Змеиное сердце

Кочетова Евгения

– То есть там были еще друзья?
–  уточнил он.

Граф сначала допил виски, поставил стакан на столик рядом и только потом коротко ответил:

– Заезжали…

Инспектор покивал, но для себя поставил в блокноте вопрос рядом со словом «друг».

– Были ли какие-то предпосылки перед исчезновением Мии? Может, она странно себя вела или что-то говорила?
–  спросил далее Бирлинг.

Граф отрицательно качал головой.

– Не припомню чего-то необычного. За завтраком она вела себя как всегда. Конечно, мы все пребываем

в горе после смерти Фионы, однако Миа не впадала ни в истерики, ни в депрессии, она вообще сильная и умная девочка. Я всегда гордился ею.

Показалось, граф сравнил младшую дочь со старшей или вовсе со слабой женой, которая самостоятельно не может справиться с утратой. Инспектор сделал вывод, что Миа любимая дочь графа.

– То есть вы отрицаете, что Миа могла, например, сбежать из дома?

– Конечно отрицаю!
–  вдруг повысив тон, заявил возмущенный граф.
–  И вы должны найти того, кто замешан в ее пропаже!
–  приказным тоном велел он, важно указывая пальцем.

Инспектор вынужденно не ответил собеседнику, ведь он был графом и имел очень высокое положение.

– Мы найдем, - сдержанно произнес Бирлинг.

Затем он убрал блокнот и попросил разрешение осмотреть комнату Мии. Граф позволил. По пути на выход из гостиной Дэвид заметил на камине бронзовую статуэтку в виде двух лошадей, стоящих на дыбах, а между ними нечто вроде крепости. Инспектор застопорился, но не успел рассмотреть. Лизи поднялась по лестнице первая.

В просторной комнате девочки Бирлинг сразу обратил внимание на большой книжный шкаф. Он подошел, посмотрел и достал одну книгу наугад. Это была книга о змеях. Другая - также о пресмыкающихся, с описаниями и картинками.

– Миа увлекалась змеями, читала про них и мечтала стать зоологом, но граф, естественно, был против и возмещал несбыточную мечту подарками в виде змей, - сказала Лизи, подойдя сбоку.

Дэвид принял к сведению. Поставил на место книгу и подошел к столику, на котором фотографии. По центру был снимком в массивной узорной рамке. На нем запечатлена до пояса Миа. Она покрыта рисунчатым палантином из нашивок в виде бабочек, одна рука красиво придерживает волосы. У нее были черные кудрявые локоны длиной по поясницу. На запястье инспектор увидел змеиный браслет. Фотография была вставлена в рамку слегка неровно, Дэвид не стал лезть поправлять.

На другой фотографии Миа сидела на стуле вместе с сестрой. Тут Бирлинг заметил змеиную подвеску, в отличие от жемчужного колье Фионы. Миа обладала мягкими чертами лица, точеный носик, узорные губы, юношеские щечки и ямочка на подбородке, точь в точь как у отца. Глаза ее были выразительные, с длинными ресницами и пышными бровями. Фиона уступала красотой, посчитал инспектор.

Дэвид осматривался и вдруг увидел на стуле змею. Он даже ахнул от неожиданности, однако это была всего лишь мягкая игрушка. Лизи тоже глядела по сторонам и подошла к стулу. Она не заметила игрушку и присела.

– Дочка, не садись!
–  выкрикнул отец

и подошел.

Элизабет почувствовала под собой вещь и заерзала. Внезапно она нечто нащупала.

– Внутри что-то есть… - произнесла взволновавшаяся юная, продолжая щупать около головы чешуйчатой.

Дэвид тоже потрогал. Лизи предложила распороть игрушку, однако отец сомневался, ведь это чужая вещь.

– Не чужая, а моей подруги! А она пропала!
–  возмущенно сказала Лизи.

У инспектора не было с собой ничего острого, и он решил поискать тут. Открыв ящик письменного стола, Дэвид обнаружил листы бумаги. Это были разные пересказы, изложения по литературе. Он хотел открыть нижний ящик, однако тот был закрыт на ключ.

– Это и есть ключ в змее… - поняла Элизабет.
–  Здесь сбоку ручной шов, Миа, вероятно, сама распорола, а потом зашила.

Элизабет проковыряла дурочку и добралась до находки. Ею оказался действительно маленький ключ. Он как раз подошел к замочку на ящике. Внутри лежал мятый конверт, адресованный сэру Джеку Баллмору. В нем инспектор обнаружил фотографию, на которой полуобнаженная не кто иная, как графиня Роуз - мать Мии. На ней панталоны, грудь открыта, волосы распущенны, глаза опущены. Руками она, сидя на стуле, прикрывала прореху панталон. Приблизилась Элизабет, отец скорее спрятал откровенную фотографию в конверт.

– Что там?
–  ожидаемо спросила дочь.

– Э… просто снимок. Тебе не нужно смотреть, - засуетился, даже вспотев, инспектор.

Он провел ладонью по лбу и глянул на здешние стулья. Обрамление и цвет были другие, нежели на снимке, в том числе в гостиной. В суете инспектор резко закрыл ящик и с обратной стороны что-то выпало из него. Он заглянул под стол и нашел нечто вроде значка. Это был серебряный круг, в нем изображены две лошади на дыбах и посередине здание, и теперь Дэвид понял, что это башня, а изображение в точности, как статуэтка графа на камине.

Он запахнул плащ, в котором было жарко. Стояла теплая и сухая погода. Спустившись вниз, инспектор встретился с графом, выходящим из гостиной. Дэвид сказал дочери идти на выход, а сам решил подойти.

– Что-нибудь нашли путное?
–  спросил сам Эдгар.

Право, инспектор не знал, как лучше поступить, но все-таки пока не стал рассказывать и показывать постыдную находку, и ответил отрицательно.

– Простите, граф, я хотел уточнить, у какого именно друга вы были в день пропажи Мии?

Бирлинг буквально затаил дыхание, ожидая услышать имя того, кому был адресован конверт с женой графа.

– Барон Винсент Ричардсон - известный владелец типографии.

Инспектор покивал, пребывая в смятенном состоянии. Держа себя в руках, он поблагодарил и попрощался на сегодня. Дочь он отправил домой.

В управлении Бирлинг приказал констеблю собрать людей и отправляться на поиски пропавшей младшей графини.

– Обыскать округу, пройтись по окружающему лесу!
–  велел инспектор.