Змеевик
Шрифт:
— Еще полдень; не слишком ли рано для посещения бара? — сказала я.
— Некоторые люди используют свой отпуск как повод напиваться — сказал Бернардо.
— Некоторые люди отправляются в рай, чтобы попасть в бутылку — сказал Брэм.
— Это тоже — согласился Бернардо.
Бронежилеты мы все-таки решили не надевать, но я накинула свободную футболку поверх майки, чтобы надеть ножны, сделанные на заказ, которые шли вдоль моего позвоночника и были прикреплены ремнями к моему поясу. Первоначально, они были частью плечевой кобуры, но я, наконец, заказала вторые ножны, чтобы носить мой самый большой нож чаще, вне зависимости оттого,
— Я до сих пор поражаюсь, что ты можешь носить клинок длиннее предплечья, и никто никогда его не видит — сказал Бернардо.
— Рукоять спрятана, пока распущены волосы.
Прежде чем выйти из машины, мы все немного подкорректировали положение своего оружия или, по крайней мере, просто прикоснулись, проверяя его. Это становится автоматическим, слегка согнуться или коснуться, чтобы убедиться, что ничего не сдвинуто с места. Хитрость заключается в том, чтобы никогда не делать это на виду, потому что ничто так не говорит, что у тебя есть пистолет, чем постоянное касание его, чтобы поправить.
Мы вышли из машины, и все встало на свои места.
— Помните, что благодаря меткам Жан-Клода я иммунна к любому виду яда, поэтому, если кому-то придется приблизиться к змеям, это должна быть я.
— Ликантропы тоже устойчивы к яду — сказал Никки.
— Поскольку это может быть какой-то древний тип змей, давайте не будем проверять, насколько ты и Мика устойчивы, хорошо?
— Помни, что я твой телохранитель.
— Я помню, и я влюблена в тебя. Я действительно предпочла бы не потерять тебя из-за какой-то мачиской херни, о'кей?
Никки слегка улыбнулся и сказал: — Ты босс.
Мика сказал: — Бернардо полностью избегает змей.
Бернардо поднял руки. — Как единственный человек, я позволю вам, ребята, сражаться со смертельными змеями.
Брэм, как хороший телохранитель, первым открыл дверь, так что если в полдень пьяные начали бы буянить, они напали бы на него первого. Не было слышно ни криков, ни проклятий, поэтому я сделала вывод, что Энди еще не превратился в змей. Хорошо было успеть предотвратить трагедию, а не просто разгребать уже случившееся дерьмо.
Бар удивил меня тем, что он был ярко освещен и выкрашен в белый цвет, с полосой у левой стены и небольшими высокими столами справа. Семейные группы обедали за столами. Либо законы о лицензировании во Флориде отличались от законов Сент-Луиса, либо все их игнорировали. Я догадалась, что если детишки не пили спиртного из стаканов папы и мамы, то значит все в порядке.
— Миленько — сказала я.
— Еда тоже хорошо пахнет — сказал Бернардо.
Он был прав. Если бы я не поела в самолете, то обратила бы больше внимания на это. Мика сказал: — Вот он. — Мы последовали за ним и Брэмом дальше в комнату, направляясь к бару. Я не могла сказать, кто именно из сгорбленных фигур был нашим парнем. Один пьющий очень похож на другого.
К нам с улыбкой подошла женщина с логотипом бара на футболке. — У нас в другой столовой большие столы, или вы хотите посидеть в баре? Я думаю, что мы могли бы разместить вас всех.
— Извините, мы здесь, чтобы подвезти друга домой, но мы обязательно запомним ваш бар на потом — сказал Мика, улыбаясь.
Она скользнула взглядом к бару. — Вы здесь за Энди?
— Я так понимаю, он тут завсегдатай, — сказал Мика.
— Бывает — сказала она. Она оглянулась на бар с улыбкой
— Он темноволосый, — сказал Мика.
Брэм двинулся впереди Мики. Между средними столами и баром действительно было немного места, поэтому я прошла между двумя рядами столов, чтобы пройти к бару с другой стороны, и Никки шел позади меня. Бернардо остался у двери. На нас косились некоторые посетители ресторана, потому что мы не вели себя как обычные туристы; мы вели себя как потенциальная проблема.
Мика тихо разговаривал с человеком, пока мы с Никки были на другой стороне. Двое мужчин в баре встали с напитками в руках, больше глядя на Никки, чем на кого-либо еще. Люди, которые не знали, как драться и были просто поражены размером, всегда смотрели на него в первую очередь. Он был маскировкой для всех нас, от людей, которые не были достаточно обучены, чтобы знать, на что смотреть.
Человек, которого мы приехали спасать, просто сидел, как будто ничего не изменилось. У него был темный загар, короткие черные волосы, которые выглядели жесткими даже на расстоянии. Он припал к своей выпивке, как будто это была самая важная вещь в мире, и, возможно, для него это так и было. Его жена была дома на постельном режиме, чтобы сохранить их еще не рождённого ребенка, а он пил здесь. Наркоманы любят только свою зависимость. Если вы считаете иначе, то лжете себе.
Теперь я была по другую сторону от Энди. Я могла видеть налитые кровью глаза, небритое лицо, можно было притвориться, что это борода, но он просто перестал бриться. По крайней мере, он не пах так же, как выглядел; так как мы поедем с ним в одной машине, я это оценила.
Приблизившись, я слышала голос Мики. — Вы действительно хотите, чтобы Кристи пришла за вами, рискуя вашим ребенком?
— Нет — сказал мужчина голосом, который звучал так, словно у него в горле был гравий. Не знаю, было ли это от долгого молчания или, наоборот, от того, что он кричал до хрипоты. Он посмотрел на меня так, словно только что заметил. — Это кто?
— Моя невеста — сказал Мика.
— Поздравляю — сказал он, и это, казалось, дало ему сил встать, как будто только социальные тонкости заставляли его быть лучше, чем он есть. Эй, если социальные условия работают на нас, то я только за.
Энди покачнулся настолько, что нам с Микой пришлось поймать его за руки. Мика держал Энди по пути к двери, поэтому он не врезался во все подряд, как пьяный мяч в игре в пинбол. Подошел Брэм, и мы с Никки пошли за ними. Бернардо держал дверь, и мы вышли.
Бернардо был водителем, и после некоторой дискуссии Мика занял место пассажира, потому что, если два телохранителя вынуждены рисковать одним из своих объектов, они не хотят рисковать и вторым. Так как я была вдвойне защищена от яда ликантропией и метками вампира, то села рядом с Энди. Тот факт, что Мика позволил мне победить в споре, был одной из причин, по которой я его любила. Было логично, что я сижу рядом с потенциальной опасностью, но многие мужчины скорее рискнут своей жизнью, чем признают это. У Брэма и Никки был свой спор, кто из них будет сидеть с другой стороны с Энди. Брэм наконец-то победил, сказав: — Мои плечи уже, нам будет удобнее сидеть рядом.