Злые умыслы

Мерседес Сильвия

— Кто… кто там? Кто ты? — крикнула она.

Прятаться смысла не было. Хмурясь, Айлет встала, подняла руки. Ремешки скорпионы блестели, но она не была ни на кого направлена.

— Все хорошо, — отозвалась она. — Я Айлет, венатрикс ди Фероса. Я — эвандерианка.

Послушница уставилась на нее. Ее глаза были бледными и огромными, и на миг она показалась нежной и уязвимой. А потом ее лицо ожесточилось, она яростно оскалилась.

— Ты не должна тут быть, — сказала она. — Уходи! Ты ее напугаешь.

— Кого? —

Айлет спустилась осторожно по горе обломков. — Ты про Фейлин? Она близко?

Послушница прищурилась. Она отодвинулась от Айлет, но при этом задела то, что отлетело в сторону, сверкая, отражая свет. Послушница повернулась к этому, ее рот открылся.

— Я пришла помочь, — сказала Айлет, добралась до земли и стала на одном уровне с послушницей. — Ты можешь быть околдована. Я отведу тебя к твоим людям и…

— Назад! — послушница развернулась, вытянула руки в предупреждении. — Уходи! — она закричала, и мир вспыхнул, но не светом, а тьмой.

Айлет пошатнулась, вскинула руки, закрывая глаза. Она рухнула на обломки, моргая с болью, тени вихрились перед глазами. Она пыталась заставить себя видеть.

Фигура стояла в пяти шагах от послушницы, женщина в лохмотьях с длинными спутанными волосами. Ее бледная, почти прозрачная кожа была в паутине черных пульсирующих вен. Грибы росли из одной глазницы, на щеке и шее. Свет тени сиял в одном глазу, и тьма ниспадала плащом на землю. Там, куда она падала, земля кипела.

Фантомная ведьма.

Ведьма миг смотрела на лицо послушницы. Миг затянулся, и Айлет, все еще не оправившаяся от вспышки тьмы, поняла вдруг, что, если не учитывать грибы и тощее состояние, ведьма и послушница были очень похожи.

— Фейлин, — послушница протянула руки. — Фейлин, прошу, отдай это мне.

И тут Айлет увидела, что ведьма сжимала сумку в руках. Она подняла ее над головой, оскалилась.

— Зачем? Внутри еще письма? Больше доказательств твоего предательства?

Айлет моргнула. О чем они говорили?

— Нет, Фейлин. Не говори так, — послушница сделала еще шаг, мольба была на ее лице. — Тебе нужно отдать это. Это не связано ни со мной, ни с тобой, ни с… Герардом.

— Не произноси его имя, сволочь! — ведьма бросила сумку, и та проехала по земле. Она подняла руки, слюна полетела из ее рта. — Я вырву тебе горло…

Айлет схватила Нежную смерть и вонзила в скорпиону. От щелчка дротика в арбалете ведьма замерла и повернулась. Она увидела Айлет. Оскалилась и зарычала. Она бросилась к Айлет, вытянув руки, пальцы согнулись как когти.

«Ларанта! — закричала Айлет по духовной связи. — Ко мне! Ко мне!».

Ее тень тут же ответила. Ее сила потекла по духовной связи, но она была далеко, в секундах от Айлет, и ведьма приближалась быстрее.

Айлет вытащила костяной

нож. Не было времени взмахнуть им, но она пригнулась от первого удара ведьмы. Она потеряла равновесие, упала и перекатилась, но вскочила, не выпрямившись, бросилась в сторону, ведьма опустила кулаки в сторону ее голову. Удар задел плечо Айлет, сила такого хрупкого тела удивляла.

Не важно. Ларанта оказалась с ней, и сила тени потекла в голову Айлет, по ее конечностям. Она вскочила, дико улыбаясь. Ведьма бросилась на нее, целилась в ее лицо. Айлет легко уклонилась и ударила кулаком в живот женщины.

Ведьма согнулась без звука и упала на колени. Айлет хотела нанести убивающий удар ножом. Вонзить клинок в открытую шею точно было бы просто.

Но жестокая смерть наделила бы духов внутри силой сбежать и отыскать нового носителя. Может, войти в послушницу, стоящую близко. Она не могла применить жестокую смерть. Ей нужно было подавить ведьму, лишить ее сознания и уколоть Нежной смертью.

Айлет отбросила нож и прыгнула к горлу женщины, хотела задушить ее, чтобы она потеряла сознание. Но она долго мешкала.

Еще вспышка тьмы ослепила ее. Ее руки схватили пустой воздух. Она отшатнулась, беспомощная, кашляя, упала на колени. Две длинные руки схватили ее, обвили ее шею и стали душить.

Голос прошипел ей на ухо:

— Я так давно не убивала венатрикс.

Кто-то закричал:

— Фейлин, нет!

Еще вспышка тьмы. Но в этот раз…

Хаос. Ужас. Развалины и боль.

Дух Айлет кричит, тянется так, что начинает разрываться, а потом сжимается так, что может раздавить себя своим весом.

Свет, тьма, безумие. Нет смысла! Она ищет причину, ищет, за что уцепиться, что может понять. Есть только бесконечная невыносимая боль.

Она держится за эту боль, чтобы выжить.

Лицо появляется перед ней. Женское лицо с одним глазом, окруженное облаком рыжих волос. Глаз расширяется от ужаса. Рот открывается, и два слова вылетают, пронзая хаос:

— Моя королева?

Заряд, будто молния, прожег ее душу.

Айлет рухнула на обломки брусчатки во дворе, кашляя, отплевываясь. Ларанта кричала в ее голове:

«Госпожа! Госпожа!».

Она не могла пошевелиться. Мир кружился, мрак подбирался по краям. Она, казалось, видела, как мелькнула белая роба, две сандалии подошли, колени опустились на землю перед ней. Издалека донесся голос:

— Венатрикс? Венатрикс, ты меня слышишь?

Айлет закрыла глаза и сдалась смерти.