, как две капли воды. В школе мы общались с Андреем. Он всегда защищал меня, помогал. Я же увлекалась старшеклассниками, и даже делилась с ним своими переживаниями с ним, а Андрей молчал о своих чувствах. Я даже не воспринимала его в качестве возможного объекта чьей-то влюбленности – маленький, худенький, довольно-таки невзрачный он был всегда рядом, незаметный, будничный, надежный. Что можно еще сказать? Я влюбилась отчаянно и безнадежно, когда на моем горизонте возник пылкий юноша с высоким полетом фантазии и широким размахом крыльев. Ох и широко он размахнулся – все мне обещал, все златые горы, как и полагается. Андрей в это время был в армии. Вернувшись, он узнал, что я жду ребенка, Сашеньку, а папаши и след простыл. Этот мерзавец не только старался со мной не встречаться, а при встречах оскорблял, но и высмеивал меня, распространяя гадости среди приятелей – мы учились в одном институте. Конечно, я оттуда ушла – удивляюсь только одному, почему не сделала аборт. Родители, узнав выгнали меня. До самой смерти не простили такого позора. Андрей вернулся – я стала его избегать. Мне было так стыдно даже перед другом детства – все от меня отвернулись, я боялась, что и он поступит также.

Лилия судорожно затянулась и постучала наманикюренным ноготком по краю стакана с соком. Яна прекрасно понимала, что причиной подобной откровенности являются не столько нахлынувшие чувства и воспоминания, как трезвый расчет женщины, желающей отвлечь Янино внимание, перевести его на другое, а кроме того, рассказывая свою горькую историю, разжалобить. Тем временем Тихонова продолжила спокойным, будничным почти безразличным тоном, скрывшим затаенную боль:

– Андрей ничего не сказал, лишь узнал от подружек все – подкараулил этого деятеля и избил его до полусмерти. Ну а так как родители пострадавшего были влиятельными, а он вырос в семье рабочего, то загремел мой Андрюша на нары, а я все время получала его письма. Я в это время жила у подружки в общаге на птичьих правах. Когда же Тихонов сделал предложение от безысходности согласилась.

Заметив удивленный взгляд Яны, не ожидавшей от виденного ею недалекого повара такой широты души, Лилия пояснила:

– Он детей не может иметь, поэтому я, с «готовым» ребенком показалась ему оптимальным вариантом – и усыновлять не надо, все эти формальности проходить.

Кроме того – он знал, что я после этого всегда буду чувствовать, что всем ему обязана, а это немаловажно. Да и я его устраивала в качестве красивой супруги – куда уж этому толстячку с замашками солдафона очаровать кого-нибудь. А меня выставлял на всеобщее обозрение, восхищение друзей его «вещью» так самолюбие всегда тешило. Потребовал только, чтобы никогда ему не изменяла. Сказал, что в таком случае или меня убьет, или себя. Мелодрама, прямо, не так ли? – горько усмехнулась она.

– Самое главное – отцом он хорошим был. – продолжила она через несколько секунд. Любил Сашу, как родного. А Андрей, когда вернулся понял, что опоздал. Не могла я уже уйти – без меня бы муж пропал. Да и Саша отчима очень любил, думал, что родной отец, не понял бы меня и страдал бы. Андрей увидел все это, не выдержал и уехал на Север, зарабатывать.

– Ну и как, заработал? – поинтересовалась Яна. Облик виденного ею бритоголового накаченного мужчины, работающего сторожем и снимающего угол у какой-то там тетки никак не вязался с преуспеванием и большими заработками.

– Заработал. Только он там с отчаяния женился. А однажды, как он рассказывает, не выдержал так долго меня не видеть. Все бросил, жене и сыну оставил, а сам ко мне приехал. Хотел только повидать, рядом немного побыть, а когда узнал, что я сына потеряла, остался.

Лилия последний раз затянулась и потушила сигарету. Ироничная усмешка, скрывавшая боль и разочарование разбитой жизни не сходила с ее губ.

– Я только в этот момент действительно, на самом деле поняла, какой была дурой. Как много упустила в жизни. Вот и кинулась в омут страсти с головой. Хотела даже все бросить, обо всем забыть, да в последний момент остановилась. Как это ни смешно, мне жалко мужа. Он не меньше меня переживал после смерти Сашеньки. Как потерянный несколько месяцев ходил. Если я так скоро после этого нанесу удар – сломается, пропадет он. Да и детей Андрея жалко. Жена-то, стерва, не позволит ему с ними видеться. В суд пойдет, наврет, но отомстит. Вот и договорились, что еще несколько лет подождем, а потом, потом я что-нибудь придумаю.

Милославская прекрасно понимала, сколь противоречивые чувства и какая боль терзала Тихонову, собиравшую осколки собственной исковерканной жизни. И в то же время отступить, не узнать правды она уже не могла. Поэтому Яна проговорила:

– Значит, и в этот раз Андрей отомстил за вашего сына?

– Нет, – голос женщины был решителен. – Он тут не при чем. Я знала, что именно так он и поступит, отправится уничтожать Олега, узнав о том, какую роковую роль сыграл он в судьбе моего сына.

Голос женщины был уверенным и даже непреклонным.

– И все же именно так подумают все, а прежде всего представители власти. Должна вам сказать, – решительно проговорила Яна, понимая, что блефует, но ни одной черточкой не выдавая этого – Милиция, в тесном сотрудничестве с которой я работаю, уже знает, что рядом с Олегом в тот самый день был высокий бритоголовый мужчина, по описанию соответствующий внешнему виду вашего Андрея. Есть показания двух свидетелей и я предполагаю, что они без труда опознают убийцу. Или во всяком случае, при содействии милиции, признают в нем вашего Андрея. Вы же знаете, какое сейчас правосудие, – провокационно проговорила она. – Им бы лишь бы от «висяка» избавиться. А тут еще влиятельные родители требуют крови. В данном же случае и мотив есть, и свидетели. Это уже веское доказательство.

Совершенно спокойно и почти равнодушно Лилия проговорила:

– Это невозможно. Мало того, что его никто не может узнать, так ко всему прочему у него есть алиби – вы без проблем обнаружите людей, которые расскажут вам, где Андрей находился и что он делал и днем и ночью.

Яна понимала, что проверить эту информацию ничего не стоит, так что лгать Тихоновой было не выгодно. Но кто же тогда совершил убийство? Неужели тот самый человек, который как раз две недели назад, по словам дворничихи, заявлялся к этому самому Андрею. Между тем Лилия продолжала.