Знахарь
Шрифт:
– От них не спрячешься, - тепло улыбнулся Владимир, - ты иди, а я душ приму, наведу на лице марафет и присоединюсь.
*****
– Пап! – цесаревич подобно всесокрушающему урагану ворвался в палату отца.
– Молодой человек! – всем корпусом развернувшись к Михаилу, грозно произнёс пожилой доктор, наплевавший на маску с прочими средствами защиты.
– Па-ап! – намного тише произнёс наследник престола, со страхом и затаённой надеждой приближаясь к кровати с императором, в изголовье которой светилось несколько мониторов.
– Леонид Мартемьянович, - грозно
– Но…, - неуверенно проблеял последователь Авиценны.
– Леонид Мартемьянович! – вновь повторил Император тоном, не допускающим компромиссов.
Во взгляде личного врача монарха читалось столько, что на разбор намешанных в него эмоций не хватило бы и трёх дней, но оставив возмущение при себе, он покинул палату.
– Присаживайся, сын.
Совершенно по-плебейски подтянув к себе ногой стул, Михаил уселся на него у изголовья кровати отца.
Рассматривая сына, словно первый раз его видел, император не спешил растворять уста, будто собираясь с мыслями. Вполне вероятно так и было, но тут взгляд больного переместился на тумбу рядом с кроватью, на которой покоились тонкие папки с какими-то документами.
– Не так я представлял свои наставленья, - некогда сильная, а теперь сухая рука подтянула повыше тонкое одеяло и сгребла кислородную маску, - перед тем, как освободить тебе трон.
– О чём ты говоришь, пап?! – с полуоборота завёлся и раскраснелся Михаил, которому вид отца, присосавшегося к кислородной маске, был острее ножа по сердцу. – Завтра прилетит твой колдун и…
– Помолчи! – оборвал сына император, сняв маску с лица. – Во-первых, он не мой и не колдун, во-вторых, он не успеет. Держи рот на замке, а себя в руках, сын. Я сам виноват, затянул, дурак. Теперь поздно посыпать голову пеплом. Чувствую, не доживу я до завтра, до ночи бы дотянуть, да и они, - взгляд императора переместился на дверь, за которой скрылся пожилой врач, - как бы не размахивали руками и не лили елей, не дают положительных прогнозов. Мартемьяныч сам, дай бог, на несколько дней переживёт меня, если, как ты говоришь, мой колдун над ним не поколдует, а он не поколдует.
– Что?! Почему?
– Я запретил срывать Огнёва с учениками из Манчжурии, тем более он всё равно не успеет, так зачем ему мотаться вхолостую. Леонид Мартемьянович в курсе и осознанно принимал решение, и, да, он болен, но в начальной стадии. Знаешь, ещё я рад, что мама с Анютой напросились с Огнёвым на восток, будь они рядом, мне было бы куда хуже. Не хочу, чтобы мама видела меня таким, - подбородок императора задрожал, но он сумел справиться с собой.
– Так, с разговорами потом. Папки с документами на тумбе видишь? Начинай читать в порядке нумерации. Читаешь при мне, я должен убедиться, что ты их все прочёл. За меня не беспокойся, меня обкололи такой гадостью, что я удивляюсь, как ещё цветные мультики не смотрю и по потолку не бегаю, размахивая больничной пижамой. Михаил, не тяни, моё время не бесконечно.
Подчинившись, Михаил принялся за чтение. Под шелест переворачиваемых страниц документов император поглядывал то на потолок, то на сына, погрузившегося в бумаги, за которые главы разведок большинства «цивилизованных» стран, не задумываясь, продали бы души. Читал Михаил быстро, благо его обучили технике скорочтения и с папками было покончено меньше, чем за сорок минут.
– Что за бред, - наследник престола обоими пятернями зарылся в густую шевелюру. – Какие нахрен мутации?
–
– Так это, - наследник безошибочно выцепил из кучи одну из папок, - не бред умалишённого. И давно ты в курсе?
– Больше десяти лет.
– Ясно. Дай догадаюсь, в мутантах у нас Огнёвы всем семейством и с большей частью учеников…
– Джу…
– Джу… Что?!
– А теперь ответь, почему ты на ней не можешь жениться?
– Плевать на элиту, аристократию и прочее высшее общество, но Джу не принесёт с приданным никаких политических дивидендов Империи. Будь оно всё проклято! – кулак Михаила со всей яростью пристукнул по тумбе.
– Взрослеешь, сын, - император откинулся на подушку. – Теперь ты понимаешь, для чего затеян проект разворота сибирских рек и преобразования природы?
– Вы с Гориным создали мощный высокотехнологичный кластер и размазали миллионы людей по обширной территории, которую сейчас нарезали на сектора эпидемиологического контроля. После эпидемии центр Империи не войдёт в технологический штопор, а, наоборот, станет локомотивом для остальных территорий.
– Можешь, когда захочешь, а хотеть тебе, сын, теперь придётся постоянно. Далее, как ты сам прочитал во второй папке, ты можешь положиться на указанных в ней людей. Потом, когда наберёшься опыта и заматереешь, можешь поменять их, тем более они мои люди, а тебе придётся создавать свою команду, но эти – настоящий костяк и не предадут.
– Почему? – ответ на этот вопрос был жизненно важен для Михаила. Проснувшееся чутьё вещало ему, что отец сейчас поведает то, о чём он когда-то догадывался сам (ведь всех указанных в списке он знал лично), но не мог сформулировать.
– Прозвучит пафосно, но они давно и прочно замужем и женаты за Империей. За Россией. Тётя Наташа когда-то без обиняков заявила мне в глаза, что императоры приходят и уходя, а Россия остаётся. Наше, сын, счастье в том, что все они видят Россию под скипетром и державой в руках Романовых, а не отдельно от нашей семьи. Сильная Империя во главе с сильным императором. Там нет временщиков и примазавшихся попутчиков. Знал бы ты, как Вяземская воевала за нелюбимого тобою Огнёва, а с ним билась ещё страшнее.
– Он настолько важен? – Михаил закинул ногу на ногу.
– Судить о его важности придётся не мне, а тебе! Ни Наталья, ни я не знаем всех его секретов, даже то, что он занимает кресло и должность заместителя княжны и с большой вероятностью займёт по наследству кабинет Натальи, ничуть не приоткрыло завес. Ты читал о родовой памяти – это не шутки и не бред. Поговори по душам с Анютой, она снимет шоры с твоих глаз. Надеюсь, сестре ты поверишь, если мои слова не вызывают у тебя доверия. А, вообще, всё правильно, Миша, доверяй, но проверяй. Сейчас к тебе начнут примазываться со всех сторон, пихать под крылышко нужных людей, манить посулами и прочее. Ты сам знаешь наше змеиное кубло. Предадут! Если что, отсылай их к маме или шли к Горину, самых оголтелых отдай на расправу СИБ или «Тринадцатому департаменту», хотя натуральных динозавров и монстров подковёрных боёв тебе не достанется.