Змий
Шрифт:
Дождавшись, когда моя малышня натешится и отойдет от радости обретения простора и свободы, мы с ними отправились в сторону моего источника магии на острове, где неподалёку так же находился мой домик. Привязав своих змеек к источнику, я стал инструктировать их, что им здесь можно делать и как себя вести.
«Вася, Василиса, а теперь послушайте меня внимательно. Этот остров принадлежит только мне и только трое человек имеет право здесь находиться. Это я, моя ученица и её фамильяр. Вы их узнаете, так как на каждой моя метка и имеются артефакты на моей магии. Их нужно слушаться, если, конечно, их приказы не будут идти во вред мне. Обе они говорящие, так что как только они здесь объявятся, у Вас
Я даровал им способность говорить на языке змей. Многие сильные народы фейри могут нечто подобное. К примеру те же феи с Авалона могли даже простого магла наделить магическим ноусом, дав тому возможность творить волшебство. Именно волшебство, не магию. Магия это конструкты, заклинания и расчёты, больше наука, нежели искусство, а с волшебством всё наоборот. Они могут вообще не понимать, что и как у них получается, но при этом творить волшебство.
Передача дара тогда прошла просто и буднично, коснулся лбом их лба и, установив крепкую связь с их ментальным полем, пожелал поделиться способностью. Правда каждая из этих чертовок воспользовалась моей секундной слабостью от резкого оттока сил после процедуры передачи дара сразу двум разумным и поцеловали меня в губы. Сперва это сделала страстно Мария, а затем нежно и игриво Конеко.
Ну вот! Опять я стал заводиться.
Всё, пора возвращаться к ведьмакам.
Глава 14: Дела Ордена
— Ну что, готовы к новой вехе своей истории? — обвел я сто тридцать шесть ведьмаков взглядом, что сейчас собрались в одном из ранее пустующем огромном помещении на втором подземном этаже цитадели. Здесь были все ведьмаки, даже караул крепости, а их обязанности по защите цитадели взяли на себя мои материальные иллюзии.
— Готовы, мессир, — за всех ответил Вольд, и это было впервые, когда в своём общении со мной он поставил себя ниже меня в иерархии. Тем самым он окончательно подтвердил моё право распоряжаться ими, быть сюзереном его и его братьев по ордену.
— Тогда приступаем. Кто пойдет первым, прошу к алтарям, — и я указал рукой на двадцать алтарей, установленных мною здесь. Алтари эти представляли собой прямоугольные параллелепипеды со сторонами 1,8 на 2 метра и высотой полтора. Сделаны были мои артефакты из цельных кусков обычного обсидиана, который является очень неплохим накопителем и проводником любых энергий, а вся внешняя часть алтарей-артефактов была покрыта трёхсантиметровым слоем золота, на который я пусти ту часть из поднятого недавно со дна моря драгоценного металла, которая до этого служила жрецам культов американских индейцев и имела лучшие характеристики из всего золота, которым я обладал.
Неожиданно. Правда не ожидал от них столь явного доверия, ведь первыми легли на алтари вся верхушка ордена ведьмаков и старые, опытные охотники на нечисть — элита их маленького конклава.
Сегодня здесь со мной у ведьмаков в цитадели, в день, когда им предстоит стать новой расой на страже человечества, присутствовало трое высокопоставленных клириков от католической церкви. Один из них был представителем инквизиции, второй от секретариата папства, ну а третьим был мой старый знакомец — магистр Ордена Творца, кардинал Венченцо Амати.
Я сразу не подумал о том, что хорошо бы чтобы на таком событии присутствовали верховные иерархи церкви, которые бы после взятия мною ведьмаков под свою руку и принятия в орден дракона, подтвердили восстание из пепла их католического ордена, номинальным главой которого я уже являлся. Вот только орден без рыцарей —
Как только под моей рукой окажется действующий и функционирующий по своему заявленному назначению рыцарский католический орден, который юридически находится под номинальной «протекцией» Ватикана, я резко увеличу свою значимость и получу политические очки в Риме, тем самым делая свою бывшую ученицу более защищённой от косых взглядов и мыслей.
Для того, чтобы сегодня здесь присутствовали столь высокопоставленные гости и свидетели обращения «язычников», которыми ранее считали всех ведьмаков, в правоверных христиан, мне пришлось отложить инициацию на месяц, за который я успел всё подготовить и договориться о прибытии кардинала и людей от церкви на это таинство. Правда мне пришлось просить Венченцо не упоминать обо мне Марии и не говорить ей о том, что я посещал Рим. И как мне показалось, он сам был этому рад. Преданный до самого ядра своей бессмертной души Творцу, он желал сделать Марию служительницей церкви, и сейчас исподволь пытался выбить у той из головы любые мысли обо мне в каком бы то ни было романтическом ключе. Не знаю, какие у него конкретно были планы на мою девочку, но был уверен, что все его попытки сделать с этим что-либо будут тщетны. Я стал центром её вселенной, как мотылёк летит на свет, так и Мария видит в этом мире лишь меня и себя рядом со мной, и всеми силами рвётся ко мне навстречу. Так что в этом плане я был абсолютно спокоен.
Придя к этому ответственному решению, взвалить на себя подобные обязательства и быть не номинальным, а фактическим главой католического ордена (это только кажется, что у сюзерена мало обязанностей перед вассалами, а про магический оммаж и говорить нечего. Воздаяние за невыполнение своих обязательств тут же накладывает сам мир, и от такой кары фиг скроешься), то решил делать всё с помпой и пафосом, да так, чтобы ни у кого в Ватикане и мысли не возникло о том, что в моём ордене могут быть нечестивцы и темные твари. И для этого мне пришлось заморочиться. Мне нужно было сделать своих будущих вассалов в глазах Ватикана истинными воинами Христа.
Мои артефакты-алтари были по своей сложности примерно на уровне моей противодемонической цепи, а это работа качества мастера артефактора по древнешумерской градации. Каждый из двадцати алтарей был подключён к источнику магии цитадели, что ранее находился чуть выше среднего уровня по своей мощности, но после установки на источнике артефакта-усилителя, как и того, что я установил на своём острове в Карибах, он стал по силе ничем не уступать сильнейшим магическим источникам Европы, на которых стоят мэноры древнейших и благороднейших родов. Благодаря этой связи накопители моих артефактов-алтарей были всегда полны под завязку и готовы к работе.
Я встроил во все алтари и включил в них на постоянной основе по две своих материальных иллюзии, которые теперь просуществует до тех пор, пока в алтарях есть магическая энергия, которая при помощи трансформатора, встроенного в него, всегда имеет мой окрас магии. По сути они теперь стали моими родовым артефактами и только по моей воле и моими силами можно вносить в их работу изменения, а мои иллюзии в них, что обладают практически абсолютной копией моего сознания, делают алтари разумными, и они никогда не дадутся в руки тех, кто будет замышлять против меня зло. В задачу, помещенных в артефакт, иллюзий входит проведение инициации, отслеживание неучтённых переменных и незамедлительная коррекция ритуала в случае необходимости, проверка на право допуска пользования им у желающих стать ведьмаком, на основе глубокого сканирования памяти и мыслей, а также защита самого артефакта.